Колдовской мир (Книги 4, 5, 6, 7 цикла «Колдовской мир») - Нортон Андрэ - Страница 139

Как только Нэнк ушла, Юсмей опять освободила руку и подняла змею на уровень глаз. На этот раз никаких видений не было.

— Не знаю, чего хотят от меня, — обратилась она к змее, — но в Кейте много тайн и опасностей, наверное, всех сортов. Я не могу поднять меч, но не подставлю добровольно шею под ярмо. Чтобы ни собиралось свалиться на меня, пусть падет сразу: уж лучше сразу посмотреть в лицо опасности, чем ждать и терять мужество.

После долгого молчания в ее мозг откуда-то пришло указание, что надо делать дальше. Она встала, сняла платье и надела дорожную суконную юбку, которая давала больше свободы движениям, и серый плащ.

На площадке лестницы она прислушалась: внизу было тихо. Юсмей знала, что эта часть строения соединена с башнями, где была комната людей в капюшонах. Можно надеяться, что Нэнк и горничные спокойно спят в своих комнатах.

Юсмей открыла наружную дверь. Ближайший путь к угловой башне шел прямо через двор, но девушка не хотела, чтобы ее увидели из какого-нибудь окна, поэтому пошла вдоль стены. Плащ и юбка волочились по рыхлому снегу, пока она добралась до двери убежища Хайла. Она подняла щеколду левой рукой, на которой была змея.

Дверь была не заперта, и легко — может быть, даже чересчур легко — поддалась под ее нажимом.

Комната с острыми углами была тускло освещена. Юсмей вздрогнула, увидев перед собой закутанную в плащ фигуру, и подняла руку со змеей. Фигура сделала тот же жест и Юсмей поняла, что стоит перед зеркалом.

Кроме зеркала и двух ламп, поставленных высоко в стенных нишах, в комнате не было ничего — если не считать запахов. Юсмей принюхалась. Часть запахов была бы приятной, но все забивал кислый дымок, который Юсмей не могла определить. Она медленно повернулась, вглядываясь в темные углы. А осмотревшись, она поняла, что ее со двора нельзя увидеть, и что башня выстроена в форме пятиугольной звезды. У нее было смутное воспоминание о Древнем учении, связанном с такой звездой.

Но ведь она видела в видении не пустую комнату! Увидев в одном из углов лестницу, она поднялась наверх. Ступени были сильно истерты и весь интерьер башни говорил о том, что она стоит тут века.

Юсмей вошла в комнату, заполненную такими вещами, о которых она не имела представления. Там были столы, уставленные изогнутыми металлическими трубками, ретортами, флаконами. Кое-что она узнала: похожие вещи употреблялись при перегонке трав. Но кое-что другое она вообще не могла назвать. Она боялась прикоснуться к чему-либо, потому что смесь запахов была очень сильна, почти непереносима и говорила об опасности. Юсмей положила пальцы на змею-браслет. Почему-то стало светлее, и Юсмей увидела еще одну лестницу. Она осторожно вошла, крепко запахнувшись в плащ, чтобы ненароком не смахнуть что-нибудь со столов.

Так она вошла в комнату своего видения. Там были колонны, составляющие двойную звезду — внешнюю и внутреннюю. У дальней стены — два стола. В острие каждой звезды стояли подсвечники высотой до плеч самой Юсмей. Пламя в них было не обычное, а синеватое, руки Юсмей виделись в их свете нездоровыми и неприятными.

Ее рука сама вытянулась вперед, словно кто-то схватил ее за цепочку, державшую обшлага, и дернул без предупреждения. Юсмей прошла между колоннами к центру.

Перед ней была женщина из видений и мужчина, что был Хайлом и не Хайлом Их живые глаза жадно смотрели на нее, как будто эти люди хотели сказать вслух, что ей надо сделать. Но если у них хватало силы привести ее сюда, то сила эта была ограничена, потому что никакого сообщения не было передано. Но было ясно, чего они хотели — свободы. Как могут замурованные таким образом люди оставаться живыми? О такой магии Юсмей слышала лишь в сказках.

Что я должна сделать? — спросила она и коснулась столба, в котором была заключена женщина. Столб был крепким. Разбить? Разрезать? Янтарь мягкий и легко обрабатывается. Его можно резать ножом.

Юсмей достала поясной нож и ударила острием, но хорошая сталь отскочила от столба, как от камня, и на его поверхности не появилось и царапины.

Путь к свободе был в этом Юсмей не сомневалась, и он скрывался, по-видимому, в магии. Она отошла и медленно повернулась кругом, оглядывая всю группу столбов, составляющих звезду в центре. Голубое освещение усиливало гротескность лиц и тел, но Юсмей заставила себя внимательно все осмотреть.

Во внешней звезде были не люди, а смесь каких-то жутких форм, во внутренней — фигуры гуманоидные, в основном маленькие, коренастые, в человеческих туниках. Тела их были толстыми, широкими в плечах, руки непропорционально длинные, пальцы на руках и ногах заканчивались длинными кривыми когтями, более напоминающими когти хищной птицы или зверя По их лицам можно было с уверенностью сказать, что они были сродни народу Нэнк.

Юсмей вспомнила людей в капюшонах и в перчатках с когтями спутников Хайла на ярмарке Эти люди держались — или их держали в стороне от людей Долин Может, они такие же как эти? Но почему часть их заключена в столбы?

Каким облегчением было снова посмотреть на вполне человеческие лица мужчины и женщины. Их глаза снова загорелись мольбой. Эх, если бы она могла понять, что должна сделать!

Глаза их закрылись. В лицах чувствовалась глубокая сосредоточенность. Юсмей подняла руку и откинула рукав, чтобы змея была на виду Она сделала это, потому что однажды поглядела в глаза змеи с довольно-таки необычным результатом.

Глаза расширялись, расширялись… И вот она смотрит в один желтый шар. Но на этот раз не было впечатления окна, через которое она видела, теперь был только шепчущий голос Юсмей чувствовала, что ей скажут нечто необыкновенно важное, и старалась уловить слова, увязать их с голосом. Но вразумительного сообщения не было, и в конце концов шепот смолк.

Она покачнулась. Спина и ноги болели и голова тоже. Она ведь не просто стояла, а сосредоточилась на некоем умственном упражнении, непосильном для нее. Юсмей вздохнула и опустила руку.

Глаза людей в колоннах были открыты, но тусклы. В них больше не было настойчивой просьбы. Они попытались, но ничего не вышло.

Но Юсмей все еще не могла оставить их. Нож не сработал, коммуникация — тоже. С неопределенной надеждой найти помощь, Юсмей пошла вдоль столбов к столам, которые она видела, когда вошла в комнату Здесь не было такой посуды, как внизу, но зато на одном из столов лежало то, что ей очень понравилось.

Кубок с ножкой из темного потрескавшегося янтаря. Чаша его была из какого-то грязно-белого материала. Внутренность кубка была в пятнах. Рядом с ним лежал нож с ручкой из того же материала, что и кубок, а лезвие его…

Юсмей отскочила назад, потому что по лезвию ножа на столе ползли, извиваясь, красные линии, словно руны какого-то запретного учения. Они проявлялись, исчезали и бежали снова.

Книга, открытая на середине… страницы ее пожелтели, сморщились и были исписаны грубыми черными строчками. Буквы были совершенно незнакомы Юсмей. Заголовок на каждой странице был украшен виньеткой, но не с гирляндой цветов, как на старых хрониках, а с маленькими сценками, которые вызывали краску стыда на лице Юсмей, рисунки были гнусные, но выполнены так искусно, что невольно западали в память.

Была тут подставка с колокольчиком из бесцветного металла и молоточком, при виде которого Юсмей покраснела. Свеча в нем в основании была толстой, а к концу разделялась на пять более тонких частей неравной длины.

Здесь висело зло, такое сильное, что Юсмей почти видела его, как темное облако… Она попятилась и отошла к другому столу. Там лежало совершенно другое — неправильные куски янтаря, только что взятые с месторождения. Ей показалось, что это те, которые были переданы из рук в руки в Упсдейле. Их было очень немного в сравнении с богатством в комнатах.

Злые вещи, используемые, без сомнения, для черного колдовства, грубый янтарь — из всего этого было легко догадаться, что Хайл творил здесь зло. А она связана с ним обетом!

Здесь действительно были черные дела, как в легендах. Здесь жили люди, имеющие дело с Древними Силами. Неужели Кейт — сад, приносящий урожай зла?