Лука и огонь жизни - Рушди Ахмед Салман - Страница 39

Даже если бы в Волшебном Мире нашлась сила, готовая поддержать Баадал-Гарх, Божественный Штурм (или, если входить в детали, попытка обитателей Волшебного Мира сбросить иго Аалим, заменив его более разумными отношениями с Временем, допускающими существование Времени Сна, Промедления, Неопределенности, Отклонений, Сопротивлений и особенно широко распространенного Нежелания Стареть) просто смел бы ее. В то мгновение, как объединенная мощь богов обрушила твердыню Аалим и послышался странный звук, напоминавший громкое мяуканье, Лука крикнул Сорайе:

— Вот он, наш шанс!

И ковер-самолет взмыл высоко в небо, унося прочь своих пассажиров.

Однако ускользнуть от Аалим оказалось не так-то легко. Хоть власти этой троицы и пришел конец, у них все еще оставались преданные слуги. Едва Сорайя направила Решам к берегу реки Силсилы, где Лука смог бы выпрыгнуть в Реальный Мир, неизвестно откуда появилась целая стая жутких одноногих птиц, легендарных Шан-ян, китайских демонов дождя, и обрушилась сверху на ковер-самолет. В своих клювах Шан-ян несли целые реки и вылили их на ковер-самолет, стараясь затушить Огонь в выдрином горшочке на шее Луки. Ковер-самолет накренился и начал падать под тяжестью обрушивающейся на него воды.

Но затем ковер-самолет, проявив недюжинную устойчивость, выровнялся и снова лег на намеченный курс. Нападение демонов дождя продолжалось: пятый, шестой, седьмой потоки обрушились на ковер с неба, сбивая с ног пассажиров, которые катались по ковру, наталкиваясь друг на друга и оказываясь в опасной близости от края. И все же оградительный заслон, созданный Сорайей, выдержал. Наконец запас воды у демонов дождя иссяк, и они улетели прочь, злые и раздраженные.

— Да, эту атаку мы выдержали, но нашим бедствиям еще не пришел конец, — охладила радость Луки Сорайя. — Аалим не оставили попыток помешать нам перенести Огонь в Реальный Мир. Ты слышал отвратительное мяуканье, когда мы вырвались из кольца Облачной Крепости? Это Аалим разыгрывают свою последнюю карту. Увы, этим звуком они натравливают на добычу спущенных с цепи смертельно опасных Дождевых Котов.

Дождевые Коты (вот мы и добрались до кошачьей темы) вскоре начали низвергаться с неба. Это были не какие-нибудь кошечки, а огромные звери семейства кошачьих: тигры, львы, ягуары, гепарды; кошки всех мастей, пятнистые и полосатые, с огромными когтями и клыками. Аалим превратили дождь в кошек, и те кусали и когтили оградительный пузырь, нанося ему страшный ущерб.

— Боюсь, как бы они не пробили наш щит, — воскликнула Сорайя. — Их так много, что нам с ними не справиться.

— Вот уж нет! Ну-ка, кошечки, идите к нам! Мы вам покажем, что к чему! — храбро пролаял пес Медведь тварям, раздиравшим оградительный щит, в то время как Титан снова вознамерился подняться в полный рост.

Однако Лука знал, что ничего путного из этого не выйдет. С тысячей разъяренных кошек не справиться даже такому исполину. Что уж говорить о Псе, Медведе. Койоте и даже Сорайе, владеющей множеством хитростей и уловок! Понятно, за кем останется победа. И вот так всегда, подумал он. Стоит мне только подумать, что мы наконец-то вырвались из ловушки, как на моем пути возникает очередная неодолимая преграда.

Он стиснул руку Сорайи:

— У меня осталось всего сто шестьдесят пять жизней. Вряд ли их хватит, чтобы преодолеть эту напасть. Так что на случай, если мы проиграем битву, я хочу заранее поблагодарить тебя за помощь. Без нее я ни за что бы сюда не добрался.

Хам-Султанша Выдрии стиснула в ответ его руку, поглядела поверх его плеча и вдруг расплылась в широчайшей улыбке:

— Не стоит разводить сантименты раньше времени, глупыш. Конечно, ты мастер наживать врагов, притом в невиданных количествах. Но все же оглянись. У тебя появились и весьма могущественные союзники.

Позади ковра-самолета возникло тучное стадо облаков. Сорайя с улыбкой пояснила, что это не какие-нибудь там скопления водяного пара. Это спешили на выручку боги ветров, все, какие только обитали в Волшебном Мире.

— Их появление означает, что они намерены как можно скорее доставить тебя домой, чтобы исполнилось то, что ты должен исполнить.

Теперь и Лука разглядел в облачной вате лики богов, усердно надувающих щеки, чтобы вызвать порывы ветра.

— Видишь там трех китайских богов: Чи-по, Фын-по-по и Пань-гу! А вон летит стая Ветров-Львов, Фэн-ши-е, с архипелага Кинмень в Тайване. Китайцы обычно отказываются общаться с ними, да и вообще не признают, что они существуют, а они летят, все вместе! Поистине удивительно, кто только не объединился, чтобы постоять за тебя! Из Японии прибыл сам Фудзин, а он никогда не покидает своего острова. Посмотри-ка, все боги Северной Америки здесь: Гао, божество ирокезов, и Тейт, которому поклоняются сиу, а вот и свирепый дух ветра, обожествляемый чероки, сам Оонави-Унгги! Заметь, сиу и чероки никогда не дружили с ирокезами, а тут вдруг словно вступили в Союз пяти племен! Даже Чуп, божество индейцев чумашей из Калифорнии, прекратил нежиться на солнце и явился сюда: обычно он не производит ничего более сильного, чем легкий бриз. Нагрянули и африканцы: вон там Янсан, богиня йоруба! Боги-ветры из Центральной и Южной Америки: Эцальчот, чтимый племенем никуиран, бог майя Пауатунс, и Унасинте, божество индейцев зуньи, и Гуабансекс с Карибских островов… Все такие древние, что мне казалось, они уже давно сдулись, но нет, полны энергии! И жирный Фа-атиу из Самоа здесь, и бокастый Булуга с Анадаманских островов, и Ара Тиотио, бог урагана из Полинезии, и Пакаа с Гавайев. А вот и Аис, армянский демон ветра, и Вила, славянское божество, и скандинавский крылатый гигант Хрёсвельг, который вызывает ветер простым взмахом крыльев, и корейская богиня Ын-дунь Халмони — уж она такой ветер могла бы раздуть, если бы меньше увлекалась рисовыми пирожными! И еще Мбон из Бирмы, и Энлиль…

— Прекрати, пожалуйста, — взмолился Лука. — Какая разница, как их зовут? Важно, что они делают.

А делали они вот что: сдували Дождевых Котов с защитного пузыря, окружавшего ковер-самолет. С ревом и воплями Дождевые Коты отлетали прочь. Ветры подхватывали их и утаскивали неизвестно куда. Мерзкие создания уносились кувырком в глубины расколотого неба. С Решама несся громкий крик радости, а боги ветров взялись подгонять его, и ковер-самолет полетел с небывалой скоростью. Даже Сорайя при всем своем мастерстве ни разу не разгоняла его и вполовину так быстро. Волшебный Мир под ковром и небеса над ним превратились в один сплошной туман. Все, что видел Лука, были Решам и сонм пухлощеких богов, несущих его прямиком к дому.

— Донесите меня вовремя, — снова горячо взмолился он. — Пожалуйста, не дайте мне опоздать, доставьте меня домой вовремя.

Ветер стих, ковер-самолет приземлился, боги ветра исчезли — и Лука оказался дома. Не на берегу Силсилы, как ожидал, а прямо на лужайке перед домом, где впервые услышал человеческую речь из уст Пса и Медведя, встретил Никтопапу и отправился в свое отчаянное путешествие. Цвета вокруг все еще казались необычно яркими: небо слишком синее, земля чересчур бурая, дом гораздо зеленее и розовее, чем всегда. Да и ковер-самолет, опустившийся на лужайку, смотрелся странно, так же как и Хам-Султанша, Титан, Койот и две Слоноптицы, причем все они выглядели не лучшим образом.

— Просто нам не место здесь, на границе между мирами, — пояснила Сорайя, когда Лука, Пес и Медведь сошли с ковра на пыльную землю. — Ступай-ка ты быстренько по своим делам, чтобы мы смогли улететь отсюда. Отправляйся к той Сорайе, что живет в этом доме, положи одну картофелину в рот отцу и не забывай, что ее дала тебе Хам-Султанша Выдрии. Когда ты вырастешь и станешь взрослым молодым человеком, вспоминай иногда Хам-Султаншу, если только напрочь не забудешь о ней.

— Я никогда тебя не забуду, — поклялся Лука. — Но позволь мне задать последний вопрос: смогу ли я взять выдрину картофелину голыми руками? И если я положу ее в рот отцу, не испепелит ли она его?