Битва чудовищ - Виззини Нед - Страница 61

— Разве это не… Эй, это же те самые львы! — воскликнул Брендан.

За львами вышли два белых медведя, и теперь звери подкрадывались к своей жертве, замершей посредине арены.

К Скотту Калурио.

В лохмотьях у него был совсем жалкий вид. По щекам бежали слезы. Скотт дрожал от страха.

— Император Брендан, — кричал ему Скотт, — умоляю, пожалейте меня! Я буду самым преданным вашим слугой… до конца моих дней… если только вы спасете меня!

Император Брендан молча поднял кулак и опустил палец. Толпа обезумела. Настоящий Брендан наблюдал, как его императорское лицо стало довольным при одной только мысли о том, что Скотта сейчас разорвут на части. Мальчик ненавидел себя за это, но вместе с тем хорошо понимал свои чувства и низкопоклонство толпы. Он будто бы снова пел Glory Days. Им снова восхищались.

Львы и белые медведи подбежали к Скотту — и Настоящий Брендан отвернулся.

От одной только мысли, что ему может понравиться это зрелище, Брендану вдруг стало стыдно. Чего он хотел для Рима? Чтобы все это прекратилось. Несмотря на все выходки Скотта в школе и будущие унижения в колледже, он не заслуживал такой смерти. Брендан повернулся и пошел к выходу из императорской ложи туда, где увидел сияющую дверь. Ведьма Ветра закричала:

— Нет! Подожди!!

73

Элеоноре невыносимо было видеть, как Брендан исчезает в Двери Измерений. Она пробежала мимо Ведьмы Ветра, которая стояла на удивление тихо и неподвижно, словно мысли ее витали далеко. Девочка закрыла глаза и вошла в пелену света с криком:

— Брен! Вернись…

Элеонора очутилась на похоронах.

На кладбище над головой шумели клены. Трава была безукоризненно подстрижена. Рядом с могилой покоился усыпанный цветами гроб, готовый опуститься в землю. Рядом с ним замер старый священник. Он монотонно говорил:

— Больше всего на свете Доктор Уолкер любил свою семью…

— Нет! — закричала Элеонора. — Папа!

Она подбежала и увидела людей, сидевших на складных металлических стульях. В первом ряду сидели Брендан, Корделия и она сама, но выглядели ненамного старше, а рядом с ними Элеонора увидела безутешную маму.

— О нет… нет… — Элеонора не могла поверить своим глазам. — Этого не может быть!

Но все говорило об обратном. Лицо миссис Уолкер опухло и покраснело от слез. Дети прижимались к матери, пытаясь хоть как-то подбодрить ее, но сами рыдали.

Элеонора увидела, как Ведьма Ветра пролетела над скульптурой ангела. Она вскочила и побежала к ней, вскипая от злости, но Ведьма Ветра взяла ее за руку и попыталась успокоить.

— Тс-с, дорогая. Так не должно быть.

— Ты — чудовище! — закричала Элеонора, вырываясь из ее объятий. — Ты убила папу!

— Я не убивала его. Он сделал это сам.

— Что?

— Он продолжает… Дальше будет только хуже. Через несколько месяцев, он свяжется с плохими людьми… и вот, чем все закончится.

— Нет! Мама этого не переживет!

Ведьма Ветра вздохнула.

— Это правда. Твоя мама будет вне себя от горя и попадет в психиатрическую клинику. А ты будешь жить с ним.

Ведьма Ветра показала на человека, который выделялся среди собравшихся. Все были в черном, внимательно слушая речь священника, и только этот кудрявый мужчина сидел, со скучающим видом свесив голову. Он был одет в коричневое пальто, под которым виднелась гавайская рубашка, ноги обуты в ковбойские сапоги. Он осторожно оглянулся, полез во внутренний карман пальто, вытащил бутылку и сделал глоток.

— Дядя Пит? Нет! Я не буду жить с дядей Питом! Это худшее, что только может быть.

— После смерти твоего отца и болезни матери, из-за которой она не сможет заботиться о тебе, он станет твоим опекуном.

— Но он же целыми днями пьет и смотрит старые матчи! Он живет в трейлере… посреди пустыни! Я не могу жить с ним!

— Тогда позволь показать тебе другое будущее.

Ведьма Ветра взмахнула рукой, и через мгновение земля обвалилась под их ногами, и они свалились… прямо в голубое небо.

Они падали вниз.

Элеонора оглянулась. Небо было такого яркого голубого цвета, что на него стало больно смотреть. Со свистом она летела вниз, воздух был упоительным.

— Что?.. Как?.. Что происходит?..

Элеонора приземлилась на что-то мягкое.

Это была платформа телесного цвета с неровным и пружинистым полом. Элеонора приложила к нему свою руку и тут же отдернула. Это же… Она взглянула вверх.

Жирный Джаггер!

Гигант, высотой с большое здание, сидел на вершине холма, где проходил средневековый праздник. Он держал перед собой ладонь, на которой стояли Элеонора и Ведьма Ветра. Внизу были видны сражающиеся на турнире рыцари на лошадях, торговцы с сосисками, неподалеку сверкало большое озеро. Рядом с Элеонорой на ладони Жирного Джаггера стояла она сама из будущего.

Принцесса Элеонора.

Жирный Джаггер поднес свой палец к маленькой Элеоноре и осторожно погладил по щеке.

— Уо-олкер.

Он с любовью разглядывал ее огромными глазами.

На голове Принцессы Элеоноры сияла золотая корона с тремя рядами драгоценных камней: рубинами, бриллиантами и сапфирами. В руке она держала серебряный скипетр с вырезанной на верхушке фигуркой лошади. Настоящая Элеонора не могла заговорить с Принцессой — так же, как и Брендан не мог заговорить с Бренданом из будущего, — но она могла любоваться ее красотой. Принцесса Элеонора была той девушкой, которой маленькая Элеонора всегда хотела стать: красивой, умной и доброй. Она сидела на ладони гиганта и смотрела на всех сверху вниз.

— Вот что случится, если ты останешься со мной, — заговорила Ведьма Ветра. — И это лишь малая часть того, что я тебе дам. Ты — моя внучка, малышка. И я хочу, чтобы ты была счастлива.

— Что… Что мне делать? — спросила Элеонора. Хотя Ведьма Ветра была ей неприятна, ей было сложно решить: вернуться домой, где ждет неминуемая беда, или остаться здесь с Жирным Джаггером? Да кто бы в здравом уме решил остаться в реальном мире?

— Просто скажи да, — убеждала ее Ведьма Ветра, — и я подарю тебе все это. И даже больше. Или ты можешь войти в эту дверь и вернуться… в трагедию.

Элеонора посмотрела наверх и увидела портал, через который попала сюда.

Черный люк, сияющий в небе, вел обратно на кладбище. Элеонора даже разглядела зеленые кроны деревьев. И тут у нее появилась идея.

— Жирный Джаггер! Я не верю Ведьме Ветра, но могу довериться тебе. Можешь поставить меня туда, где мое истинное место?

— Что ты делаешь? — усмехнулась Ведьма Ветра. — Этот глупый верзила не слышит тебя!

— Джаггер! Пожалуйста! Если ты останешься сидеть на месте, я останусь с Ведьмой Ветра, но, если я не должна этого делать, ты поднимешь меня… наверх к двери!

— Ты впустую тратишь время, — заметила Ведьма Ветра, — он глуп как бревно!

Неожиданно Жирный Джаггер повернулся и прищурился. Ведьма Ветра удивилась:

— Как, разве ты меня слышишь?

Гигант поднимался на ноги.

— Он услышал меня! — крикнула Элеонора. — Он все слышит!

— Это невозможно.

Жирный Джаггер встал во весь рост и поднял ладонь к люку на небе. Элеонора подпрыгнула и, ухватившись за края люка, выбралась обратно. Жирный Джаггер заглянул в люк с восторженным и любопытным видом.

74

Ошеломленная Корделия стояла перед Дверью Измерений, не зная, что делать после того, как ее брат и сестра исчезли. Ведьма Ветра, все это время пребывавшая в каком-то странном оцепенении, очнулась и подозвала девочку подойти поближе.

— Не думаешь, что настало время нам объединиться? — заговорила она. — Я не обижу тебя, Корделия. Ты всегда была моей любимицей.

Корделия подошла к ней, с трудом волоча ноги, и шагнула в пелену яркого света.

Она оказалась на кухне.