Тайны ушедшего века. Сенсации. Антисенсации. Суперсенсации - Зенькович Николай Александрович - Страница 114

Эта служба некоторое время вела активную закулисную деятельность, обеспечивая тайную поддержку потенциальным повстанцам, поскольку считала восстание вероятным.

«Середина 50-х рассматривалась английской и американской разведкой как последняя возможность бросить вызов господству Советов в Восточной Европе», — пишет Майкл Смит.

За год до восстания американская разведка тоже расширила масштаб своих тайных операций в Восточной Европе, готовя отряды из польских, венгерских, чешских и румынских эмигрантов для тайных акций в их странах.

К венгерским событиям 1956 года в Кремле вновь обратились в 1989 году. Поводом стало широкое движение в Венгрии за реабилитацию казненного 33 года назад премьера Имре Надя. На заседании Политбюро ЦК КПСС была обсуждена докладная записка председателя КГБ В. А. Крючкова и решено было передать венгерским товарищам компрометирующие Имре Надя материалы.

«Поступающие данные показывают, — докладывал в ЦК глава советского секретного ведомства, — что развернутая оппозиционными силами в Венгрии кампания в связи с бывшим главой венгерского правительства в период событий 1956 года Имре Надем направлена на дискредитацию всего пути, пройденного ВСРП (Венгерская социалистическая рабочая партия. — Н. З.),подрыв авторитета партии и ее нынешнего руководства, разжигание недружественных Советскому Союзу настроений среди населения страны.

Оппозиционные организации требуют полной юридической и политической реабилитации Надя. Создается ореол мученика и бессребреника, исключительно честного и принципиального человека. Особый акцент во всей шумихе вокруг имени Надя делается на то, что он был „последовательным борцом со сталинизмом“, „сторонником демократии и коренного обновления социализма“. В целом ряде публикаций венгерской прессы прямо дается понять, что в результате нажима Советского Союза Надь был обвинен в контрреволюционной деятельности, приговорен к смерти и казнен. Поднимая на щит имя Надя, оппозиция стремится сделать из него своего рода символ „борьбы за демократию и прогресс, подлинную независимость Венгрии“.

В руководстве ВСРП нет единой точки зрения на вопрос, как далеко следует идти с реабилитацией Надя. И. Пожгаи, М. Серюш, И. Хорват, решая прежде всего задачи усиления своего влияния в партии и обществе, подчас откровенно подыгрывают оппозиции в воспевании заслуг и достоинств Надя. К. Грос, Р. Ньерш, М. Яшшо и другие, выступая за его юридическую реабилитацию, в то же время считают, что развязанная кампания безудержного восхваления Надя бьет прежде всего по ВСРП, советско-венгерским отношениям. Резко критически относятся к ней и многие венгерские коммунисты среднего и особенно старшего поколения. Среди них распространяется основанное на рассказах некоторых ветеранов партии мнение, что поведение Надя в 20–30-х годах в Венгрии и СССР не было столь безупречно, как это внушает венгерскому населению находящаяся под контролем оппозиции пресса.

В ходе работы в Комитете госбезопасности СССР над архивными материалами, относящимися к репрессиям в Советском Союзе во второй половине 30-х — начале 50-х годов, обнаружены документы, которые проливают свет на ранее неизвестные стороны деятельности в нашей стране Надя.

Как следует из указанных документов, эмигрировав в 1929 году в СССР, Надь с самого начала инициативно искал контакт с органами госбезопасности и в 1933 году добровольно стал агентом (секретным осведомителем) Главного управления госбезопасности НКВД. Работал под псевдонимом „Володя“. Он активно использовался для сбора сведений о попавших по тем или иным причинам в поле зрения НКВД венгерских и других политэмигрантах, а также гражданах СССР. Имеется документ, свидетельствующий, что в 1939 году Надь предложил НКВД для „разработки“ 38 венгерских политэмигрантов, в том числе Ф. Мюнниха. В другом списке он называет 150 знакомых ему венгров, болгар, русских, немцев, итальянцев, с которыми в случае необходимости он мог бы „работать“.

По донесениям Надя-„Володи“ было осуждено несколько групп политэмигрантов, состоявших из членов венгерской, германской и других компартий. Все они обвинялись в „антисоветской“, „террористической“, „контрреволюционной“ деятельности (дела „Аграрники“, „Неисправимые“, „Агония обреченных“ и другие). В одном из документов (июнь 1940 года) указывается, что Надь „дал материалы“ на 15 арестованных „врагов народа“, работавших в Международном аграрном институте, Коминтерне, Всесоюзном радиокомитете. Деятельность „Володи“ привела к аресту известного ученого Е. Варги, целого ряда деятелей компартии Венгрии (Б. Варго-Ваго, Г. Фаркаш, Э. Нейман, Ф. Габор и другие). Часть из них была расстреляна, часть приговорена к различным срокам заключения и ссылки. Многие в 1954–1963 годах были реабилитированы.

Из имеющихся архивных материалов не следует, что Надь сотрудничал с НКВД по принуждению. Более того, в документах прямо указывается, что „Володя“ проявляет большую заинтересованность и инициативу в работе, является квалифицированным агентом.

Учитывая развернутую в Венгрии пропагандистскую кампанию, ее характер и направленность, полагали бы целесообразным сообщить об имеющихся у нас документах Генеральному секретарю ВСРП К. Гросу и посоветоваться об их возможном использовании».

На документе имеются пометы: «Согласен. М. Горбачев» (подпись-автограф), «Вопрос рассмотрен на заседании Политбюро ЦК 19.06.89. Принято решение согласиться. Сообщить о согласии. В. Болдин» (подпись-автограф), «О согласии сообщено в КГБ СССР».

До сих пор не разгадана загадка имени Надя, зафиксированного среди участников кровавой расправы над последним русским царем в Екатеринбурге. Существует версия, правда, не доказанная, но и не отвергнутая, что тот красноармеец-интернационалист Надь и будущий премьер-министр Венгрии Имре Надь — одно и то же лицо.

1 сентября 1992 года на 88-м километре автотрассы Прага — Братислава произошла трагическая автоавария. Получив в ней тяжелые ранения, известный политический деятель, архитектор «пражской весны» 1968 года и духовный наставник «бархатной» революции 1989 года в Чехословакии Александр Дубчек скончался в больнице 7 ноября 1992 года.

Спустя три года после происшествия все парламентские политические партии Словакии дали согласие на создание специальной парламентской комиссии по расследованию обстоятельств этой катастрофы. Уж больно много странного и подозрительного обнаруживалось в ней.

Инициатива создания специальной комиссии исходила от социал-демократов, лидером которых до своей кончины был Дубчек. По мнению представителей СДПС и нанятых партией адвокатов, следствие по делу автокатастрофы не дало ответа на многие вопросы. Это подтвердил и впервые выступивший по телевидению водитель, управлявший машиной, на которой ехал Дубчек.

Шофер заявил, что все эти годы молчал из-за плохого психического состояния. Несмотря на то, что водитель по минутам воспроизвел часы перед аварией, адвокат СДПС сделал вывод, что авария была заранее подготовлена, поэтому речь следует вести о покушении на Дубчека. Пока живы свидетели и есть архивные документы, необходимо ради исторической правды докопаться до истины, чтобы потомки не терялись в догадках, чтобы фальшивые обвинения не омрачали отношения между народами, заявили руководители словацких социал-демократов.

Их тогдашний лидер Ярослав Вольф, участвовавший в сенсационной телепередаче, сообщил, что накануне аварии Дубчек был приглашен в Москву на заседание Конституционного суда по делу КПСС. Дубчек готовился к этому суду, писал текст своего выступления. Документы, с которыми работал Дубчек, были с ним в машине в тот злополучный сентябрьский день, но на месте аварии их не нашли.

Телепередача, посвященная загадочной смерти Дубчека, дала явный намек, кто подозревается в его гибели словацкими социал-демократами. Ясно кто: КГБ! Тем более что вслед за Дубчеком погиб в Варшаве и бывший польский премьер Петр Ярошевич, который также должен был проходить как свидетель по делу КПСС.