Родина Кэрри - Каплан Эндрю - Страница 58

В Бейруте ей оставалось недолго, а, кроме Мариэль, других зацепок нет. «Все или ничего», — глубоко вздохнув, подумала Кэрри. Все или ничего.

— То есть назову имя, и все? Я свободна? — уточнила Мариэль.

— Да, бон вояж, — кивнула Кэрри.

Мариэль поднялась из-за столика и спросила у официанта, как пройти в дамскую комнату. Кэрри осталась. Она сидела на краешке стула и думала: выстрел — наугад, но если он окажется верным, Мариэль раскроет личность «вахтера».

Той ночью, после перестрелки на ипподроме, когда приехал Саул, Кэрри с Филдингом поговорили на конспиративке, и после он отправился в офис на улице Маарад, прихватив «беретту». О Филдинге Кэрри могла сказать много чего, но главное — он знал протокол. При обычных обстоятельствах посреди ночи он не впустил бы в офис незнакомца.

Той ночью, когда судьба Филдинга висела на волоске и он ждал, будто палача, Саула, он ни за что на свете не впустил бы к себе никого… незнакомого. И уж тем более не позволил бы убить себя из собственного пистолета. А значит, Дэвис этого «вахтера» знал прекрасно, следовательно, знала его и Рана, а может, и Дима. И Мариэль. Если же нет — и без помощи со стороны местной полиции — Кэрри окажется в настоящем тупике.

Кэрри залпом допила коктейль. Где же носит эту Мариэль? Что она так долго? Сколько можно разглядывать фотографию? Или она бежала, прихватив деньги? Нет, она знает: Кэрри найдет ее в Бурдж-Хамуде, на квартире у тети (или кем ей приходится та женщина?). Сондерс обернулся и встретился с Кэрри взглядом. Кэрри постаралась придать себе уверенный вид.

Все или ничего.

Когда Мариэль наконец вернулась, Кэрри облегченно вздохнула. По взгляду девушки она поняла: Мариэль знает человека на фотографии.

— Странно, — сказала Мариэль, возвращая Кэрри фото и присаживаясь за столик. — Почему он так одет? Словно bawaab[42] какой-нибудь.

— Так кто он? — спросила Кэрри и затаила дыхание. Ну же, не томи, мысленно подгоняла она Мариэль.

— Это Билял. Билял Мохамад. Странно, что вы его не знаете.

Мариэль с любопытством взглянула на Кэрри.

— А должна?

— Биляла все знают, — ответила Мариэль и коснулась крыльев носа в общепринятом жесте кокаинщиков. — Он pede[43]. Друг Раны. Ее американский papa gateau[44] тоже его знал. И Дима знала. Вы меня не проверяете? Он правда вам незнаком?

Мысли в голове у Кэрри запрыгали, словно шарик в электрическом бильярде. Есть имя, Билял Мохамад! Гей, знакомый Раны, который к тому же знал ее американского «папика», Дэвиса Филдинга. Кэрри будто молнией ударило. Внезапно все стало на свои места.

Что там Рана говорила о природе их с Филдингом связи? Поначалу у них был секс, а потом она просто служила Филдингу прикрытием. Сперва Кэрри ничего не поняла, но теперь смысл тех слов стал для нее кристально ясен. Неужели Дэвис Филдинг скрывал, что он гей? Зачем? Кому какое дело? Для чего ему красивая «борода» вроде Раны? И при чем здесь Билял Мохамад? Был ли он любовником Филдинга? Если да, тогда понятно, почему Филдинг впустил его в контору посреди ночи. Но зачем тогда Билял убил Филдинга?

Дэвис готовился покинуть Бейрут. Возможно, навсегда. Вот еще одна нестыковка, не дающая гипотезе об убийстве стать полноценной теорией. Как вышло, что ночь карьерного краха, последняя ночь в Бейруте, стала для Филдинга последней в жизни? Как это так убийца вовремя заглянул к нему в кабинет, опередив Саула, который, кстати, уже ехал к Филдингу? В реальной жизни подобных совпадений не бывает принципиально.

Выходит, Билял не просто так приехал в контору. Скорей всего Филдинг сам ему позвонил, сказал, мол, есть срочный разговор. Если они и правда были любовниками, то Филдинг хотел попрощаться.

Билял примчался, сообразил, что это — последний шанс заткнуть Филдингу рот, пока он не проболтался на допросе в Управлении, а самого Биляла не взяли на прицел ликвидаторы из ЦРУ. Так что никаких совпадений. Надо сказать Сондерсу и Саулу, чтобы проверили архив звонков Филдинга — по сотовой и стационарной линиям.

Все становилось на свои места. Если копнуть, наверняка всплывет связь Биляла с Соловьем и Абу Назиром.

— Меня здесь долго не было, — сказала Кэрри. — Чем он занимается, этот Билял Мохамад?

— Да мало ли чем, — пожала плечами Мариэль. — Это же Бейрут, — добавила она, вновь изобразив жест завзятого кокаинщика.

— Где его найти?

— Как где? Он часто в «Волке» тусуется, — ответила Мариэль. Ну конечно же, в гей-баре! — Ну и? Мне просто взять и исчезнуть?

— Чем скорее, тем лучше. Несколько недель не появляйся здесь, поживи в Париже себе в удовольствие. — Кэрри поднялась из-за столика. — Как нормальный человек.

Глава 37

Улица Мина-эль-Хосн, Бейрут, Ливан

Гей-бар «Волк» располагался на боковой улочке в районе Хамра, недалеко от Американского университета. К одиннадцати вечера на тротуаре перед входом собралась целая толпа мужчин в рубашках, расстегнутых до пупка, с коктейлями и пивом «961». Кэрри протиснулась мимо них, миновала вышибалу — бритоголового быка, который как-то странно на нее посмотрел.

Клуб был битком набит мужчинами: кто просто беседовал, кто целовался. Гремел хип-хоп, мелькали лазерные лучи цветомузыки. Вдоль стен тянулись скамейки, обтянутые ледерином: на них сидели мужики при деньгах, готовые потратиться на танец на коленях в исполнении стройных мальчиков. Кэрри осмотрела весь зал, но Биляла Мохамада так и не нашла.

— Чего изволите? — спросил бармен: стройный, голый по пояс, в кожаных штанах на красных подтяжках. Пухлощекий, в свои тридцать он походил на двадцатилетнего.

— Текила «Патрон сильвер», — чуть не крича, ответила Кэрри.

— Потерялись? — спросил бармен, подавая напиток.

— Нет. А вот он — да, — ответила Кэрри, показывая фото Биляла Мохамада на экране мобильника. — Где бы его найти?

— Первый раз его вижу, — сказал бармен и отошел к другому клиенту.

— Биляла ищете? — спросил мужчина рядом.

— Биляла Мохамада, — кивнула Кэрри. — Знаете, где он может быть?

— Это смотря кто спрашивает.

— Бенджамин Франклин, — ответила Кэрри, показав сотку.

— Вы не в его вкусе, habibti, — ответил мужчина. — Здесь вы вообще никому не понравитесь.

— Уверен, habibi? Девчонки в Бейруте отвязные. Вдруг я одна из таких? — Кэрри усмехнулась.

— Ах ты бестия! — заметил незнакомец, похотливо поглаживая ее по плечу. — Тогда вопрос ребром, моя сладкая habibti: у господина Франклина есть брат-близнец?

— А если есть, как мне узнать, что ты не врешь? — Кэрри достала вторую сотку и подвинула обе купюры к незнакомцу по стойке бара.

— Билял в башне «Марина», на шестнадцатом этаже. Не веришь — спроси у Абдуллы Абдуллы.

Убрав деньги в карман, мужчина указал в сторону бармена.

— Ты правда Абдулла Абдулла? — спросила у того Кэрри.

— Нет, но меня так называют. — Пожав плечами, бармен подозвал Кэрри ближе. — Вы уверены в себе, мадемуазель?

— Как любой в этом мире.

— У Биляла опасные друзья.

— Так и у меня тоже.

— О нет, мадемуазель. Есть просто опасные люди, а есть Билял. Он натуральный псих. Поверьте, лучше к нему не соваться. Нужен кокс, хаш, герыч — я все достану, только попросите. Так безопаснее. К тому же качество лучше и цена не кусается.

— Билял в башне «Марина»?

— Знаете, у нас говорят: «Хочешь жить на улице Мина-эль-Хосн — умри». Дело не просто в статусе и деньгах. Дело в том, на что люди готовы пойти ради такого богатства и роскоши… и на что пойдут, чтобы защитить их.

— Я взрослая девочка, sadiqi. Так он в башне?

— Я его в последнее время не видел. Если повезет, то и вы с ним не встретитесь, — произнес бармен, накладывая листья мяты в бокал для мохито.