Zombi in Russia (СИ) - Патрикова Татьяна "Небо В Глазах Ангела" - Страница 67

— То есть вы с Игорем говорили на родном языке

— Угу. А Потап как раз стоял в гостиной напротив Ига. Ну, и увидел меня. Я ведь ни разу не был в могильнике, поэтому старейшинам обо мне ничего неизвестно. Было.

— Что это меняет

— Ничего, — вмешался Игорь, — я все улажу.

— То есть мне требуется испрашивать отдельное разрешение, чтобы мой сын жил со мной

— Раньше у нас с людьми не было общих, — умрюнец сделал ударение, — сыновей. Либо ваши, либо наши.

— От женщин — наши, от мужчин — ваши.

— Именно.

— Что дальше — Спросил генерал у Мирона, отвлекшись от Игоря.

— Старейшина увидел, что мы спеваем по телефону, заинтересовался, но я сделал вид, что не замечаю.

Мирон прошел в гостиную, где засели взрослые, но о чем они там говорили он не слышал, впрочем, как пропустил мимо ушей реплики Кирилла и Витьки, которые, как и обещали, сторожили под дверью. Умрёнок был слишком сосредоточен на совместной спевке. Некоторые песенные реплики удавалось разобрать с трудом. Но лучше так, чем никак. Конечно, у умрюнцев существовали своим средства связи, но полноценно объясняться по ним было невозможно, лишь призвать помощь или сообщить об опасности. Коротко и малоинформативно. А Мирону нужен был совет. Он бесстрашно смотрел на старейшину, продолжая тихо напевать в трубку.

— Впервые видишь такого продвинутого умрёнка — Поинтересовался Иг у Потапа, зная, что ответа не получит. И растерялся, чего с ним давненько не случалось, когда тот протянул руку к Мирону и ответил охотнику.

— Да.

Мирон отнял трубку от уха и внимательно посмотрел на упыря, который, что интересно по комплекции больше был похож на ундину. У него даже традиционно волнистые волосы были не черными, а светло-каштановые почти рыжие. Большая редкость. И Мирону было известно, что это означает. Он отдал смотрящему телефон. И тот внимательно вслушался в то, что пропел ему Игорь, который был начеку с первых секунд разговора с сыном.

— Что там происходит — Спросил Иг у умрёнка, выбравшись из кресла и подойдя к мальчику. Параллельно с этим он бросил весьма суровый взгляд на семейство Ушаковых.

— Сейчас-сейчас, — засуетилась бабушка, которая так и не принесла мальчику одежду. Мать Кирилла наградила умрёнка неприязненным взглядом, но постеснялась открыть рот при охотнике.

— Не любят тебя тут, — заметил мужчина, внимательно следя за реакцией Мирона. Тот тяжело вздохнул и сказал

— Они не хотят, чтобы Кирилл стал охотником.

— Почему, знаешь

— Его мама была влюблена в тебя, но ты отказал, и она возненавидела и тебя и профессию, — Мирон поднял взгляд на охотника. Тот замер на мгновение, а потом с пониманием ухмыльнулся и покивал.

— Что все это значит Откуда об этом мог узнать мой сын!

— Наш, вообще-то, — осадил супругу старший Ушаков.

— Кирилл мне ничего не говорил, — вступился за друга Мирон, — просто это видно… — он не знал, как объяснить.

— Что-то с нашей обоюдной неблагозвучностью — Осторожно уточнил у умрёнка Иг.

— Да! — Просиял тот, объяснить самому у него не получилось бы. Не было в человеческом языке понятий, которые считались среди умрюнцев фундаментальными.

— Мы можем поговорить отдельно — Раздался мелодичный, певучий голос.

Все изумленно уставились на смотрящего, который перестал что-то невнятно напевать в микрофон мобильного телефона. Потап дал понять, что недоволен таким обилием внимания к своей персоне — нахмурился и повел плечом.

— Лучше на кухню, — быстро проговорил Мирон и дернул Ига за рукав. Тот кивнул. И холодно глянул, когда вслед за ними попытались сунуться другие члены семейства Ушаковых, особенно шустрым оказался Кирилл, Иг так посмотрел на всех, что больше никто не пытался пройти на кухню. А насчет Кирилла и присоединившегося к нему Витьки прокомментировал, что детям при серьезном разговоре тем более не место. В кухне охотник подошел к накрытому полотенцем блюду и вручил Мирону сразу два пирожка. Тот оробел, но под взглядом мужчины взял угощение. Иг перевел взгляд с умрёнка на Потапа.

— Пирожок

Умрюнец отрицательно мотнул головой и сел за стол, справа от Мирона. Иг помедлил, но занял место по левую руку от малыша.

— С кем ты разговаривал — Спросил он у умрёнка.

— С Игорем. Певчим отцом.

— Почему с ним, а не с генералом

Мирон выразительно посмотрел на Потапа. Тот нахмурился и перевел взгляд на охотника. Тот вопросительно поднял бровь.

— Что не так — Спросил Иг после затянувшейся паузы.

Ответил ему Мирон.

— Потап в недоумении, почему ты так спокоен, словно уже знаешь обо всем.

— В смысле, знаю о новых реалиях больше чем он

— Наверное.

Иг снова посмотрел на Потапа.

— Вчера для всех охотников проводили брифинг по скайпу. Так что многое прояснилось. В частности, ваша неразговорчивость. Я собирался обсудить с тобой кое-что, как только снова встретимся. Но никак не ожидал, что это произойдет при таких обстоятельствах. — После этого Иг снова обратился к Мирону — Что сказал твой отец

— Просил пока не говорить генералу, он сам все уладить. Если они смогут… ну, поговорить нормально, травники присоединятся к исследованию останки вместе с вашими учеными. Это ведь хорошо, да

— Почему ты сомневаешься

Мирон глубоко вздохнул.

— Не хочу расстраивать непевчего папу.

— То есть генерала Львова. А что, есть вероятность, расстроить

— Кузнецы будут на пустыре раньше чистильщиков. И заберут упокоенных, — произнес Потап задумчиво. — О чем ты собирался со мной поговорить

— Мне все еще непривычно, что ты способен говорить так… ровно. Нам объяснили, что такое возможно, только, если умрюнец прошел через единение с человеком. — Иг сказал это довольно напряженным тоном. Мирон не сразу догадался, почему так. Но вмешался до того, как Потап решил, стоит отвечать или нет.

— Потап старейшина. Очень молодой. Единственный из них, кто решился сам посмотреть на людей. И еще… — Мирон осторожно взглянул на умрюнца. Тот склонил голову к плечу, глядя в ответ. Умрёнок понял, что ему предоставляют право выбора, вздохнул, откусил пирожок, прожевал и только после этого осторожно начал.

— Ты же видишь, его внешность не типична для упыря…

— А он упырь Я после вчерашнего инструктажа был убежден, что ундина, — оживился Иг.

— Он… я не знаю, можно ли такое слово, в общем, мертворожденный.

— Не понял.

— Потомок упыря и ундины, — вмешался Потап.

— Единственный из ущербных, кто смог стать старейшиной, — внес свою лепту жующий пирожок Мирон. Поймал на себе взгляд Ига и поспешил уточнить, — Это не я так считаю, это в целом считается, что такие умрёнки чаще превращаются умряков. Кстати, — Мирон замялся, если ты собрался поговорить с ним о том, чтобы образовать пару… ну, в обмен на зачатие или что-то в этом роде…

— То что И да, именно об этом, — Иг сосредоточил все свое внимание на Потапе и теперь стал говорить только для него, — Я живу бобылем уже довольно долго, обзаводиться женой и детьми не планирую, но умрёнок — это не ребенок, а великолепное подспорье в охоте. Поэтому…

— Нет-нет-нет, — зачастил Мирон и даже с коленками на стул забрался. — Нельзя так.

— Почему

— Во-первых, потому что мертворожденный, он не захочет потомства. Во-вторых, потому что старейшина. Ему можно объединиться с человеком только через полноценный договор на крови. Ну, типа того, который заключил с Вадимом Смолиным Елисей.

— То есть, если я продам душу

— Ну, да. У вас это так называется.

— А у вас

— Я не знаю, но папа Арсений говорил, что у Смолина с Лисом странные отношения. Лису необходим постоянный тактильный контакт, потому что так он подпитывается от Вадима, но они как-то ухитрились построить взаимоотношения не как у Всеволода с Русланом, например, а без непосредственного… — Мирон неопределенно взмахнул рукой, помялся и выдал — сексуального подтекста. Я правильно сказал

— Похоже, да, — медленно обронил Иг.