Лука и огонь жизни - Рушди Ахмед Салман - Страница 36

— Что он сказал? — спросил Лука у Рататат, которая принялась прыгать у него на плече, громко стрекоча.

— Он говорит, что они согласны! Они принимают твое предложение! — стрекотала Рататат, одновременно с ужасом и облегчением. — Можешь взять Огонь прямо сейчас. Поспеши! Чего ты ждешь? Спасай отца! Спаси нас всех! Не стой на месте! Вперед!

В небе над их головами пронеслись тени.

— Ну и ну, вы только посмотрите, что делается! — произнес знакомый голос Хам-Султанши, владычицы Выдрии. — Я-то думала, что бросила все подвластные мне военно-воздушные силы Выдрии в безнадежный, хотя и благородный бой ради спасения невежественного, но такого милого юного героя. По здравом размышлении я пришла к выводу, что, несмотря на все твое глупое упрямство, не могу оставить тебя один на один с безжалостной судьбой и успокаивать себя тем, что к тебе прикомандирована Рататат, по праву носящая звание Почетной Выдры. И что я вижу? К моему полному удивлению, ты совсем неплохо справился без всякой помощи — учитывая, насколько ты в самом деле глуп.

В обновленном, хотя и попорченном, небе над Горой Знания барражировали ВВС Выдрии — сотни ковров-самолетов, готовых бомбардировать противника гнилыми овощами и обстреливать бумажными самолетиками с чесоточным порошком. Возглавляла воздушное воинство сама царица Сорайя на Решаме, ковре-самолете царя Соломона Мудрого, вместе с Койотом, бывалым обманщиком, и Слоноптицами.

— Мы тоже здесь! — кричали эти последние. — Мы не хотим просто хранить память о событиях!

— Мы хотим участвовать в событиях! — вторил им великан преклонных лет, совершенно нагой и обезображенный множеством шрамов, избороздивших его грудь.

Луке некогда было отвечать, некогда спрашивать, кто этот голый незнакомец, некогда было даже обнять своих друзей, Пса и Медведя, которые буквально слетели со спины Короля Лошадей и кинулись к нему.

— Мне нужно взять Огонь! — крикнул он. — Дорога каждая секунда.

Пес Медведь среагировал мгновенно и сломя голову ринулся в Храм Огня, откуда через несколько секунд уже нес в зубах головню, от которой исходил самый яркий, радостный, притягательный и надежный огонь, когда-либо виденный Лукой. Медведь Пес вскарабкался по одной из колонн святилища и могучей лапой буквально припечатал золотистый шар над портиком. Лука услышал легкий звон, увидел цифру «восемь» на счетчике, выхватил горящую головню из пасти Медведя и погрузил ее в выдрин горшочек, где крошечные выдрины картофелины занялись тем же теплым, бодрящим огнем.

— Надо идти, уже пора! — закричал Лука, снова вешая себе на шею горшочек, от которого шло приятное тепло.

Сорайя спустилась пониже, чтобы Лука, Медведь и Пес могли запрыгнуть на ковер-самолет царя Соломона.

— Во всем Волшебном Мире нет более надежного и быстрого транспортного средства, — воскликнула она. — Прощайтесь со всеми и в путь!

Натхог с сестрами и белка Рататат закричали:

— Некогда, некогда! Прощайте! Удачи вам! Вперед!

И они полетели. Сорайя направила ковер-самолет сквозь расщелину в небе.

— Ты пришел из Праворукого Мира, поэтому и выбираться назад должен тем же путем, пояснила она.

Все воинство Выдрии летело вслед за ними, но быстро отстало, потому что ковер-самолет царя Соломона не имел себе равных по скорости.

— Не беспокойся, — подбодрила Луку Сорайя. — Я доставлю тебя домой вовремя. В конце концов, ты ведь спасаешь не только своего отца, но весь наш Волшебный Мир.

Глава 8

Гонка на время

Небо рушилось. Они пролетали сквозь дыру в небесах, а вокруг них прямо на Средоточие Магии падали осколки неба. Лука (снова завернутый для тепла в волшебную шаль Сорайи) не ощущал ветра внутри защитного пузыря, созданного Хам-Султаншей вокруг ковра-самолета, но наблюдал бесчинства этой стихии. Прямо у него на глазах ветер вырывал с корнем огромные деревья и носил в воздухе, словно пушинки одуванчика. Здоровенных драконов с их могучими крыльями швыряло во все стороны, как детские игрушки. Сама Небесная Сеть, наиболее хрупкая часть Средоточия, сотканная из пятидесяти пяти слоев блестящей паутины, была порвана в клочья. Великое Царство Чистоты, легендарная библиотека Лин-бао тянь-цуня, которая тысячи лет хранилась в слоях Небесной Паутины, пропала навсегда. Ее древние тома летали в воздухе, маша порванными страницами, будто крыльями.

— Дуют Ветры Перемен, — восклицал Слоноселезень, а Слоноутица вторила: — Все наши знания ничего не стоят по сравнению с той мудростью, которая теперь разрушается.

Лука их почти не слышал, потому что все заглушал пронзительный вопль. Казалось, то кричит живое существо. Как пояснил Койот, у которого шерсть стала дыбом, это вырвались на свободу Воздушные Ревуны. Когда они принимаются реветь, все живое, не в силах вынести ужасного звука, трещит по швам и распадается. Лука решил, что ему не хочется знать, кто такие Ревуны и что они собой представляют.

Мальчик, Койот, Слоноптицы, пес Медведь и медведь Пес сбились в кучу в передней части ковра-самолета, наблюдая, как мимо них проносится бушующий Волшебный Мир. Позади, в самом центре ковра-самолета, стояла Сорайя, закрыв глаза и широко раскинув руки, — разгоняла Решам до такой скорости, на какой ему прежде летать не доводилось. За ее спиной опустился на колени, чтобы положить руки ей на плечи и передать всю свою мощь, нагой Титан, которого Лука никогда раньше не видел.

— Это он самый и есть, — прошипел Койот на ухо Луке. — Похититель. Первый и Величайший. Услышал о твоем деле и пришел предложить свою помощь. И это после всех своих мучений. Это, паренек, скажу я тебе, нечто. Великая честь для всех нас.

Они вылетели из Средоточия Магии, и теперь под ними протекали многочисленные русла Развилки, вода в них бурлила так, что поднималась в воздух стеной и потом рушилась обратно.

— Вот он, девятый уровень, — сказал себе под нос Лука, но Сорайя беспощадно поправила его:

— Нет, это Конец Света.

Неминуемый Водоворот и ловушка Эль-Темпо закручивались все быстрее и быстрее, всасывая все, что попадало в их воронки, с еще большей силой, чем прежде. Сорайе пришлось поднять ковер-самолет на опасную высоту более ста километров над поверхностью Земли, где до линии Кармана оставалось не больше километра. И тем не менее их едва не засосало. К счастью, они все же вырвались и понеслись, словно ракета, в направлении, которое Сорайя была не в силах контролировать. Ковер-самолет крутился вокруг своей оси, как монетка, и путники ухватились друг за друга, опасаясь за свою жизнь. Лука даже не заметил, как они пролетели болотину Великого Застоя, как оказались над Туманами Времени. Туманы тоже были в беде: в их ранее непроницаемой серой стене появились разрывы и дыры. И в Туманах Решам все так же вращался, а Птицы Памяти плакали от страха перед Забвением, даже Койот завывал, и жизнь стала бы совсем невыносимой, если бы не Прометей, который стал на ноги и впервые за все время заговорил, заклиная неведомые силы.

— Хуло! — закричал он громовым голосом на вращавшуюся вокруг туманную пустоту. — Я не для того спасся от Зевсова орла, чтобы сгинуть в тумане! Дафа хо! Прочь, мерзкая Завеса, дай нам дорогу.

И в то же мгновение ковер-самолет вырвался из серого вихря Туманов.

Только теперь Лука понял, где они находятся, и увиденное его вовсе не обрадовало. Их отнесло очень далеко от Реки Времени. Теперь под ними был город снов Хваб, и пока Сорайя отчаянно старалась повернуть ковер-самолет в нужном направлении, Лука разглядел башни, рассыпавшиеся, как карточные домики, и лежавшие в руинах дома с сорванными крышами, а еще он увидел неприкаянные Сны, которые расцветают только в уютной темноте за плотно закрытыми шторами, а теперь, спотыкаясь и падая, они бродили по улицам при ярком свете дня. По дорогам города галопом скакали Ночные Кошмары, не разбирая пути, и лишь несколько горожан, с виду не пострадавших, брели неведомо куда, не обращая внимания на хаос вокруг, как будто все еще жили в собственном мире. «Наверное, это Грезы», — догадался Лука.