Пленники дорог (СИ) - Корнилова Веда - Страница 92

— Вы кто? И что вы здесь делаете? — голос красивый, но властный. Обычно так спрашивают люди, облеченные властью.

— Прошу меня извинить, — сказала я, пряча ключ от двери в карман своих брюк, — но мне крайне необходимо переговорить с вами. Долго вас я не задержу.

— Княгиня?! Вы?! — в голосе мужчины смешались удивленно-вопросительные нотки. А еще там проскользнул чуть заметный оттенок неприязни. — А впрочем, кажется, я ошибся, не так ли? Вы кто, ее родственница?

— Это как сказать… Но я прошу вас меня выслушать…

— Откройте дверь! — властно приказал мужчина, и величественные интонации в его голосе мне чем-то напомнили холод в голосе Дана, когда тот был не на шутку рассержен. — Я приказываю! Ваши просьбы меня не интересуют.

Интересно, с чего это Вен сказал, что господин главный егерь не отличается особой красотой? На мой вкус, он очень интересный мужчина. Я бы даже сказала, красивый. Пусть он уже не очень молод — ему лет сорок или пятьдесят, но внешне мужик хорош! Есть такой тип людей (правда, весьма малочисленный), которые с возрастом становятся только более привлекательными! Этот мужчина был именно из таких. Среднего роста, подтянутый, с легкой сединой в темных волосах… И очень, очень красивый! Теперь понимаю, отчего, как сказал Вен, бабы на него гроздьями вешаются! Я б и сама не отказалась рядом поболтаться! Тьфу ты, меня опять куда-то не туда понесло!..

— Приказывать, господин главный егерь, можете в своей службе, а я в ней не состою. Мне очень нужно переговорить с вами. Оттого и дверь заперла, чтоб нам не помешали.

— Мне с вами говорить не о чем! Отпирайте дверь и убирайтесь с моих глаз как можно дальше! Второй раз это я повторять не намерен. И больше не советую испытывать мое терпение. Оно не безгранично.

— Да выслушайте же меня! Я понимаю ваши чувства, и ваше возмущение, но поверьте, что я не стала бы беспокоить вас без крайней нужды! У меня есть важное…

Вместо ответа в меня совершенно неожиданно полетел короткий кинжал. Ловко мужик его бросил, почти без замаха. Если бы за долю секунды до того голос, сидящий во мне, не подсказал мгновенно отклониться в сторону, и если бы все та же неведомая сила не оттолкнула меня направо, то, увы, на этом бы наш разговор с егерем закончился навеки. Хотя я и успела отклониться, но все же метко запущенный кинжал чуть-чуть задел мне плечо, разрезав рубашку. Ну, это уж слишком! Между прочим, в горло метил, красавец! И ведь попал бы, зайка шустрый! Все, хватит разговоров, тем более что мужик, как говорят у нас в поселке, закусил удила и ничего слушать не желает! Ничего, можно побеседовать и по-другому!

Не сводя глаз с мужчины, подхватила с пола упавший кинжал. Ну что за человек такой попался — слов не понимает! Нервы, что-ли, не в порядке? Пустырник пей вместо вина, красавец, или хотя бы настойку из валерьянки… Ладно, сам виноват, я хотела поговорить с тобой по-хорошему!.. А егерь уже шел на меня, скомкав в руках свой так и не надетый плащ, и внезапно швырнув его мне в лицо. От плаща я легко уклонилась, и, сделав вид, что растерялась, шарахнулась в сторону, а затем, совершенно неожиданно даже для себя, кинулась мужчине под ноги. Не ожидавший от меня такой пакости красавец рухнул на пол, а я в ту же секунду прыгнула на него, прижав слишком шустрого егеря к полу всем телом, заломив ему одну руку, и прижав кинжал к плечу другой руки.

— Только дернись — пробью плечо насквозь! А кинжал у тебя заточен на совесть. И еще неизвестно, что при этом у тебя внутри порежется в лохмотья. Ни один маг не срастит так, как до ранения было! Может статься, что в будущем этой рукой и пошевелить не сможешь! Так что не брыкайся и лежи смирно! Извини, друг, но ты первый начал, так что я имею полное право на ответную оборону. Нет, ну надо же до такого додуматься — бросить ножиком в даму!.. Между прочим, дорогуша, вы им меня задели! Подумайте о том, какой плохой пример вы подаете подчиненным в вашей егерской службе!

— Вот стерва! — выдохнул мужчина, зло глядя на меня. — Ну, попадешь ты мне в руки чуть позже… А в том, что попадешься — не сомневаюсь!

— Интересно, с чего это меня за один день уже дважды этим словом обзывают? — горестно вздохнула я. — А за последние десять дней ты, дорогой, уже четвертый, кто меня так назвал.

— Значит, не мне одному так повезло — с тобой встретиться! Есть еще товарищи по несчастью…

— Ну, это кому как! Я, например, себя сейчас прекрасно чувствую. Красивый мужчина в комнате, мы с ним наедине… А если оставить шутки в сторону, то прошу вас об одном: выслушайте меня, и я уйду. Поймите, господин главный егерь, вы мне не нужны! Я прошу вас передать кое — что начальнику тайной стражи…

В этот момент в дверь осторожно постучали, затем подергали, и снова застучали, но уже требовательно и без остановки. Затем чей-то мужской голос спросил:

— Почему закрылись? Откройте! Иначе вынужден буду открыть сам, или выломаю дверь!

— Кто это? — спросила я мужчину. Но тот лишь насмешливо скривил губы. Да и без ответа ясно, что это охранник. Ну конечно, проводил даму, и вернулся назад, к хозяину, а дверь закрыта. Как бы шум не поднял! Я, окажись на его месте, молчать бы не стала.

— Скажи ему, чтоб ушел — чуть нажала я на кинжал.

— А зачем? — насмешливо спросил красавчик. — Ты же сама сказала: красивый мужчина в комнате, мы с тобой наедине… Мало кто из мужиков будет против, когда на нем лежит молодая женщина и усиленно прижимает его к полу. Мне лично и так неплохо. А если тебе что надо сказать охраннику, то сама ему и говори!

В замок с наружной стороны двери вставили ключ. Ну конечно, как мне не пришло в голову, что у охранника должен быть запасной! А я ключ от двери в свой карман засунула, так что замок свободен, и дверь легко можно открыть стой стороны. Не стоило ключ из двери вытаскивать, запоздало подумала я, да что теперь об этом жалеть! А мне что сейчас делать? В окно прыгать? Ну, уж нет! Во мне взыграла веселая злость. Пока мужика не уговорю письмо взять — отсюда не уйду! Не могу зря столько времени потерять! Придется мне еще раз подорвать свою репутацию, да и твою заодно, но в этом ты, друг милый, сам виноват — надо быть посговорчивей…

В ту же секунду кинжал оказался у мужчины острием у самого основания позвоночника — чуть дернешь, и острая сталь перерубит кости у шеи.

— А ну, — зашипела я егерю на ухо, — а ну, быстро, одной рукой обними меня. Быстро, я сказала! И не вздумай отказаться! А еще начинай меня целовать! Задергаешься, или откажешься это сделать — заколю на месте! Я не в том положении, чтоб проявлять человеколюбие, и все по твоей милости! Начинай, кому говорю!

Когда за моей спиной открылась дверь, охранник увидел картину, которую, думаю, он видел уже не раз: лежа прямо на полу, его хозяин обнимался и целовался с какой-то женщиной, не обращая на вошедшего охранника никакого внимания. Окинув взглядом комнату, и не обнаружив ничего подозрительного, охранник закрыл дверь, и запер ее, но уже снаружи. Скажите, какой тактичный человек! Ключ, кстати, оставил в замке с наружной стороны, вытаскивать его оттуда и не подумал. Так что мне придется просить, чтоб дверь открыли, если выходить стану. Судя по всему, охранник не отошел от двери, а остался стоять рядом с ней. Наверняка еще и подслушивает, аспид…

— Все, хватит изображать неземную страсть, — сказала я, стряхивая со своей спины чужую руку. — Ты, вроде, разошелся без меры. Вначале целовал меня чуть ли не сквозь зубы и только под угрозой ножа, а сейчас, похоже, он тебе уже без надобности! Может, все же поговорим спокойно? Кинжал, извини, убирать не буду. Уж очень ты парень шустрый! Боюсь, без него ты мне голову открутишь.

— Хорошо, что ты хоть в чем-то уверена — уже куда спокойней усмехнулся мне в лицо мужчина. — А насчет своей головы — не сомневайся! Сверну при первой же возможности.

— Ничего не поделаешь, придется мне держаться от тебя подальше. Хотя, честно говоря, против своего нынешнего положения я ничего не имею: оказаться около такого милого мужика!