Наперекор всему (СИ) - Радкевич Алекс - Страница 73

Что удивительно, Глеб еще надеялся, что все это недоразумение и его Слава объявится и все объяснит. С утра он раз десять пытался дозвониться до бывшего директора. Безуспешно, разумеется. А потом взялся расписывать последовательность номеров для концерта. Наверняка чтобы отвлечься от грустных мыслей. Никита ему не мешал и вообще старался не отсвечивать: сначала возился на кухне с борщом к обеду – теперь кроме него никто Глеба домашним не накормит, так что пора заканчивать с полуфабрикатами, — потом занимался торговлей на бирже и даже наторговал приличную сумму. Долги Глеба этим не погасишь, но на питание и текущие расходы хватит.

Никита в очередной раз ставил на «медведей», когда из спальни донесся звон разбитого стекла. Ник поспешил на звук. Ох ты ж ничего себе! Ладно, он все равно собирался двери в спальню менять… Когда-нибудь… И, наверное, теперь возьмет без стеклянной вставки. Чем это он ее? Ага, традиционно телефоном. Бедный Vertu, как он еще жив с таким хозяином.

Никита подобрал дорогую игрушку и положил на кровать.

- И кто тебе позвонил такой нежеланный?

Глеб сверкал глазами и тяжело дышал. На постели вокруг него валялось множество клочков бумаги, несколько секунд назад бывшие планом концерта. Витражное стекло двери скорбной кучкой осколков поблескивало на полу.

- Чолакян звонил! – процедил автор всего этого безобразия. – Отказался от участия в вечере! Прости, я не думал, что попаду в стекло.

- Попал бы в стену, пришлось бы искать новый телефон, — пожал плечами Никита. – Чолакян, Чолакян… Что-то знакомое…

- «Свет родного очага» написал, ну и еще кучу его песен я пою. Я на его юбилей, между прочим, сразу после операции подорвался. Уважить старика! А он, видите ли, к дочке в Америку уехал погостить. И мой юбилей для него не повод лететь восемь часов через океан!

- Прямо так и сказал? – Ник сел на кровать и стал собирать обрывки бумаги.

- Ну не так. Сказал, что ему тяжело летать туда-сюда, а у дочки он еще не нагостился.

- А ему сколько лет?

- Восемьдесят.

- Ого! Глебушка, я думаю, когда тебе будет восемьдесят, ты тоже не захочешь лишний раз летать через полмира. Даже ради чьего-то концерта.

Ник обнял любимого за талию, прижимая к себе, успокаивая.

- Я не доживу, меня раньше затрахают, — буркнул Глеб, но уже без прежней злости. – У меня же вся схема ломается! Он как раз свой «Свет очага» должен был играть. Я петь. Сзади на экране фотографии, детство, юность, первые выступления. Как бы мостик из прошлого в настоящее. А теперь получается, что это все вообще выкинуть надо!

- Почему? Ну споешь под минус это «Свет», какая разница?

-Одна е*..т, а другая дразнится, — огрызнулся Глеб. – Ты не понимаешь. От статуса приглашенных участников зависит общий уровень концерта. А Чолакян – народный СССР.

- И?

- Круто это, если на понятном тебе языке говорить, — вздохнул Глеб. – Народных СССР, живых, по пальцам пересчитать можно. Без них концерт – как День Победы без ветеранов. Тоже праздник, но уже не то. Если еще и Лидка не придет, а она наверняка не придет, то вообще все…

- Что все? Концерт не состоится? Билеты назад вернут? Я думал, на твой юбилей придут слушать тебя.

Глеб опять тяжело вздохнул, давая понять, что объяснять что-либо Никите бессмысленно, и начал расписывать номера по новой. Ник чмокнул его в лохматую макушку, собрал в пакет осколки и пошел разливать борщ. Но раньше, чем он успел накрыть на стол, из спальни опять донесся грохот.

- На этот раз кто? Лидка? Или сам Кароль? – Ник заглянул в спальню, чтобы оценить размер ущерба.

Глеб стоял посреди комнаты, белый как мел. У его ног валялся злосчастный мобильник, видимо, просто выпавший из разжатой руки.

- Глеб! Глебушка, кто звонил? – не на шутку встревожился Ник.

А в мозгу мелькнуло: «Неужели Ирма? Подала на развод? Или просит вернуться?»

- Горнов звонил, — прошептал Глеб. – Он хочет еще миллион.

@@@

Дядюшка прав, он непроходимый идиот. И раздолбай, каких поискать. Ну нельзя было быть таким наивным и предполагать, что, получив деньги, Горнов от них отвяжется. Это слишком просто. Деньги ведь имеют свойство заканчиваться. Исходники он, конечно, не уничтожил. И не уничтожит. А значит, он будет доить Глеба снова и снова. Ник должен был вмешаться с самого начала, сделать хоть что-нибудь. А вместо этого он… А что он, собственно, делал? Бегал за любимым, пытаясь вылечить то спину, то душу? Играл на бирже? Таскал железки в качалке? Вот это точно можно было отложить.

Ладно, снявши голову, по волосам не плачут. Пора действовать, быстро и решительно. Сложнее всего в этой ситуации было успокоить Глеба. Милый был готов на стену лезть от раздиравшей его ярости вкупе со страхом. Ник попытался ему сказать, что сам решит проблему, но получил фирменную истерику с воплями и категорическим требованием не лезть не в свое дело. К счастью, вовремя позвонил Дэн, дядюшкин импресарио, с радостной новостью, что готов организовать для Глеба три корпоративных выступления «вот прямо сейчас». Какие-то свои каналы подключил, все платят наличными, итого как раз миллион получится. Глеб воспрянул духом, решив, что расплатится с Горновым, уже забыв про все свои остальные долги, назначил Дэну встречу в офисе, чтобы обсудить детали.

Как же все оказалось просто! Убедившись, что Глеб скрылся из виду, Никита достал планшет. Номер Костика у него сохранился, а зная мобильный, отыскать аккаунт человека в соцсетях – дело нескольких секунд. Если, конечно, этот хлыщ пользуется соцсетями. Но что-то Нику подсказывало, что непременно пользуется.

Так, забиваем в контакты, заходим в приложение для соцсетей, поиск друзей по контактам. Оп-па! Да здравствует ВК, находка для шпионов и спецслужб. А вот и наш поганец. Фото явно постановочное и фотограф сильно парню польстил, но не узнать Костика сложно. И да, он активный пользователь соцсети, каждый день выкладывает фотки и, что самое главное, чекинится.