Вернуться! (Эмигранты) (СИ) - Валин Юрий Павлович - Страница 162

Энгус с готовностью ухватился за принесенный с кухни и уже ополовиненный кувшин.

- Мне хватит. Мне еще плыть, - заметила Катрин.

- Рассвет не ждешь? Я провожу, - сказала Блоод.

- И я, - Энгус принялся затягивать пояс с оружием. - Я тоже по стенам еще не разучился лазить.

- Дети-то у вас как? Не распищатся?

- Гая присмотрит, - сказал Энгус. - Она у нас детей любит. А малые у нас разумные, мальчик, правда, почти не спит. В маму пошел.

- Голубя на ночь дашь - кровь сосет. Спокойный мальчик, - с умилением прошипела Блоод.

Катрин посмотрела на подругу:

- Ох, чувство юмора у тебя развилось непропорционально размерам нашего скромного замка. Не шокируй глорцев, пожалуйста. Ладно, что мы сидим? Пошли провожать, пока меня от пива совсем не разморило.

В темноте спустились к реке. Катрин и Энгус держали оружие наготове, - окрестности замка нельзя было назвать совсем уж безопасным местом. Долбленка спокойно ждала на своем месте. Сиге тут же вынырнул из черной воды.

- Это наш друг, - объяснила Катрин оторопевшему Энгусу. - Извини, забыли предупредить.

- Муж - трусишка, - прошипела Блоод.

Энгус посмотрел на нее укоризненно, и ланон-ши обняла его за шею:

- Шутка.

Забираясь в лодку, Катрин с интересом посмотрела на них. Вероятно, Энгус был единственным живым существом, способным спокойно стоять в объятиях суккуба. Даже не скажешь, повезло парню или нет. Весьма безумная семейная жизнь. Впрочем, кто бы говорил.

- Скоро мы будем, - сказала Катрин. - Ждите, и с разными сварами и потасовками до нашего прибытия повремените. Поплыли, Сиге.

Селк что-то быстро забулькал. Энгус уставился на него в еще большем изумлении.

- Говорит, что сюда может подойти драккар, - перевела Блоод. - Пока вода высокая, всё получится. Но задерживаться здесь нельзя. Ниже по течению камни опасные.

- Отлично, прибудем с шиком, - Катрин взялась за весло.

Энгус оттолкнул лодку. Сиге помахал остающимся на берегу ластой. Молодой управляющий неуверенно ответил.

Драккар прибыл чрезвычайно торжественно. Его заметили издали, и когда корабль подошел к крошечным мосткам, на берегу уже собралась целая толпа. Все прошло неплохо. Катрин, весьма нервничавшая, когда ее одевали и наводили шик, посидев в дракаре, совершенно успокоилась. Флоранс оглядывала замок и окрестности со спокойным интересом - встречающие её тоже беспокоили мало. В основном подругу волновало, как бы Катрин не заляпала смолой свое великолепное платье. На драккаре было тесновато.

В последние дни Катрин усиленно думала, как бы обставить вход в фамильную твердыню. Нужны какие-то церемонии, ритуалы. Нужно сразу показать, кто есть кто. Фло обязательно должна стоять по левую руку. Или по правую?

Получилось всё совсем иначе. Большая часть встречающих живо бросилась помогать морякам разгружать корабль и вытаскивать его на песок. Наверх, к замку, поднялась лишь небольшая группа вновь прибывших и встречающих - так сказать, высокопоставленные лица. Катрин разговаривала со старостой. Жигун ничуть не изменился, все тот же рассудительный, в меру почтительный, в меру лукавый, старикан. Предсказуемый и по-своему честный. Катрин с некоторым изумлением поняла, что весьма рада его видеть.

Прошли по мосту. Флоранс, держа на руках Дики, окинула взглядом ворота и надвратную башню. По-хозяйски глянула. Катрин едва сдержалась, чтобы не обнять подругу. Шепнула:

- Здесь полно работы.

- Иначе и быть не могло. Успокойся. Не забудь, что ты в хорошем платье, моя мнительная леди.

Во дворе было прибрано. Катрин с удовольствием отметила, что столбы передвинуты под стену. Интересно - это Блоод сказала или Энгус сам догадался? Пятачок рядом со столярной мастерской был аккуратно посыпан чистым песком. Тоже правильно.

У высоких ступеней донжона ждали домашние. Принаряженные Ингерн и Даллап, Гая, еще несколько знакомых и незнакомых лиц. За юбку Ингерн цеплялась трехлетняя кроха, испуганно глядящая на незнакомцев.

Катрин обняла Ингерн и Даллапа.

- Как я рада вас видеть! В последний раз Даллап валялся совсем больной, а ты, Ингерн, отдыхала взаперти.

- Я только через год узнала, что ты... что вы, леди, приходили, - Ингерн всхлипнула.

Катрин присела к малышке:

- Привет, тезка. Не волнуйся, здесь все свои.

На руках у Мышки издал заинтересованный возглас Ричард. Детей, кроме сестрицы, Рич давненько не видел. Мышка отпустила мальчика, и тот потопал знакомиться.

Оказалось, что полным-полно неотложных дел. Первым делом Катрин отправилась здороваться с Фир Болгом. Старик, заранее извещенный о возвращении юной хозяйки, встретил Катрин одобрительным ворчанием.

- Долго, хозяйка. Очень долго.

- Была уйма забот, - Катрин вынула два яблока. - Извини, фрукты не в лучшем виде. Из Глора путь далек.

- Наши яблоки получше, - старый дарк придирчиво осмотрел плоды и принялся тонко нарезать ножом. - Ты ничего не забыла, хозяйка. И не изменилась.

- Я мамой стала, - сказала Катрин, садясь в древнее кресло, все так же колющееся конским волосом сквозь протертую обивку.

- Новые человечки - это мелочи, - снисходительно заметил старик. - Ну, иди к людям, блистательная леди. У нас еще будет время поговорить о серьезном.

Огромный пес, дремавший в углу, поднял дряхлую голову, так же снисходительно моргнул на старую знакомую

- Со мной приехал твой коллега, - сообщила старику Катрин. - Очень достойный лекарь. Вам будет интересно поговорить. И еще я должна тебя познакомить с Флоранс. Это моя подруга и самый близкий человек.

- Мне кровососка рассказала. Буду рад поговорить с женщиной, за которой ты гонялась столько лет. Иди, хозяйка, займись делами.

Во дворе оказалось полно народа. Все галдели, таскали столы, доски и бочки. Погода была солнечной, и столы собирались накрывать в замковом дворе. Костяк с каким-то лохматым мужиком и старым, почти слепым замковым кузнецом наскоро сколачивали "козлы". Ингерн вытаскивала стопы пожелтевших от времени скатертей. Надо думать, содержимое унаследованных от сгинувших хозяев сундуков за эти годы успели разобрать и проветрить. Откуда-то сверху, из башни, слышалось детское верещание, ему лихо подвывала Дики. За воротами хохотали перетаскивающие груз от корабля глорцы и помогающие им селяне.

Катрин прошла в каминный зал. На стенах опустевшей просторной комнаты лежали солнечные квадраты. В лучах света плавали медленные пылинки. Катрин подошла к камину, посмотрела на висящую на стене глефу. Высоко повесили, грамотно - от жары древко не испортится.

Кажется, мы дома.

По узкой лестнице сбежала озабоченная Мышка:

- Госпожа, где здесь тряпку взять? Дети молоко перевернули.

Тут же появилась Гая с тряпкой. Девушки убежали наверх. Катрин пошла по коридору, натолкнулась у окна на Дуллитла, Жигуна и еще какого-то смутно знакомого деда. Почтенные господа оживленно обсуждали коровьи болезни.

Катрин прошла дальше. Не слишком удивилась, обнаружив на кухне в компании местных женщин Дашу и Эле. Все дружно стучали ножами и гремели посудой.

- В свинину побольше чеснока класть или поменьше?

Катрин почувствовала себя лишней. Свинину есть нужно - с чесноком, без чеснока - разница небольшая. Кушать, кстати, уже весьма хотелось.

Наверху были приготовлены господские апартаменты. Детская - две старательно сделанные кроватки. Просторные, до десятилетнего возраста в таких можно посапывать. На ковре, порядком тронутом молью, сидели две девочки и разглядывали глорские игрушки - ярко расшитую мягкую куклу и такого же пестрого конька. Одну девчонку - дочь Ингерн - Катрин уже знала. Кто вторая - буйно черноволосая, с отливающей золотом кожей, похожая в свои три года на миниатюрную драгоценную статуэтку - угадать было нетрудно. Кровь ланон-ши и Энгуса. Невзирая на чарующую прелесть, малышка была вполне человеческая - ладошки пятипалые, глаза дивной красоты, но с вполне отчетливыми зрачками. И ногти обычные. Может, еще отрастут коготки? С такой внешностью, когда малышка подрастет, без когтей ей никак не обойтись. Мама этого сказочного чуда сидела рядом, и на ее руке висел младенец. В одежде крошечный мальчик не слишком нуждался, в страховке тоже - смело раскачивался вверх ногами. Та же золотистая кожа, на шее болтался простенький амулет - морской камушек с отверстием. В детстве Катрин такие камешки назывались "куриными богами". На цепких конечностях младенца было по пять пальцев, но вот его глаза.... Тут кровь ланон ши явно взяла верх. Девичья погибель вырастет - змей-искуситель.