Тени - Малиновская Елена Михайловна - Страница 72

Залин молчал, и Далалий забеспокоился. Он видел, как лицо короля медленно наливается свекольным румянцем, предвещая скорый всплеск ярости. Тарций в свою очередь уже принялся шептать себе под нос какое-то заклинание, и красные линии татуировки на его ладонях начали неуклонно чернеть, предвещая скорый магический удар. Стражник не понимал, почему его товарищ так медлит с ответом. Неужели ему не ясно, что их просто не выпустят живыми из комнаты? Если на кону стоит столь крупная ставка, то Харий точно не будет рисковать. Уничтожит их и глазом не моргнет.

Залин в свою очередь сам не знал, почему ему было так тяжело согласиться на предложение Хария. Все равно выбора у него не оставалось. Но сердце тревожно сжималось, не давая ему сказать «да». Казалось бы, какое ему дело до императора и наследного принца другой, тем более издавна враждебной страны? Напротив, если затея Хария увенчается успехом, то это обернется неслыханной удачей для всего Дахара. Воинственный сосед на долгие годы погрузится в хаос дележа власти. А с учетом, что маленькая Шаная будет иметь полное право претендовать на трон империи… О-о-о, действительно, перспективы открываются самые замечательные!

Но предчувствие говорило капитану, что он не увидит этого триумфа. Почему-то Залин был уверен, что не доживет до следующего заката. Он привык рисковать жизнью и никогда не боялся смерти, поэтому не тут крылась причина его странной заминки. Вопреки здравому смыслу затея Хария выглядела для него неправильной, даже более того — преступной. Но как объяснить это королю, если сам не понимаешь, что именно тебя смущает?

— Капитан! — почти взвизгнул Харий и перевел тяжелый взгляд на Тарция. Тот понятливо кивнул и приподнял было руку, намереваясь послать смертельные чары в недолгий полет. Далалий испуганно попятился, осознав, что его, скорее всего, убьют просто за компанию.

— Ваше величество, я отдам за вас жизнь, — в этот момент твердо произнес Залин и посмотрел прямо в глаза взбешенному королю. — За вас и за Дахар. Если вы хотите, чтобы император Кирион умер, я сделаю все для исполнения вашего желания. Простите за такую непозволительную задержку с ответом. Я был ошеломлен оказанным доверием. Спасибо за честь.

Харий повелительно вскинул бровь, и Тарций торопливо стряхнул с пальцев почти сформированные чары, которые бесследно впитались в пол, не потревожив паутину защитных заклинаний, опутывающих комнату.

— Ладно, — процедил король, все еще недоверчиво глядя на капитана. — Но Тарций возьмет с тебя клятву на крови. Если ты осмелишься на предательство, то… О-о-о, ты даже не представляешь, насколько ужасающей тогда будет твоя смерть.

— Меня это не пугает, — Залин пожал плечами, — поскольку я не собираюсь отступаться от данного слова.

— Отлично. — Харий заметно повеселел и перевел взгляд на молчавшего все это время Далалия. — А что насчет тебя? Последуешь примеру своего капитана?

— Да, ваше величество, — без промедления выпалил Далалий и горделиво выпрямился. — Буду счастлив прирезать этих имперцев! Давно пора показать Нардоку его истинное место.

Харий негромко рассмеялся, довольный таким проявлением патриотизма. Глянул на Тарция и, все еще улыбаясь, проговорил:

— Теперь, когда все недоразумения улажены, займись подготовкой. Расскажи им наш план. И пусть Пресветлые боги озарят удачей завтрашний день!

После чего кристалл вспыхнул ярко-красным пламенем, и связь прервалась. Воздух перед мужчинами еще некоторое время мерцал, но вскоре ничто не указывало на недавний разговор с правителем Дахара.

— Ну что же, начнем разговор по существу. — Тарций опустился в ближайшее кресло и многозначительно повел бровью, предлагая стражникам занять те же места, с которых они встали, собираясь покинуть комнату. — Садитесь. Беседа выйдет долгой. Прежде всего нам надлежит придумать, как подобраться к императору, не всполошив его охрану. Нет, стражники Денара не вмешаются в бой на стороне противника, скорее, помогут нам, но все же хотелось свести к минимуму потери с нашей стороны.

Далалий неожиданно оскалился в жестокой ухмылке. Пожалуй, это задание как раз для него. Кирион наверняка позволит охране пропустить шпиона, верой и правдой служившего ему несколько лет и исправно поставляющего данные о принцессе. А если намекнуть, что у него есть важные сведения о Шанае, то вообще отошлет телохранителей подальше.

— Поручите это мне, — проговорил Далалий, не скрывая злого торжества в голосе. — Клянусь, что я убью императора Нардока!

Позже, когда все детали предстоящего дела были уже обсуждены и Залин с Далалием покинули комнату Тарция, маг вновь достал кристалл. Ласково погладил его ребристые грани — и перед ним возникла комната королевы Ханны.

— Ваше величество! — проговорил мужчина, сгибаясь в глубоком поклоне. — Все прошло наилучшим образом. Никто ничего не заподозрил. Я жду ваших дальнейших распоряжений.

Грузная седовласая женщина торжествующе улыбнулась. Облизала полные губы, густо намазанные кармином, и твердо произнесла:

— Принц Ноэль должен остаться в живых. Шаная — умереть. И мне плевать, как ты это выполнишь!

Торжественный прием по случаю прибытия во дворец принцессы Шанаи был назначен на середину дня. По замыслу его устроителей, вечером к торжеству должен был присоединиться император Кирион. На закате все завершилось бы пышным свадебным обрядом, на котором правитель Нардока передал бы Шанаю своему брату. Многие придворные недоумевали по поводу такой неприемлемой спешки, уместной только для простолюдинов. Ну, еще в случае особых обстоятельств, когда молодожены познали друг друга до благословения богов. Среди высшей знати ходили самые невероятные сплетни, почему король Харий позволил имперцам диктовать свои условия в столь важном деле. Все-таки замуж выходила его любимица. Неужели долгая разлука действительно охладила его чувства? И королева Ханна отныне в гордом одиночестве воцарилась в сердце царственного супруга, вытеснив соперницу?

Но Шаная не знала о слухах, заполонивших дворец. Она наслаждалась тем вниманием, которое отныне ей оказывалось. Только недавно девушка была одной из многих послушниц в одинаковых платьях серого цвета, а теперь вспомнила, что значит — быть дочерью короля. Ее подняли ранним утром, едва ли позволив отдохнуть несколько часов, опять долго вертели перед зеркалом, торопливо подгоняя платье к назначенной церемонии. Но принцесса не жаловалась. Ей действительно нравилась эта суматоха вокруг. Словно она проснулась после долгого утомительного сна и окунулась в водоворот событий.

Ровно в три часа пополудни портниха приколола последнюю булавку к пышному платью Шанаи. Девушка кинула взгляд на себя в зеркало и не смогла сдержать улыбки. По обнаженным плечам спускался черный шелк волос, в которых сияли миллиарды крошечных бриллиантовых слезинок. Наряд выгодно подчеркивал ее грудь, а от пояса расходился множеством клиньев. Туфли на высоких каблуках, так же выполненные из белоснежного атласа, завершали образ.

— Вы великолепны, принцесса, — благоговейно прошептала Дария, в восхищении сложив руки на поясе. Даже обычно невозмутимая Арвенда в неизменном сером одеянии монахини шумно высморкалась в носовой платок и кивнула.

— Спасибо, — проговорила Шаная, любуясь своим отражением в зеркале. Заметила краем глаза, как ее верная подруга невольно потупилась, одернув подол платья мышиного цвета, и обернулась к портнихам, собирающим свои принадлежности.

— А с этим ничего нельзя сделать? — спросила принцесса, кивнув на скромное облачение своей спутницы. — Я не хочу, чтобы Дария сопровождала меня в обличие какой-то… нищенки!

— Ваше высочество! — укоризненно проскрипела Арвенда, от возмущения аж уронив платок на пол. — Дария одета в соответствии с правилами и нормами храма Пресветлой богини! Нельзя требовать от нее…

— А можно? — робко спросила послушница, обрывая пафосные разглагольствования старшей монахини, и Шаная благосклонно ей улыбнулась, по собственному разумению решив этот вопрос.