В полушаге от любви (СИ) - Куно Ольга - Страница 63

— Не вполне понимаю, что вы имеете в виду, — холодно ответила я.

Если его поведение объяснимо, это не отменяет того факта, что оно крайне мне неприятно.

— Я имею в виду, — ухмыльнулся Широ, — что вам здесь должно быть довольно скучно. Насколько мне известно, поблизости нет ни одного женатого мужчины. А вам ведь общество остальных неинтересно.

Сжав зубы, я бросила на виконта уничижительный взгляд, постаравшись вложить в него всё своё презрение, и зашагала к выходу.

Боги, ну почему мне так не везёт?! Теперь ещё и этот здесь… Эстли, которого я заметила у дверей, сделал шаг мне навстречу. У него хотя бы хватит совести промолчать? Или он примется поучать меня и торжествующе заявит «Я же вас предупреждал», упиваясь при этом собственной правотой? Боюсь, в этом случае мне не хватит никакой выдержки…

Но я ошиблась: Эстли шёл вовсе не по направлению ко мне. Мы почти сразу же разминулись, и он, никак не отреагировав на моё присутствие, приблизился к лорду Широ.

— Виконт, вы, кажется, начисто позабыли про правила этикета, — сухо произнёс он, останавливаясь. — Или родители не учили вас тому, как следует разговаривать с женщинами?

Я замерла у самой двери, полуобернувшись и полностью опешив. Кажется, у меня даже неприлично отвисла челюсть. Что это на него нашло?

Широ, кстати сказать, тоже удивился резким словам Эстли. Во всяком случае, он не ожидал такой реакции и сейчас выглядел сбитым с толку.

— Это вы мне? — переспросил он.

— Разумеется вам. — Теперь в голосе Эстли звучала насмешка. — Или здесь есть ещё один виконт?

Нет, наверное, я всё-таки сплю. Я ущипнула себя за левую руку. Вроде бы больно.

— Я всего лишь сказал то, о чём знает весь двор, — пробурчал Широ, явно не желающий идти на конфликт со вторым человеком в герцогстве.

— Весь двор, как вы изволили выразиться, — по-прежнему холодно откликнулся Эстли, — отлично знает, с кем именно лорд Велдо изменяет своей жене. Только полный идиот может этого не понимать.

И замолчал, ожидая реакции.

— Чёрт побери, — тут уж виконт никак не мог промолчать, — вы что же, ищете со мной ссоры?

— Вы невероятно догадливы, — ядовито улыбнулся Эстли. — Вы оскорбили даму. Я вызываю вас на дуэль.

— Дуэль?

— Право выбора оружия за вами, — как ни в чём не бывало, продолжил Эстли. — Впрочем, я и так знаю, какое оружие вы выберете. Вы слишком трусливы и слишком неопытны, чтобы положиться на шпагу. И наверняка предпочтёте пистолеты, понадеявшись на направляющий пулю случай.

— Я выбираю шпаги, — прорычал виконт.

Я едва заметно качнула головой. Всё-таки Эстли виртуоз. Как человек, бросивший перчатку, он был обязан оставить право выбора оружия за противником. Но сделал это так, что тот выбрал именно то оружие, которое предпочитал Эстли. А Широ даже этого не понял.

— Ну что ж, — Эстли пожал плечами, будто в лёгком удивлении. — Как скажете.

Я продолжала хлопать глазами, пока они назначали время и место дуэли — неподалёку от дворца, на следующий день в десять часов утра. Чуть посторонилась, пропуская красного, как рак, виконта. И выразительно уставилась на Эстли.

— Лорд Кэмерон, что случилось? — вкрадчиво осведомилась я, видя, что первым заговорить он не собирается. — Вы не заболели? Может быть, у вас жар?

Я даже не поленилась подойти и приложить руку к его лбу. Холодным лоб не был, но и горячим я бы его тоже не назвала.

— Очень мило с вашей стороны поинтересоваться, — отозвался он. — Я абсолютно здоров.

— Как скажете. — Я отошла, но покачала головой с большим сомнением. — В таком случае что же на вас нашло? Дуэль — это, знаете ли, не шутки. Там и убить могут.

Эстли вдруг запрокинул голову и весело рассмеялся.

— Благодарю вас за объяснение, леди Инесса. Иначе я, право слово, так и маялся бы в неведении. Но мне приятно, что вы проявляете обо мне заботу.

— О вас? Вот уж нет, — поспешила заверить я. — Просто… — Он насмешливо изогнул бровь, видя, как не без труда я подбираю слова, и я торопливо продолжила: — Просто как-то не хочется оказаться виновной вашей смерти. Что, если вы станете призраком, вернётесь во дворец и начнёте преследовать меня по ночам, раз за разом обвиняя в своей безвременной кончине? Это, знаете ли, бывает очень утомительно — отмахиваться от занудного привидения.

— Тут вы можете быть предельно спокойны, — усмехнулся Эстли. — Даже если меня убьют на завтрашней дуэли, вашей вины в этом не будет. Виконт Широ начал мешать герцогу в некоторых делах. Я как раз искал предлог, чтобы ненавязчиво от него избавиться. А тут такой удобный случай.

— Ах, вот оно что. — Теперь всё действительно вставало на свои места. — В таком случае я буду чувствовать себя более спокойно. Но вы всё-таки постарайтесь не умереть. Я — единственный человек, умеющий общаться с призраками в этом дворце. Так что в случае чего вы всё равно придёте именно ко мне.

Я снова шагнула к двери, но Эстли меня опередил.

— Не беспокойтесь, — безмятежно заверил он, проходя мимо. И, наклонившись к самому моему уху, пояснил: — Меня не убьют. Впрочем, — добавил он, оказавшись у самого выхода, — это не даёт гарантии того, что я не стану преследовать вас по ночам.

Присутствовать на дуэли я не собиралась. Во-первых, мне не хотелось привлекать к своей персоне излишнее внимание. Внимания со стороны придворных мне и без того хватило по горло. Меж тем весть о дуэли распространилась быстро, и я не сомневалась, что на завтрашний поединок сбежится немало свидетелей. Во-вторых, будем откровенны: навряд ли эта дуэль имела ко мне реальное отношение. Лорд Эстли решает проблему с виконтом, который по какой-то причине помешал герцогу. Зачем же мне идти наблюдать за тем, как он проткнёт бедолагу шпагой?

А что если это Широ сумеет ранить Эстли? Или даже убить? Почему-то эта мысль не давала мне покоя. Хотя совершенно напрасно. Если на то пошло, без Эстли в моей жизни было бы намного меньше проблем. Нет, я не пойду смотреть на дуэль. Это было бы неправильно.

Я думала так, пока рассматривая висящие в шкафу платья тёмных оттенков. Велела камеристке вытащить два из них и, окинув критическим взглядом юбки и корсажи, сделала выбор в пользу синего, украшенного серебряной вышивкой. Оно было неброским и одновременно строгим. И немножко величественным, особенно в сочетании с высоким белым воротником и синей шляпкой. Я думала, что ни за что не пойду смотреть на дуэль, пока камеристка укладывала мои волосы. Думала то же самое, подбирая к платью сумочку, пряча в неё зеркальце, платок и другие мелочи, а затем прикрепляя к поясу.

Словом, к тому моменту, когда вошедшая в мои покои Илона спросила: «Ну как, ты идёшь?», всё, что мне оставалось сделать, — это опустить на лицо вуаль.

— Я же сказала тебе, что никуда не пойду! — возмущённо заявила я, проверяя, всё ли необходимое положила в сумочку.

Илона лишь выразительно фыркнула.

Мы вышли в коридор, где нас поджидал виконт Берриньи. В последнее время они с Илоной всё больше времени проводили вместе. Втроём мы отправились к месту проведения дуэли.

Это была небольшая лужайка, расположившаяся неподалёку от дворцовой ограды. Желающих поглазеть здесь и вправду собралось немало. Дуэлянты тоже были на месте, хотя до десяти часов оставалось немногим меньше четверти часа. Впрочем, это как раз неудивительно: опоздание на дуэль приравнивается к отказу драться, а это, в свою очередь, бросает тень на честь дуэлянта. Уж лучше прийти пораньше. Всё равно ни за что не поверю, что человек, готовящийся к поединку, способен поутру подольше поспать.

Правда, Эстли выглядел так, словно действительно отлично выспался и вообще даже не думал мало-мальски нервничать. Просто ненадолго отвлёкся от дел ради короткой прогулки. Он уже успел снять сюртук и жилет; сверху осталась лишь свободная белая рубашка с высоким жабо, отделанная кружевом на манжетах. Увидев меня, граф приподнял брови и сдержанно кивнул. Я ответила столь же сдержанно и поспешила отойти в тень. Находиться в центре внимания по-прежнему не хотелось. Самым большим моим желанием было влезть на невысокое, но раскидистое дерево, растущее поблизости от места поединка, и полностью скрыться в его кроне. Эх, надо было прийти сюда пораньше, пока здесь не сумели собраться люди, тем более, что, скажем откровенно, я тоже не слишком хорошо спала в эту ночь и встала на рассвете. А теперь поздно прятаться от посторонних глаз столь неприличным образом. Впрочем, для этого и одеться пришлось бы в высшей степени неприлично…