Тени Персея или Не будите спящую ведьму. Дилогия (СИ) - Радин Сергей - Страница 77

Внезапно я прижимаюсь к кому-то. Меня обнимают, гладят по голове, как маленькую, и шепчут:

— Тихо-тихо… Сейчас я тебя разгружу — и всё будет хорошо…

Бассейн поплыл куда-то в сторону. Человеческие фигуры потемнели и смазались в неопределённые пятна.

Кажется, у меня стучали зубы. И колотило уже так, что на несколько мгновений я зациклилась на мысли: не разбить бы головой подбородок обнимающего меня человека.

А потом тяжеленный груз, давивший на голову, резко и плавно обвалился, словно на меня опрокинули ведро воды…

… По ощущениям, я сидела в кресле. Мягком и тёплом. Только странной конфигурации — с руками, крепко держащими меня. Обернулась. Выяснилось: сижу на бортике бассейна, чуть косо позади сидит Ник Имбри, обнимает меня. Что-то с глазами: картинка с Имбри двоится. Я вижу жёсткое лицо соратника по поездке на Персей сквозь то же лицо, но более тонких очертаний. И не успеваю понять, что происходит, как говорю тому, молодому Имбри:

— Тёмный ты человек, Ник Имбри.

— Это моя фраза, — говорит старший Ник сквозь молчаливую маску юного. — Ты обычно добавляла — "и дремучий".

— Больница святого Георга, — с трудом шевелятся мои губы.

— Ну да. Я сломал ногу — и познакомился с симпатичной санитарочкой. Когда мы поженились, я спросил: почему ты не захотела сразу зарастить перелом. Ведь это было в твоих силах.

— А я ответила, что боялась быстро лишиться дружбы с человеком…

— … тёмным человеком…

— … который умудрялся ухаживать за мной, не вставая с кровати.

Два пространства вздрогнули и соединились. Ник сумрачно смотрел мимо меня, наклонив голову и подбородком чуть касаясь моей щеки. Скосив глаза на него, я рассеянно думала, что так и не вспомнила мужа, но теперь чётко осознавала крохотный кусочек прошлого. Этот кусочек не стал полным воспоминанием, как с в случае с Матвеем… Иорданец вдруг оглянулся, встретился со мной глазами.

Глазами. Дикими. Торжествующими. Полыхающими зеленью.

Два-три мгновения.

— Спасибо, Зоя.

— Спасибо скажешь, когда мы доберёмся до Кейда, — медленно, онемевшими от ненависти губами сказала я.

— А ты? Не будешь возвращать полную память?

— Нет. Мне нужна ясная голова, а я уже сейчас с трудом держу себя в руках. Что будет, когда узнаю, как меня схватили люди Кейда? Не хочу.

Обернулся Дирк.

— Ты всё ещё думаешь, что я преступница?

— Нет. Я думаю, неплохо, если бы всё быстрее прояснилось.

— Пришла в себя?

— Да. Матвей, как нам добраться до лаборатории?

— Моё личное аэротакси недалеко от входа, — спокойно сказал Иорданец. Он смотрел мне в глаза, явно не желая встречаться глазами с Имбри.

— А чумовики? — поинтересовался Дирк.

— Батис вызовет оллфагов. Они будут сопровождать нас.

— Хорошо. Остаётся одна проблема.

И все обернулись к Тайгеру.

— Ты тоже мог оказаться среди подопытных кроликов доктора Кейда, — спокойно заметила я, понимая, что фраза звучит задиристо, слишком по-детски.

— Не дави на меня.

— Времени маловато для размышлений, — сказал Ник. — Тайгер, давай так: даёшь слово, что молчишь насчёт нашего ухода, — и мы срываемся с места.

Лейтенант упрямо выпятил нижнюю губу. Он всё ещё бледен после пережитого с Батисом. Под нашими взглядами, отведя глаза, выдавил:

— Идите. Я не скажу.

Мы, впятером, немедленно поспешили к лестнице наверх.

Батис вдруг вырвал ладонь из руки отца и побежал назад. Мы поневоле остановились, выжидая.

Мальчишка подбежал к лейтенанту, присел перед ним, сидящим на бортике, на корточки. Через секунды две он дёрнул Эрика за рукав. Мы сначала решили, что Батис зовёт его с нами. Но, едва Эрик поднял голову, Батис ладонями обвёл воздух над головой и плечами Тайгера. Затаив дыхание, мы наблюдали, как огненный вихрь обвеял лейтенанта, сжавшегося от неожиданности.

Всё ещё сидя на корточках, но уже опираясь руками о колени, Батис мгновения всматривался в глаза Эрика, а потом побежал к нам.

— На драконианском это значит "спасибо", — издалека объяснил Матвей лейтенанту.

Мы дождались, пока Батис присоединится к нам, и почти побежали к выходу.

Пришлось пройти довольно опасными развалинами, где в любой момент, казалось, даже от звука шагов, могли заворочаться выщербленные плиты и похоронить нас в каменных завалах. Невидимая тропка так петляла, что Матвей просто был вынужден объяснить:

— Как все драко, я, наверное, слишком подозрителен и всегда хочу иметь козырь в любых обстоятельствах. Про мой личный транспорт никто не знает.

Ник только фыркнул, сморщив нос. Он шёл следом за Иорданцем — я прикрывала нашу вылазку. Поэтому некому было заметить, что моя правая рука чуть неестественно для бегущего человека опущена — кончиками пальцев в обратную сторону.

Аэротакси Матвея пряталось под "домиком" из двух гигантских плит, ещё и бережно укрытое в палатке из керамического пластика. Иорданец расчехлил палатку, и трое мужчин легко вывели машину из убежища.

Открыв дверцу водителя, Иорданец оглянулся на меня и сморщил губы в усмешке.

— Мы встретились три часа назад, Зоя? Время вокруг тебя, как всегда, кипит событиями.

— Вы были знакомы и раньше? — спокойно спросил Ник, ненужно оправляя плечевые ремни, крепящие огнемёт к руке.

— Академия энергогностиков на Иордане. Именно там Матвей взял себе человеческое имя.

— Понял. Опять в паре? — улыбнулся Ник драко, садясь рядом.

— И опять заварушка! — мечтательно, нараспев сказал Матвей, сияя густеющей зеленью глаз; намёк на атавистическую чешую потемнел от прилива крови и превратил кожу вокруг глаз в тату стилизованных чёрных очков. Всё. Взрослый драко в полной боевой готовности. Хорошо, что такси без верха: сидеть сейчас с ним рядом, в закрытом помещении, — пытка для человека, не подготовленного к сухому и даже опаляющему жару.

Мы с Батисом устроились на первом сиденье для пассажиров, — позади — с оружием наготове бдительно озирал окрестности Дирк.

— Двинулись? — риторически вопросил Матвей, но до панели управления дотронуться не успел.

55.

Батис вдруг резко забарабанил кулаками поверху водительского кресла.

— Что случилось? — подпрыгнул Иорданец.

Я знала, что случилось, но промолчала. Батис и без меня всё пояснил, развернувшись и указывая на портик, от которого к аэротакси вела прямая дорога.

К нам бежал, перепрыгивая через небольшие обломки и огибая крупные, лейтенант Тайгер. Локтем правой руки он прижимал к телу оружие — то и дело насторожённо зыркая по сторонам и вверх, отчего на наших глазах пару раз едва не сверзился, споткнувшись. Левую руку Эрик держал так, словно вёл ею по невидимым перилам, что заставило меня улыбнуться и отвернуться, пряча улыбку… Приглядевшись, драко присвистнул.

— Нить Ариадны?

Вопрос был явно ко мне, но говорить не хотелось: я сделала вид, что всматриваюсь в подозрительные развалины колонн.

Но глазами мы всё-таки встретились, пусть и вскользь, и отвернулись. Остальные не поняли. Да и удивление оказалось слишком велико, чтобы обращать внимание на странные слова Матвея. Не удивлялся один Батис — он радовался.

Дирк открыл дверцу — и лейтенант свалился на сиденье. По инерции он ещё раз оглядел пространство и принялся успокаивать дыхание.