Румп: Настоящая история о Румпельштильцхене (ЛП) - Шуртлиф Лисл - Страница 6

Вдруг Краснушка заохала, и я увидел высокого тощего человека, который прислонился к дереву, с его плеча свисал гигантский мешок.

- Это же уличный торговец Кесслер! - прокричал я.

Человек повернулся ко мне, стянул с головы шляпу и поклонился. Его светло-рыжие волосы торчали во все стороны. Кесслер был единственным человеком из Королевства, которого мы когда-либо видели, не считая сборщика налогов. Он приходил на Гору, чтобы продать товары из Королевства: цветные нитки, глиняные горшки и деревянные ложки. Иногда он торговал золотом (скорее всего с наших приисков), переплавленным в кольца, браслеты или цепочки. Комично, не так ли? Мы добывали всё это золото, но не могли позволить себе его выкупить. Но меня не интересовало золото, а то, что мне больше всего было нужно от Кесслера, не скрывалось в его старом заплатанном мешке.

- Детки! - заговорил Кесслер. Он огляделся, чтобы убедиться, что мы были одни, затем прошептал: - Не хотите ли заклинаний, магии?

Волшебство! Я было сделал шаг вперед, но Краснушка схватила меня за ворот и дернула назад.

- Конечно же, нет! - фыркнула она.

- Говори за себя! - Я высвободился. Я слышал, как Бруно и Фредерик обсуждали магические способности Кесслера. Ничего общего с тем, как ведьмы превращают кого-то в жабу или вызывают ураган. Он мог дотронуться до огня, заставить что-то исчезнуть или превратить одну вещицу в другую. Вот, что я хотел увидеть больше всего на свете: превращения.

- Всего-то за горстку зерна, - сказал Кесслер.

Я замялся. Бабуля взбесилась бы, узнав, что я выменял пусть даже крошечную часть нашей пищи на фокус. Начнем с того, что у нас еды и так было ничтожно мало. Кроме того, она не одобряла магию. Я замотал головой и отступил назад.

- Да ладно тебе, всего одна пригоршня. Из-за неё ты не умрешь с голода. Готов поспорить, что ты уже давненько не развлекался, только и делаешь, что копаешь, - едва улыбаясь, сказал Кесслер. Внезапно я увидел в его глазах голод, увидел его впалые щеки, придававшие его лицу заостренный вид. Похоже, он был ещё более голоден, чем я, раз был готов показывать фокусы за горсть зерна. Так ли сильно я был голоден до волшебства?

- А вы можете сделать превращения?

- Конечно, конечно! - он поманил меня ближе.

- Не делай этого, Румп, - я обернулся и увидел, как Краснушка пристально смотрела на Кесслера, обхватив свой паек обеими руками.

- Вреда не будет, - нахмурился Кесслер

- Кто бы говорил, - сказала Краснушка, в её голосе вдруг проскользнуло что-то материнское. - Когда вы появились в прошлый раз, то подожгли Гусу волосы!

- Ну, немного....

- А вспомните Хельгу с её бородавкой...

- Чистое совпадение! - воскликнул Кесслер, прерывая её нервным смешком. Он полез в карманы. - Смотрите, видите? Ни огня, ни бородавок, я только превращу этот комочек пуха в... мышь! - Он помахал этим комочком перед моим лицом. Неужели он, в самом деле, мог превратить его в мышь? Бабуля рассказывала мне истории о превращениях мышей в лошадей, а обычной тыквы в золотую повозку. Ну не здорово ли было бы увидеть, как комочек пуха превращается в настоящую мышь?

- Румп, не надо, - стиснув зубы, произнесла Краснушка.

Я не обращал на неё внимания. Всего-то горсточка зерна. Бабуля даже и не заметит, а чтобы всё было честно, утром я не стану завтракать.

Я раскрыл свой мешок и Кесслер выудил из своего кармана оловянную чашку. Он быстро зачерпнул кучу муки и снова засунул чашку в карман. У меня свело живот. Мне придется пропустить три завтрака, учитывая то количество муки, которое он забрал. Краснушка фыркнула от разочарования.

- А теперь, - сказал Кесслер, держа в руках кусочек пуха, - я совершу превращение этого комочка в мышь!

Кесслер взял комочек обеими руками и поднес к своему лицу. Он неразборчиво что-то проговорил, его глаза расширились и остекленели.

Пушок задрожал и начал раздуваться. С одного конца показался хвост, на другом конце отрасли уши и показалась маленькая мордочка, которая издавала тоненький писк. Последними, для придания формы, вылезли четыре лапки и два глаза, похожих на бусины.

Мышь! Он превратил пушок в мышь!

- Ты это видела? - спросил я Краснушку, указывая на мышь.

- Видела-видела, - раздраженно ответила Краснушка.

Я улыбнулся Кесслеру, а тот улыбнулся мне в ответ и положил мышь в нагрудный карман.

- В следующий раз, возможно, я превращу эту мышь в кота. Ага, точно!

Мы опустили глаза и увидели, как к нам бежит ещё одна мышь. А затем ещё одна и ещё. Да, да, да! Шесть мышей крутились под ногами Кесслера.

- Ну-ка, посмотрите! - он достал из своего кармана мышь. - Все они пришли поприветствовать своего нового друга! Ну, разве это не волшебно?!

Я закивал в согласии, как вдруг услышал странные звуки, стук, как от дождя, а также далекий писк, как будто надо мной пролетала стая птиц. Звук приближался.

- Ну вот, начинается, - сказала Краснушка.

Глаза Кесслера расширились. Он поднял мышь вверх и уставился на неё:

- О, о бо..

Затем последовал взрыв из мышей. Сотни мышей валили с деревьев, из нор в земле, из окон и дверных щелей. Крики и вопли проносились эхом по всей Горе. Что-то рухнуло в доме неподалеку, и оттуда, распахнув дверь, выбежал человек, ноги его были усыпаны пищащими мышами. Мыши слились воедино и направились к нам. Я вскарабкался на ближайшее дерево, обвивая его ногами.

- Ну, всё, мне пора, - Кесслер подтянул штаны, повесил мешок на плечо и побежал, гонимый мышами.

Краснушка рассмеялась и помотала головой:

- Ну и дурак! Он до сих пор не понял, что ему пора завязывать с магией. Ему с огнем играть и то безопаснее.

- Но ведь Кесслер показывает только маленькие безобидные фокусы, что в этом такого?

- Любая магия несет за собой последствия, Румп, даже у маленьких фокусов могут быть большие последствия.

- Так что же, если бы он превратил тот пушок в белку, сейчас на нас бы белки напали?

- Да могло случиться всё, что угодно, ещё и похуже. Как, например, у него могли бы отрасти беличьи зубы, - Краснушка показала зубы и подергала носом, изображая белку.

Я рассмеялся. Краснушка перестала гримасничать и вновь стала серьезной и мрачной.

- Кесслер рискует ради еды, но однажды это ему боком выйдет. Возможно, он даже не успеет ничего съесть, его опередят мыши.

- Почему?

- Да потому что он избавился от всех мышей в Деревне!

Краснушка пристально посмотрела на меня, затем покачала головой и ушла.

Если бы я мог творить чудеса, я бы многое изменил навсегда, как, например, вырос бы или превратил весь пух в пищу. И в Гору положил бы побольше золота.

Эти фокусы заставили меня желать ещё. Ещё магии, ещё превращений, и уж точно не с помощью Кесслера. Я хотел сам творить чудеса. Интересно, насколько разрушительными были бы тогда последствия?

Золото! Золото! Золото!

Той ночью я проснулся от пронзительного гула. Надо мной завис рой фей. Одна сидела на кончике моего носа, другая - на ухе, а еще две прогуливались по моей груди. Несколько танцевали на моих руках и возбужденно щебетали.

Я замер. Мне не хотелось пережить еще одно нападение, подобного тому, что случилось в Лесу. Они дергали меня за пальцы и, благодаря их усилиям, я ощутил желание встать.

Было все еще темно. Лишь лунный свет лился через окно, освещая мою кровать и прялку. На другом конце комнаты как обычно похрапывала бабуля, ее не беспокоили ни вопли, ни стрекотание фей. Внезапно они оказались прямо рядом с моим ухом, поэтому их крики и щебет вонзались прямиком мне в мозг. Они что-то говорили. Мне пришлось напрячься, чтобы понять их, но они кричали, перебивая друг друга. Я не знал, что феи могут разговаривать.

"Золото! Золото! Золото!" Звучало примерно так. Феи теребили мои волосы, уши и одежду. Десятки из них крутились вокруг моих пальцев, яростно хлопая от усилия крыльями в попытке поднять меня с кровати. Они подталкивали меня к прялке.