Замуж с осложнениями. Трилогия (СИ) - Жукова Юлия Борисовна - Страница 244

— Как хочешь, так и проследишь, — кривлюсь я. — Если твоя жена ест то же, что твоя дочь, то проживёт недолго. Прикажи повару готовить то, что я напишу… Вообще, где Алтоновч — то?

— У себя наверху…

— Ну так веди её сюда, будем разговаривать.

Арон растерянно кивает и убегает вверх по лестнице. Я киваю Киру.

— Ну как?

— Нормально, — пожимает плечами ребёнок. — Сначала он всё рвался к вам посмотреть, что вы с его дочкой делаете, но потом я спросил про охоту, и он про дочку забыл, стал мне рассказывать… Обещал меня с собой взять в следующий раз, если отец отпустит.

— Азамат и сам хотел с тобой на охоту сходить, — припоминаю. — Наверное, можете и втроём.

Наверху слышатся шаги, и к нам спускаются Арон с женой. Она сегодня в бирюзовом, и как всегда платье, диль и косынка чуть — чуть не совпадают по тону. Интересно, это индивидуальный стиль такой или она просто сама ткани красит, а пропорции забывает?

— Она заразная? — нервно спрашивает Алтоновч, косясь на дверь дочкиной комнаты.

— А вы этим не болели? — отвечаю вопросом на вопрос.

— Конечно нет! — в ужасе отрицает Алтоновч.

— Тогда заразная, — с плохо скрываемым злорадством киваю я. Конечно, раз Алтоновч не болела, значит, у неё достаточно сильный иммунитет. С другой стороны, может, в детстве и был сильный, а сейчас если она одними плюшками питается, то и вместе с дочкой заболеть может.

— Расскажите мне, пожалуйста, что вы едите, — предлагаю я, открывая файл с историей болезни.

Алтоновч таращится на меня во все глаза.

— А вам зачем?

— Затем, что ваша дочка заболела из — за неправильного питания.

— Так что, её не кормить, что ли?

Я роняю голову на клавиатуру. Кир хихикает в углу.

Мы покидаем дом Алтоновч примерно через час, с трудом общими усилиями убедив её, что питаться одним сладким нельзя не потому, что мужу жалко денег. Кир похихикивает, я пихаю его локтем в бок.

— Не смешно, — говорю, улыбаясь. — Угробит ведь ребёнка.

— А если не угробит, вырастет ещё одна такая же тупая корова, — пожимает плечами Кир. Я хмурюсь.

— Алтоновч, конечно, не слишком одарённая женщина, но не мог бы ты выражаться повежливее? Арон не обрадуется, если узнает, что ты так говоришь о его жене.

— Простите, — ворчит Кир, вжимая голову в плечи.

Ну отлично, теперь он расстроился. А я — то радовалась, что удалось его немного развеять. Однако эта мысль держится у меня в голове недолго, потому что я вдруг озадачиваюсь вот чем: муданжские девочки до замужества обычно живут с матерями. Хотела бы я посмотреть на статистику детской смертности. Есть у меня подозрение, что для мальчиков и девочек она неодинаковая. А если так, то, значит, взрослых женщин на Муданге должно быть заметно меньше, чем мужчин. Отсюда и отношение к ним… М — да, порочный круг.

Дома Кир с тяжёлым вздохом топает в свою комнату и закрывает дверь, так что до обеда от него ни слуху ни духу.

Впрочем, и на обед он не выходит.

Когда Азамат стучится к нему в дверь, ответа нет. Озабоченный Азамат приоткрывает дверь и обнаруживает ребёнка спящим за столом носом в книжку.

— Не буду напоминать, что я тебя предупреждала, — триумфально говорю я.

Азамат умилённо улыбается и мягко треплет Кира за плечо.

— Ну что же ты, мальчик, просыпайся..

Кир подскакивает и ошарашенно озирается.

— Ой. Простите. Извините. Я ненадолго… Не заметил…

— Ладно уж, — смеётся Азамат. — Пошли есть, соня.

Ребёнок послушно чапает к столу и принимается механически жевать, не разбирая, что именно. Азамат обстоятельно выбирает косточки из жареной рыбы.

— С чего предпочитаешь начать? — спрашивает он, не отрывая взгляда от тарелки. — Проверим твою самостоятельную работу или статьи почитаем?

Кир на секунду впадает в панику, но тут же успокаивается и произносит с похоронной решимостью:

— Я почти ничего не сделал.

Азамат отрывается от тарелки.

— Почему?

— Ну… — Кир бросает косой взгляд на меня.

— Мы ходили к Арону, — говорю.

Азамат хмурится.

— Мне казалось, мы вчера с тобой обсуждали, что учёба на первом месте.

— Тебе именно казалось. Ты высказался и заснул, даже не выслушав, что я по этому поводу думаю, — спокойно сообщаю я.

— И поэтому ты решила игнорировать моё мнение, — продолжает за меня Азамат.

— У Арона дочка заболела, — объясняю я.

— Серьёзно? — настораживается Азамат.

— Нет. Но ты же знаешь Арона, он уколов боится, сканера боится… Мне нужна была помощь в его нейтрализации.

— И кроме Кира никто не мог тебе помочь, — с ироничным трагизмом заканчивает Азамат.

Я пожимаю плечами.

— Ты занят, Тирбиш с Алэком сидит, Янка с Оривой на вызове… почти все остальные, кого можно попросить о такой услуге, работают с тобой. Не Орешницу с Эсарнай же было звать.

Азамат некоторое время смотрит на меня, потом вздыхает.

— Лиза, я встаю в четыре часа ночи, чтобы освободить себе вечер и позаниматься с Киром. Ты не могла бы хотя бы согласовывать со мной, если его отрываешь?

— А я не понимаю, куда ты так спешишь? Ему что, экзамен надо сдать? Зачем жертвовать собой и доводить ребёнка до того, что он спит на столе? Ты его даже с братом не познакомил, а матери, небось, и не сказал ничего.

— Хорошо, ты его познакомила с моим братом. И какая от этого произошла польза? — нетерпеливо спрашивает Азамат.

— Арон позвал его с собой на охоту.

Азамат хлопает себя ладонью по коленке.

— Отлично! Теперь мой

брат

поведёт моего

сына

на охоту раньше, чем я! Как прекрасно ты всё устроила.

— Вы можете пойти вместе, — спокойно гну свою линию. Похоже, Азамат и правда переутомился, если разговаривает со мной в таком тоне. Кир нервно переводит взгляд с меня на него и обратно, стараясь не привлекать к себе внимания.

— А ты могла бы немножко подождать, — отвечает Азамат. — Я же тебе сказал, немножко осталось!

— Не немножко, если недосыпать и не есть. И главное, ради чего! Нельзя поразвлечься, отдохнуть, а потом продолжить? Или для охоты обязательно надо уметь читать вслух с выражением?

— Кто кого заставляет не спать и не есть? Я не так много требую, Лиза!

— Я не знаю, сколько ты требуешь, но Кир встаёт тогда же, когда ты, и за завтраком напихивается не жуя, лишь бы побыстрее. И сидит весь день, не поднимая головы, над книжками. Если ты считаешь, что требуешь немного, то я не знаю, что такое много!

Азамат выглядит озадаченным.

— Я впервые слышу, что мои задания вызывают столько проблем.

— А то, что я уже неделю тебе твержу, что ты переутомляешь ребёнка, не считается? — фыркаю я.

Азамат решает наконец включить Кира в разговор.

— Ты действительно весь день тратишь на задания?

Кир смотрит на его затравленно и хлопает ртом. Я раздражённо вздыхаю.

— Никто не будет тебя ругать за медлительность!

Кир осторожно кивает, не сводя насторожённого взгляда с Азамата. Тот поднимает брови.

— Но почему ты не сказал, что тебе так трудно?

Взгляд Кира на секунду становится неверяще — укоризненным.

— Мне не трудно, — почти шёпотом отвечает ребёнок.

— Если тебе приходится вставать затемно и весь день заниматься без перерывов, то это называется трудно, — замечает Азамат.

Кир сжимает губы и злобно зыркает на меня, но молчит. Азамат некоторое время ждёт, но ответа не получает, так что задаёт новый вопрос:

— Ты бы хотел прервать занятия?

Кир пару секунд колеблется, потом осторожно отвечает:

— Да.

Азамат опускает голову.

— Вот как. Почему?

— Мне надоело, — осмеливается Кир.

— Мы можем заниматься меньше, — с надеждой предлагает Азамат. — Всего час в день, например.

Ребёнок мотает головой.

— Нет.

Азамат расстроенно кивает.

— Понял. Ну, может, хотя бы сегодня ещё почитаем? А с завтрашнего дня всё?

Кир снова мотает головой, уже решительнее.

— Ну хорошо, — разводит руками Азамат. — Не хочешь, не надо. Отдыхай.