Тени Персея или Не будите спящую ведьму. Дилогия (СИ) - Радин Сергей - Страница 75

Замолчав, он так ссутулился, что стало ясно: Матвей смотрит куда угодно, только не на лица сидящих рядом. Зато мне приходилось еле сдерживаться, чтобы не взглянуть на чёрные очки Батиса, чей упорный взгляд я чувствовала с начала разговора.

— Значит, игольчатые появлялись только у энергогностиков, — медленно сказал Ник, — так получается? У людей нетренированных или плохо тренированных организм сразу подчинялся Субстанции, которая их превращала в "акул" или оборотней.

— Я размышлял над этим. В обоих случаях всё начинается одинаково: тень влетает в мозги и почти мгновенно подчиняет их себе. В случае энергогностика этот момент становится решающим. Своим сопротивлением, попыткой блокировать Субстанцию мы превращаем её в игольчатого монстра. А дальше всё зависит от силы энергогностика. Сам игольчатый явно не приспособлен к управлению захваченным телом. Отсюда — неполная мутация организма и его быстрая смерть.

— Думаешь, больше никто не выжил?

— Думаю.

— И если Кейд жив…

— Они снова дадут ему возможность заниматься самыми опасными проектами.

— Несмотря на то что он угробил целую планету.

— То есть, чтобы остановить Кейда, надо опередить майора Брента.

Иорданец поднял голову. Батис не шелохнулся.

Забавно, как легко сказал эти слова Имбри. Таким я ещё не видела своего… мужа — делающим выводы и предлагающим решение.

Он будто почувствовал наше удивление.

— Когда я сделал предложение Зое, она сказала что-то вроде следующего: однажды её решение принесло только беды, поэтому бразды правления в семье она предпочитает видеть в моих руках… Я предлагаю оторваться от десанта, освободить вас от игольчатых и самим совершить налёт на лабораторию.

Барракуда то ли проворчал, то ли прорычал недовольно.

— А тебя никто и не заставляет. Я же знаю: ты нас не выдашь.

— Слишком много знаешь. Может, я ещё подумаю — выдавать или нет, — ответил Барри и сдвинул брови, думая под нашими любопытными взглядами. Через минуту раздумий сопнул носом и провозгласил: — Ладно. Не выдам.

— Спасибо тебе, Барри, ты настоящий друг, — серьёзно сказал Имбри.

Батис прыснул — и сразу превратился в смешливого мальчишку.

— Как их отвлечь, чтоб сразу вас не хватились?

— Помнишь Тима, стрелка? Передай ему от моего имени, чтоб показал майору наш автопарк. По городу не больно поездишь, но для поисков продуктов штук двадцать аэротакси у нас есть, — объяснил нам Иорданец.

— Передам, — сказал Барри и поднялся.

Ник некоторое время глядел ему вслед, затем повернулся к нам.

— С чего начнём?

— Расскажите, что за опыт у вас с Субстанцией.

Мы, почти не перебивая друг друга, рассказали ему о Саймоне и его беде.

— Хорошо, начнёте с меня, — спокойно сказал Иорданец. — Пусть проба на мне обеспечит мальчику уже проверенный процесс извлечения. Всё-таки свободно шастающий по мозгам агрессор — это одно. А заблокированный игольчатый — другое. Случись что со мной — я справлюсь.

Короткий свист прервал его тревожные размышления вслух.

Барри стоял у входа в коридор, в котором только что было исчез, и яростно махал рукой. Поскольку он изредка прерывал подзывание рукой и прикладывал палец к губам, мы подошли к нему на цыпочках и едва дыша.

В коридоре, с обеих сторон двери в тёмную комнату, куда драко затащили меня, сидя спали Дирк и лейтенант Тайгер.

— Зоя, ты же сказала… — шёпотом начал Матвей, но запнулся, приглядевшись: — Вот оно что. Птички виноваты.

— Не понял, — прошептал Имбри.

— Желание Дирка поговорить со мной об оллфагах. Они так поразили его воображение, что пересилили заклятие шор. Дальше этой комнаты заклятие их не пустило. А сопротивление шорам привело ко сну. Что будем делать?

— Я пройду тихонько — они и не проснутся, — предложил Барри.

— Дирк… — произнесла я одновременно с Ником.

Мы переглянулись. Кажется, все сразу вспомнили то выражение безразличия, поспешно нацепленное бывшим начальником охраны, когда он узнал о настоящей цели десанта на Персей. Что ж, нам понадобится человек, столь яростно ненавидящий Кейда.

Но что делать с лейтенантом? Почему он увязался за Дирком?.. Ответ, как это у меня бывает, пришёл с потолка: Тайгера тоже увлекла идея птиц, пожирающих тени. А Дирк наверняка очень эмоционально рассуждал о возможностях оллфагов; оба шли-шли и наткнулись на начало шорного заклятия. Созданное противоречие "заманчивые перспективы — забудь о повелителях оллфагов" затуманило мозги. Организм нашёл выход — "Спать!".

Барри оскалился на нас в том, что посчитал весёлой ухмылкой, и в самом деле тихонько утопал к лестницам вниз.

— Итак? — вздохнул Ник. — Теряем время.

— Лейтенанта зомбировать и отправить назад нетрудно, — высказался Матвей. — Если не желаете оставлять свой след, могу и я…

— Мы ни разу не пробовали вытаскивать игольчатого. Да и с оборотнем один-единственный случай был, — заметил Ник. — Тайгер, если показать ему базовые знаки, достаточно силён, чтобы блокировать Субстанцию что в голове, что вне её. И я помню, как он вёл себя в первой половине вчерашней ночи.

— Берём с собой обоих?

— Берём, — подтвердила я.

Спустя некоторое время мы снова засели на бортиках каменного бассейна.

Выяснилось: дела обстоят не так уж хорошо. Пятьдесят на пятьдесят. Если Дирк согласился сразу и безоговорочно идти с нами в лабораторию Кейда, то лейтенант заартачился. А уж когда узнал, что именно с Матвеем и Батисом неладно…

— Я давал присягу! — заявил он.

— Кому — Межгалактике или ведомству?

— Давая ведомству присягу, я даю её и Межгалактике. Я и так успел провиниться — дезертировал, уйдя в самоволку с остальными. Я не хочу рисковать!

— Так вот в чём дело! Рисковать! А чем? — ласково спросил Ник. — Тебе нравится Персей? Ты отсюда улететь не хочешь? Или не готов рискнуть и допустишь, чтобы многоуважаемый профессор Кейд смог провезти на следующую, уже густонаселённую планету парочку сотен герметичных до поры до времени колбочек с Субстанциями? Увези его отсюда, он ведь не прекратит опытов. И ты это прекрасно знаешь.

— Я военный, — заявил Тайгер. — Я должен следовать данным инструкциям и приказам старших по званию.

— Оллфаги, — напомнил Матвей. — Эрик, представь ситуацию: отказывается сопровождать вас в лабораторию Дирк. Отказываюсь я. Как ваша команда собирается пройти через весь город? Кто её защитит? Одно дело — драться с численно ограниченным противником в ограниченном пространстве, как воевали вы нынешней ночью, другое — на открытом пространстве, где бой виден и слышен всем желающим полакомиться свежими мозгами и свежей плотью.

Эрика передёрнуло.

— Вы хотите от меня невозможного. У майора приказ. Я должен следовать ему, а не той авантюре, которую вы задумали.

— А по-моему, авантюрой является именно приказ, — возразил молчавший до сих пор Дирк. — Лейтенант, вы только вникните в содержание приказа! Посмотрите, что за ним стоит: вам надо вывезти с Персея Кейда, заботливо обнимающего контейнер с остатками Субстанций, на другую планету, которую он столь же спокойно уничтожит. Кстати, вы не думали, что в дороге тоже может всякое случиться? Если вы вдруг всё-таки сумеете добраться до катера, не пожелает ли профессор понаблюдать, как ведут себя Субстанции в невесомости? Вы не думали, лейтенант, что в космосе вполне реально появиться ещё одному Летучему Голландцу в лице вашего катера?