Чужая корона (СИ) - Изверин Алексей - Страница 127

-Нет. -Вздохнул я. -Будем отдавать за так.

Снова траты, которых бы хотелось избежать.

Нет, вроде бы все было в норме. Награбили мы достаточно, чтобы содержать армию ещё с год. Цены на золото в городе скакнули вниз даже.

Но я понимал, что это лишь тень, иллюзия больших доходов. Тратили мы тоже достаточно, работникам я тоже должен платить! Не могут же они себе в убыток работать? А ещё победившая армия хотела денег и трофеев.

Вот они, циферки-то, прямо тут, на бумаге.

Одна домна нам встала… Ой, во сколько она нам встала! А оружейный завод с бесконечными экспериментами и несчастными случаями? А волочильный станок? А прокатный стан? А восстановить кирпичный завод, который кочевники, придурки поганые, походя порушили и сожгли? Гады гадские, взять там нечего было, так просто поломали. На рупь забрать, на сто нагадить. Нет, восстановили, конечно, кочевники и восстановили, которых в плен удалось захватить, но все равно это время и деньги!

А меня ожидало иное увлекательное дело, называемое “земельно-крестьянской реформой”. Ибо, как ни крути, а покупать продовольствие на стороне, когда свои земли стоят… Это, извините, что-то не то. Да и своих крестьян распродавать как мешок чудом тут проросшей картошки пока что не хотелось. Какой же я король без подданных? Дворяне-то мои, островные… Те ещё подданные, н-да. Чуть что, так их ещё найти надо.

Коротыш взял с собой полсотни гвардии и устроил показательный тур по окрестным чудом сохранившимся деревням. Крестьян собирали на площади, зачитывали им указ, что отныне они принадлежат непосредственно королю, пару статей из уголовного кодекса, освобождение от налогов и приглашали в город, менять продукты на деньги. Проблем с управителями не было, вести о судьбе мастера Воротына разошлись быстро и далеко.

Вести об отмене всех налогов крестьяне воспринимали с некоторым удивленным недоверием, но положительно. Даже в город потянулись, торговать, привезли хлеб и овощи. Ещё на немного отодвинули грань голода. Но вечно же так продолжаться не могло просто. Зерно это на рынке расхватали на раз.

Коротыш, с моего благословления и по поручительству кооператива… То есть торгового дома “Весна” выдавал кредит на некоторую сумму, но никак не деньгами. Стальные плуги, лопаты, мотыги, пилы-вилы и прочее, что только я сумел вспомнить и изготовить из хозяйственного инвентаря. В обмен на часть будущего урожая, столько-то… Килограммов, да! Вес тутошние умники мерили от объема, в мешок зерно насыпали и привет. Типа получи шесть мешков зерна, а то, что они как пять мешков в прошлом году или восемь мешком в позапрошлом, так то никого не волнует.

Нет, так не пойдет, решил я, и перетащил из своего мира весы, обычные, штук сорок. Приказал отныне и навсегда по ним мерить. Вот и получилась у меня метрическая система мер. Пару весов отослал в Королевский Университет с графом Славом, чтобы там тоже не вздумали разводить самодеятельность. Подумал, и туда же послал пластмассовую линейку своего мира и краткое описание метрической системы длины. И названия такие же. Указ даже составил, отныне и навсегда длину мерить только в миллиметрах и метрах, вес в граммах да килограммах, а температуру в градусах, благо что градусник уже есть.

Эффекта пока что не было. Зато кто-то умудрился на следующий же день раскокать градусник, студенты его восстанавливали.

Всех бывших рабов, которых освободили на рынке и которые ещё не заняты в городе, выпроводить в разоренные и заброшенные деревни. Выделить беспроцентный кредит под будущий урожай, освободить от всех и всяческих налогов на десять лет, строго предупредить о необходимости слушаться короля в лице его советника по сельскому хозяйству Коротыша, все спорные дела решать только через суд и оставить с миром.

Туда же отправить всех тех бывших жителей Мойки, кто не нашел себе работы в городе. Пусть сельским хозяйством занимаются в меру сил своих. Уж к простым-то работам их всяко приставить можно, да и деревня это не город, тут много воровать незаметно не получиться.

В одну из деревень Коротыш, под охраной, повез картошку сажать. Конечно, я сам не поехал, у меня и в городе проблем хватало. Наксерил картинки из книжки “сад и огород”, и заставил Коротыша чуть ли не перерисовывать, но добился того, что замотанный министр сельского хозяйства пообещал сделать все точь-в-точь, ну на ниточку!

Вернулся через три дня, отчитался. Землю рыхлили, пророщенную картошку сажали. Все прошло хорошо, как и я учил, как и на картинках было нарисовано. Огород отдали под присмотр крестьян, обещали за хороший урожай десять золотых. Выставили охрану, десяток гвардейцев.

Четыре деревни и будут у нас экспериментальным колхозом… Хм.

-Назовем вот эти четыре деревни экспериментальным колхозом “Огонек”.

-Да, Ваше Величество. -Согласился Коротыш.

-Что “да”, ты хоть слово-то понял?

-Нет, Ваше Величество.

-А что тогда соглашаешься?

-Не могу спорить с Вашим Величеством.

-А зря ты это. Если я что не так делаю, или плохо поступаю, так о том сказать не стесняйся. Кто ж мне ещё скажет, кроме вас? Одни “да, Ваше Величество”, “нет, Ваше Величество”… Заладили.

-Инструменты розданы крестьянам, в обмен на часть урожая. Мерные каменные гири оставлены в деревне. Прошу также выстроить там замок. Вроде бы есть развалины какого-то замка старого, можно восстановить.

-К чему?

-Вдруг… Малый Народ решит, что… -Коротыш смутился.

-Хорошо. -Я решил не вести себя подобно тому английскому офицеру на судне, к которому матрос раз пять подбегал с рассказом, что вода поступает через нижние клюзы, и так до того времени, пока корабль не перевернулся. -Пока что гвардия продолжает тренировки, а к осени выберу деньги и время, чтобы направить туда людей, построить укрепления.

* - реальная история времен парусного флота. В 1784 году линейный английский корабль “Ройал Джордж” во время погрузки получил крен, вода поступала через нижние обрезы пушечных портов левого борта. Заметивший это корабельный плотник пытался сообщить вахтенному офицеру о происшествии, но был послан заниматься своим делом. Вода продолжала прибывать уже потоком. Плотник побежал к другому офицеру, третьему лейтенанту. Третий лейтенант напомнил плотнику, что на шканцах матросам находиться не следует. “Ройал Джордж” затонул прямо возле причала.

-Также крестьяне начали распахивать поля. Но большая проблема, Ваше Величество… Я уж и не знаю, как бы сказать…

-Тебе понравилась симпатичная пейзанка?

-Огради светлые боги! Нет, в другом дело. Крестьяне уж работать разучились, Ваше Величество. Пока откупщики в деревнях сидели, какой был смысл работы? Все равно что сверху, так забирают, и ещё требуют. Вот народ-то от землицы и отвык. Отвык на себя работать. Даже для себя делают кое-как, лишь бы никто не трогал.

Коротыш сказал то, что меня самого давно уже беспокоило. Я такое уже давно подметил. Нет, там, где руки приложил торговый дом “Весна”, все хорошо было. Ждан людей отбирал хороших. Но вот если со стороны… То бревна кое-как попиленные. То яму выроют прям перед дождем, а потом из неё воду черпать приходиться. То раствор кое-как перемешивают, да так, что одну домницу нам перестраивать придётся, судя по всему. Или с инструментом так обращаются, что он и недели в их руках не живет.

Прав был Коротыш, очень прав, отвыкли люди хорошо работать, отвыкли. Когда тебя палкой гонят и плетьми награждают, а то и чем похуже, тут мысли не о том, как бы хорошо сделать и ещё лучше, а о том, как бы живым остаться и не уработаться.

-Хм. Так везде у нас нехорошо. Как графа Лурга в сортире утопили… -По последним сведениям, так и было. Как бы не лично барон Алькон этим занимался. Все никак не соберусь к главному королевском судье зайти да спросить, что же стало с толстым графом. -Как графа Лурга в сортире утопили, так и началось. Вернее, продолжилось. Никто ничего не хочет делать, все норовят свой кусок урвать.