Замуж с осложнениями. Трилогия (СИ) - Жукова Юлия Борисовна - Страница 235

— Звучит хорошо! — радуется Азамат, стряхивая с себя жидкий свитер. Жидкий в прямом смысле слова, так и растекается по полу.

— Опять мыться? — бубнит Кир. — Каждый день теперь, что ли?

— А как вы хотели, во дворце — то? — замечает возникший у меня за спиной Тирбиш с полотенцем на плече. — Пойдёмте, князь Кир, я покажу вам удобства.

Вымытых, тепло закутанных в полотенца и фланелевые халаты Байч — Харахов встречает горячий ужин из четырёх блюд. Кир, надо заметить, стал гораздо менее смуглым после вмешательства Тирбиша, и теперь всё время нюхает свои руки и пытается их вытереть о халат. Видимо, попался ароматный гель.

— Так — то лучше, — одобряю, оглядев их у входа в гостиную. — Теперь ещё по стаканчику микстуры, и я могу о вас не беспокоиться.

— Я не болею, — хмурится Кир.

— Вот чтобы и дальше не болел, — говорю, размешивая в пиале апельсиновый иммуностимулянт. — Она не противная. А потом после еды ещё свои вечерние витамины выпьешь.

На еду мы набрасываемся все, даже Алэк, которого я недавно лично кормила, требует поделиться бульончиком.

— Ну как съездили? — первым нарушает молчаливый треск за ушами Тирбиш.

— Отлично! — с воодушевлением отзывается Азамат. — Прокатились вниз по реке почти до гор, потом небо темнеть начало, повернули, и только в самом городе уже под дождь попали. Но какое солнце перед грозой! Там, на севере уже снег лежит, а тут — то ещё кролики бегают, рыба плещет. Я считаю, очень хорошо покатались.

Кир неопределённо кивает, не отрываясь от тарелки. Он опять наедается так, что мне от одного вида плохо делается, но сегодня это даже оправдано.

— Ну ладно, — вздыхает Азамат, стаскивая с головы полотенце и принимается промокать им свои бесконечные волосы. — Сегодня мне надо ещё поработать и завтра тоже, так что, Тирбиш, позанимайся с Киром, пожалуйста. А после полудня можно будет поиграть или поучиться. Дождёшься? — он подмигивает Киру. Тот молча кивает.

Азамат встаёт, потягивается и уходит переодеваться, а то в халате в Канцелярию не пойдёшь. Когда он скрывается в коридоре, я подсаживаюсь к Киру и обнимаю его за плечи.

— Он тебя не сильно вымотал? — спрашиваю.

Кир оглядывается на меня изумлённо.

— Я просто подумала, — оправдываюсь, — что сегодня можно было бы и поспокойнее день провести. Ты, когда устаёшь, так и говори, никто тебя не осудит. У Азамата энергии на семерых хватит, он тебя совсем загоняет, если будешь на всё соглашаться. Советую завтра поспать подольше и с утра поберечь силы, посидеть дома, позаниматься чем — нибудь привычным. Хорошо?

Кир неуверенно переводит взгляд с меня на Тирбиша.

— Он сказал играть и учиться…

Тирбиш улыбается уголком рта.

— Я подчиняюсь Хотон — хон, как она говорит, так и будет.

— Она ведь женщина, — недоверчиво замечает Кир.

— Она такая женщина, как не всякий мужчина, — хмыкает Тирбиш. — Идите — ка спать, князь Кир, у вас был трудный день. Постель я приготовил.

Кир снова косится на меня и на мою руку, которой я его обнимаю. Я быстро прижимаю его покрепче и чмокаю в висок.

— Доброй ночи.

Кир выкручивается из — под моей руки и выстреливает по коридору в свою новую комнату. Мы с Тирбишем, усмехаясь, провожаем его взглядами.

— Чего ты к нему на «вы» обращаешься? — спрашиваю.

— Чтобы привыкал, — пожимает плечами Тирбиш. — Мне не трудно, а ему лестно. Шли бы вы и сами спать, Хотон — хон, а то как бы не пришлось капитану вас относить в спальню, вид у вас такой…

Глава 16

Когда я утром выхожу в гостиную, меня встречает приветственный грохот. Протерев глаза, я обнаруживаю Кира, поспешно поднимающегося с пола, а рядом с ним поваленный журнальный столик и кучу разбросанных книг. Похоже, кто — то споткнулся об ножку, и теперь не знает, что делать: убирать бардак или драпать.

— Не ушибся? — спрашиваю, поднимая столик.

Кир нервно топчется у стены и на вопросы не отвечает. Я принимаюсь собирать книги — это Азаматовы сборники легенд и песен. Ребёнок опасливо присоединяется, и скоро всё лежит аккуратными стопочками на столе.

— Извините, — тихо начинает Кир. — Я их только посмотреть взял, не хотел ничего портить…

— Да вроде и не испортил, — пожимаю плечами. — Это же новые книги, крепкие, ну подумаешь, на ковре повалялись. Куда ты так рванул — то?

Ребёнок втягивает голову в плечи.

— Я не знал, можно ли их брать…

— То, что нельзя брать, — усмехаюсь, — лежит в сейфе под замком. А тут в гостиной всякие люди ходят, и ничего секретного нет. — Усаживаюсь на диван и тянусь к телефону. — Ты завтракал?

— Нет, я только, гм, картинки рассматривал.

Я заказываю с кухни йогуртов и фруктов, потом замечаю подозрительный взгляд Кира и поясняю:

— Сегодня тебе уже можно сладкое, наказание кончилось. И дай — ка мне стакан с водой, я тебе сделаю витамины.

Кир послушно подносит мне стакан и наблюдает, как в нём растворяется шипучая таблетка. Какой — то он чересчур послушный — не ленится, не скандалит. Если учесть начало наших отношений, я ожидала больше проявлений характера. А он только молчит, смотрит в сторону и отвечает в минималистическом стиле.

— Ну и как картинки? — спрашиваю, чтобы заполнить паузу.

Он бросает на меня ещё один подозрительный взгляд, как будто знает, что я застала его на месте преступления, но почему — то не зову полицию.

— Нормально.

Вот об этом я и говорю.

— Мне особенно нравятся в книжке про Атвэя — охотника, — говорю. — Гляди.

Выуживаю из стопки пластиковое издание и протягиваю Киру. Там действительно потрясающие пейзажные миниатюры, рисунки животных и национальные костюмы разных областей Муданга.

Кир предельно аккуратно перелистывает пластиковые странички, отделанные под старину. Потом он замирает, засмотревшись на страницу. Я вытягиваю шею заглянуть, что там изображено, но Кир вздрагивает и тут же перекидывает полкнижки.

— Там что — то неприличное? — поднимаю бровь.

— Нет, — пожимает плечами он. Поднимает на меня взгляд и тут же отводит.

— Чего ты от меня шарахаешься? — спрашиваю.

— Ничего. Я не шарахаюсь, — быстро отвечает ребёнок.

Кого — то он мне напоминает… Ах да.

— Оттого, что у меня глаза синие, что ли? — предполагаю. — На моей планете такое бывает. Я не имею никакого отношения к тёте — грозе.

— Это детские выдумки! — возмущённо фыркает Кир. — Никакой тёти — грозы не бывает!

Я с пониманием улыбаюсь, и ребёнок, видимо, решает, что лучше сознаться, чем прослыть трусом, верящим в сказки:

— Вы вчера сказали не читать, а я читал, потому и хотел спрятаться.

Я глубоко вздыхаю.

— Никто тебе не запрещал читать, — говорю. — Я просто сказала, что это не обязательно. Тебе надо было отдохнуть. Но если хочешь — читай, пожалуйста, мне не жалко.

Ребёнок смотрит на меня выжидательно, не последует ли каких — нибудь ограничений, потом кивает. Тут приносят завтрак, и Кир аккуратно сдвигает все книги на дальний край столика, чтобы на них что — нибудь не пролить. И только после этого уплетает полтора кило йогуртов.

Просыпается Алэк, мы идём на прогулку, потом немного возимся в манеже. Тирбиш приносит свежеподаренные подданными игрушки, я отправляюсь их дезинфицировать. Кир сидит в гостиной над книгами.

Мы с Тирбишем играем с Алэком, потом приходит черёд кормления, потом снова спать. Тирбиш сегодня укладывает мелкого без проблем и предлагает Киру заняться чем — нибудь поинтереснее, но то отказывается и продолжает читать.

— Ты не обалдел ещё? — интересуюсь.

Он мотает головой, не отрывая взгляда от страницы и дальше игнорирует происходящее вокруг.

В такой диспозиции и застаёт нас Азамат.

— О, Кир, читаешь? Молодец, парень! Ну как, получается?

Ребёнок аж подскакивает от неожиданности — видимо, не заметил, как Азамат вошёл.

— Э, да, — отвечает он, вытягиваясь по струнке.

— Отлично! Ну — ка давай, почитай мне вслух.