Тени - Малиновская Елена Михайловна - Страница 76

В следующий миг произошло множество событий, уложившихся в один удар сердца. Раз — Дымок, все это время заливавшийся бесполезным лаем, прыгнул на Тарция, метясь ему в горло. И радостно вскипела тьма, затаившаяся вдоль тропинки, щедро делясь с псом силой. Нет, он все равно не мог убить мага, но зато сумел оттолкнуть его на путь заклинания. Два — Ноэль закричал от невольного ужаса, кинулся на подмогу принцессе, но Фарий перехватил его за руку, втаскивая в начавшую формироваться сферу перехода. Три — из-за поворота показались стражники, посланные Денаром. Увидели, что долгожданная жертва вот-вот ускользнет, — и быстро сгущающуюся тьму разрезали остро заточенные лезвия. И четыре — огненный шар ударил в грудь Тарция, откинул его назад, протащил по острому гравию тропинки, но маг был еще жив. По воле случая он оказался совсем рядом от растерянной, оглушенной происходящим девушки. Тихий шелест покидающего ножны кинжала, отчаянный вой Дымка, не успевающего на помощь хозяйке, — и приподнявшаяся Шаная осела обратно на землю, изумленно глядя в небо, на котором уже начали появляться звезды. Первый же подбежавший к ней стражник остановился, забыв о принце, который видел все это, но уже не смел пересечь границу сферы. Точнее, не мог, поскольку Фарий, не желая рисковать понапрасну, без особых проблем при помощи магии обездвижил упрямого наследника престола. А принцесса лежала на спине, обеими руками взявшись за кинжал, который вошел в ее грудь по самую рукоять. И впервые в жизни ей было страшно от неспешного приближения теней, почуявших законную добычу.

Эпилог

В комнате было темно. Только одинокая масляная лампа чадила на столе, силясь разогнать мрак. За плотно задернутыми гардинами царил яркий безоблачный день, но сюда не проникало ни лучика.

На кровати в бреду металась Шаная. Ее качало на волнах жара и беспамятства. Уже множество раз принцессу окружали посланники смерти, тьма призывным шелестом зазывала несчастную в свои объятия, но верный Дымок был на страже. Пес громким лаем отгонял тени, рычал, роняя на грудь белую пену бешенства, а потом, когда опасность отступала, ложился рядом с хозяйкой, преданно вылизывал ей лицо, словно пытаясь своим дыханием вдохнуть жизнь в девушку.

Лучшие целители пытались ее спасти. Но все их усилия были напрасны. Кинжал Тарция оказался смазан незнакомым ядом, который сейчас медленно убивал Шанаю, разъедая ее изнутри. И никто не мог понять, почему она еще жива, почему не погибла сразу же, в саду королевского дворца, поскольку рана и без отравы была смертельной.

Король Харий, узнав о том, каким провалом закончилось покушение на наследного принца Нардока, бросил все свои дела и тотчас же явился в Мерион, поскольку целители запретили тревожить принцессу. Малейшее неосторожное движение в любой момент могло окончательно оборвать тоненькую ниточку, еще связывающую Шанаю с этим миром. Правитель Дахара бушевал, пытаясь выяснить подробности произошедшего. Но стражники видели лишь окончание сцены и не слышали признания Тарция в служении королеве Ханне. Поэтому все решили, что маг пытался остановить Ноэля и Фария, но не успел. Те сбежали, напоследок смертельно ранив принцессу.

В другом крыле дворца медленно выздоравливал Далалий. Он был одним из немногих, кто уцелел после нападения на императора Кириона. Увы, но дурные предчувствия не обманули Залина, и он действительно не пережил злополучного дня.

Сутки напролет стражник лежал в своей комнате и разглядывал потолок. В его душе царило спокойствие. Он знал, что принцесса Шаная балансирует сейчас на краю пропасти, из которой не выбираются самостоятельно, и ощущал себя полностью отомщенным. Жаль только, что смерть так медлит, не забирая подлую изменницу в свои владения. Но с другой стороны — возможно, это и к лучшему. Пусть помучается перед вечным покоем.

Новый правитель Нардока, коронованный против всех правил на следующий же день после трагической гибели Кириона, устало сгорбился за своим столом, зарывшись лицом в ладони. Он почти не спал все это время. Зальдер отказался выдавать тело погибшего императора, вместо этого прислав одну голову. Каждый раз при воспоминании о жестокой насмешке душу Ноэля захлестывал гнев — страшный в своей безрассудности и жажде крови.

«Они пожалеют, — шептал он себе в подобные минуты. — Они все пожалеют. Я еще покажу, как умею мстить за родных!»

Империя приготовилась к удару. Подобралась, словно хищный зверь перед прыжком. Все ждали только приказа. Он сейчас лежал на столе перед Ноэлем, дожидаясь подписи. Один росчерк пера — и уже ничего нельзя будет изменить.

Ноэль придвинул к себе чернильницу. Поднес к свету гусиное перо, проверяя его заточку. И вновь замер. В памяти против воли постоянно вставало бледное личико Шанаи, ее отчаянный крик, когда он отшвырнул ее от себя. Неужели она действительно ничего не знала?

— Ваше величество? — В кабинет без стука вошел Фарий. Остановился, не доходя нескольких шагов до стола, и удивленно вскинул бровь при виде еще не подписанного приказа. — Вы меня вызывали?

— Вызывал, — глухо проговорил Ноэль. — Как там Тиора? Держится?

— С ней все хорошо. — Фарий невольно поморщился при имени возлюбленной Кириона. — Но ребенок… Увы, от потрясения случился выкидыш.

— Правда? — Ноэль нерадостно хмыкнул. — Удивительно кстати для меня.

Фарий опустил голову, пряча в уголках губ слабую усмешку. Да, ребенок Тиоры и императора родился бы вне брака, но все равно гипотетически мог оспорить право Ноэля на трон. Тем более что всем было хорошо известно, что Кирион собирался в ближайшем будущем узаконить свои отношения с Тиорой, заручившись благословением богов. К сожалению мага, сам Ноэль ничего не собирался предпринимать, чтобы обезопасить себя в будущем, поэтому пришлось постараться Фарию. Сантименты сантиментами, но на таком сроке беременности это тяжело считать убийством. И потом, угроза выкидыша существовала на самом деле. Всего-то проблем — чуть подправить состав травяного отвара, предназначенного для Тиоры.

— В случившемся нет ничего странного или подозрительного, — мягко произнес Фарий, стараясь утешить расстроенного Ноэля. — Тиора очень тяжело переживает гибель Кириона.

— А теперь ей еще придется оплакивать своего нерожденного ребенка, — тихо добавил Ноэль. Задумчиво потер лоб и искоса глянул на Фария. — А что слышно от шпионов при дворе Денара и Хария? Принцесса Шаная еще жива?

— Пока да. — Фарий с презрением скривился. — Но надеюсь, это ненадолго. Яд убивает ее. Зальдер всегда отличался целителями-остолопами. Они вряд ли раздобудут противоядие.

— А у тебя оно есть? — вкрадчиво поинтересовался Ноэль, сам не понимая, что делает.

— Ваше величество! — Фарий возмущенно выпрямился. — Шаная — дочь Хария. Даже если она не знала о покушении, его надлежит покарать за содеянное. И смерть принцессы послужит ему достаточным уроком.

— Так есть или нет? — Ноэль встал и оперся руками на стол, пристально глядя на внезапно смутившегося верховного мага. Все-таки мало кто мог выдержать фамильный взгляд представителя императорского рода.

— У меня есть кристалл Террии, — произнес Фарий, отводя глаза. — Это уникальная вещь, пожалуй, единственная в своем роде. Нейтрализует любой яд.

— Кристалл! — потребовал император, оборвав его.

— Но ваше величество! — запротестовал Фарий. — К чему вам спасать ее? И потом, как вы себе это представляете? Принцессу наверняка хорошо охраняют, а если отдать кристалл напрямик Харию или Денару — они не поверят в ваши добрые намерения.

— Кристалл! — раздраженно повторил Ноэль, и Фарий сник. Достал из кармана крупный зеленоватый камень, мягко засветившийся в солнечных лучах, и положил его перед Ноэлем.

— Отлично, — проговорил тот, садясь обратно. Придвинул к себе приказ об объявлении войны Дахару и Зальдеру, быстро его подписал и вручил Фарию. — Займись. Пусть Харий и Денар умоются кровавыми слезами! Слышал меня?