Наука страсти - Грей Джулиана - Страница 17

— Я… боюсь, я не понимаю вас, сэр.

Эшленд встал. Голова его слегка закружилась, он покачнулся, но тут же выпрямился, поставил опустевший бокал на стол и увидел, как пламя свечи отражается от золотистых волос Гримсби, создавая над ними ореол.

— Это полная ерунда, мистер Гримсби. Боюсь, мой интеллект меня сегодня подводит.

Гримсби уже вставал из своего кресла.

— С вами все в порядке? Могу я чем-нибудь помочь?

— Со мной все прекрасно. Благодарю за беседу, мистер Гримсби. Надеюсь, мы сможем часто повторять это вечернее удовольствие, когда снаружи завоет зима. — Эшленд показал на окно.

— Вы уже уходите, ваша светлость?

— Да. — Эшленд всмотрелся в лицо Гримсби, в прищуренные глаза за стеклами очков, в крохотную озабоченную морщинку между бровями. Этот мальчик такой серьезный, такой мудрый и одновременно такой наивный. — Знаете, вы весьма интригующая личность, — рассеянно произнес он.

Рука Гримсби упала на книгу.

— Ничего подобного.

— Не могу не задаваться вопросом, не скрываете ли вы куда больше, чем показываете.

— Прошу прощения, что вы имеете в виду?

Эшленд выпрямился. Не следовало пить тот лишний бокал шерри, его тело к этому не привыкло. Но так приятно, когда твои мозги цепенеют, когда кровь опять поет, а в отсутствующей руке не ощущается ничего, кроме онемения.

— Я толком не знаю, что имел в виду, мистер Гримсби, — ответил он, улыбнулся, протянул руку и похлопал беднягу по изумленному подбородку. — Но я непременно это выясню.

Дверь за внушительной фигурой герцога Эшленда затворилась. Эмили рухнула в кресло. Она закрыла глаза, но его лицо по-прежнему стояло перед ней — черная повязка на гладкой коже, единственный ярко-голубой глаз внимательно изучает ее.

«Знаете, вы весьма интригующая личность».

Эмили глубоко вдохнула. Ей кажется, или она действительно все еще чует его запах? Немного шерри, дикий ветер с болот, теплая шерсть, аромат пряного мыла — скорее всего сандаловое дерево. А может быть, это она сама. Эмили подняла руку и принюхалась к рукаву.

Нет, от нее ничем таким не пахнет.

Сердце все еще быстро колотилось в груди, кончики пальцев щипало. Да что за дьявольщина с ней творится? Этот высокий крупный человек со своим пронзительным глазом, изуродованным лицом и пустой манжетой — боже милостивый, уж не влюблена ли она в него? В герцога Эшленда, всего два часа как выбравшегося из постели какой-то проститутки, сидевшего тут с вытянутыми ногами и с волосами, бело светившимися в полумраке библиотеки?

Эмили снова подняла руку и притронулась к подбородку. Она ощущала герцога, чувствовала, как затрепетали ее жилы, когда он потянулся к ней, когда ее кожа предвкушала его прикосновение. Она, Эмили, хладнокровная и любящая науку, принцесса Германии!

Издалека послышался приглушенный топот — Эшленд поднимается по лестнице.

«Но я непременно это выясню».

Эмили схватила свой бокал с шерри и осушила его.

Это будет очень долгая зима.

Глава 7

Общая комната в «Наковальне» была, как обычно, переполнена, на что Эмили и рассчитывала. Она крепче сжала рюкзак, стараясь вдыхать спертый сырой воздух как можно поверхностнее. Мужчины вокруг хохотали, сквернословили, ели и пили. У стены дымил очаг. Трактирщица Роза вечно с кучей кружек в руках поспевала всюду, браня пристающих к ней посетителей.

Эмили внимательно наблюдала за ней. Когда та нырнула в соседнюю комнатку, чтобы снова наполнить кружки, Эмили вошла следом.

— Мне нужна комната, — негромко произнесла она и протянула ладонь, на которой тускло блеснул золотой соверен, поймавший свет старомодного фонаря, качавшегося над головой. — Отдельная комната, поближе к черной лестнице.

Роза уставилась на соверен, потом на Эмили.

— С девушкой или без?

В крохотной комнате не было никакой мебели, кроме кровати, заполнявшей все пространство, но Эмили в мебели и не нуждалась. Она положила рюкзак, откинула клапан и разделась до подштанников, несмотря на холод.

Сначала сорочку, затем корсет. С завязками пришлось потрудиться, но Эмили выбирала корсет очень тщательно, помня, что никакая камеристка ей не поможет. Нижние юбки и прочные полуботинки. Замерзшие пальцы возились с застежками долго, но справились и с ними.

Платье в рюкзаке помялось, как ни старалась она сложить его аккуратно. Оно застегивалось спереди, потому что ей ни за что не удалось бы застегнуть его на спине. Несколько мгновений Эмили просто наслаждалась ощущением тонкой шерсти на теле, тем, как ткань облегает бедра, как очаровательно тяжело взвиваются юбки вокруг ног. Конечно, турнюра у нее не было, но в конце концов это просто деревня.

В завершение она снова сунула руку в рюкзак и вытащила два последних предмета: маленькую шляпку и большой шиньон, сделанный из густой золотистой копны ее собственных волос, отрезанных ножницами мисс Динглеби всего месяц назад. Эмили убрала свои короткие волосы назад, приколола шиньон и надела шляпку.

Затем высунула голову за дверь. В коридоре никого. Она тихонько прокралась к черной лестнице и бесшумно спустилась вниз.

Ветер сегодня улегся. Кончался декабрь, и тяжелый морозный воздух обжег открытые щеки Эмили. Немало горожан еще бродили по улицам, делая последние рождественские покупки, поэтому Эмили предпочла главной улице переулки, запоминая названия и подробности, как учила мисс Динглеби. Когда она проходила мимо станции, оттуда отошел поезд, каждый час отправлявшийся в южном направлении, в Йорк.

Дома попадались все реже, шум торговли затих вдали. Впереди показалось чистое белое здание «Эшленд-спа-отеля». Мраморный фасад выходил на дорогу, похожий на древние римские бани, перенесенные в современный Йоркшир.

Эмили сняла очки, спрятала их в карман и обошла здание, направившись ко входу в сад.

— Моя дорогая! — Изящная фигура поднялась из ресторанного кресла, поправила лацканы и взяла протянутую руку Эмили.

— Добрый день, сэр, — улыбнулась Эмили. Джентльмен склонился и поцеловал воздух над ее обтянутой перчаткой рукой.

— Добрый день, мисс Бисмарк. — Джентльмен поднял взгляд, и из-под изогнутых полей аккуратной черной шляпы на Эмили взглянули глаза мисс Динглеби.

— Как я рада видеть вас, мистер Динглеби, — сказала Эмили.

— Присаживайтесь, моя дорогая. Должно быть, вы очень устали. — Мисс Динглеби показала на соседнее кресло.

Эмили опустилась в него, в последний момент вспомнив, что полагается изящно взметнуть юбками.

— Тут всего четыре мили. Неполных полчаса быстрой езды верхом.

— Но ваше хрупкое сложение! — Мисс Динглеби подмигнула и взяла меню. — Слишком завышенные цены для такого богом забытого форпоста цивилизации, верно?

Эмили окинула комнату взглядом. Примерно неделю назад они с Фредди пили тут чай, и тогда она с таким же изумлением, как сейчас мисс Динглеби, рассматривала просторный роскошный холл с высоким потолком, рифленые колонны и сверкающий мраморный пол, замысловатую лепнину и овальный купол застекленной крыши, пламенеющий светом, льющимся через цветное стекло. Воздушное пространство буквально кишело людьми. Откуда они все явились? Леди, в основном с длинными вуалями и огромными турнюрами, в сопровождении горничных в белых чепцах и тщательно застегнутых воротничках. Они перемещались между холлом и бассейнами, расположенными в закрытом дворике в центре отеля. По мере того как приближалось время чая, они перебирались в сине-белый интерьер ресторана, рассаживались за элегантными мраморными столиками и пили чай, едва шевеля пальцами в воздухе, пропитанном ароматом лилий.

— Не так уж он и отдален, — заметила Эмили. — Думаю, здесь побывало немало модных гостей. Герцог превратил этот курорт в очень известное заведение.

— В самом деле? Надо же, какой умник. — Мисс Динглеби немного понизила голос. Она приклеила бакенбарды, но не усы, и щеки ее чуть подергивались. У Эмили сочувственно зачесалась кожа.