Последний патрон (сборник) - Котов Алексей - Страница 14

Юнец шлепнулся в колючие кусты. Кусты задрожали, выдавая путь, который проделывал, плотно прижавшись к земле, любовник-неудачник.

Королева гордо отвернулась, встала и пошла прочь. Пустяковое приключение заставило ее продолжить прогулку. Женщина размышляла о не совсем искреннем сочувствии придворных дам, и вдруг поймала себя на мысли, что если бы любовник маркизы был похож на ее покойного мужа, то ей было бы не так грустно… Глаза юнца были слишком чисты для того, что бы в них могла смотреть такая интриганка как Бамбадур!

Королева свернула за угол дворца и едва не споткнулась от неожиданности: по увитой плющом стене карабкался все тот же юнец. Только на этот раз его целью было окно баронессы Николь.

— Черт знает что! — неожиданно для самой себя взорвалась королева. — Я же велела вам убираться отсюда!

Юнец оглянулся. В его глазах легко угадывался тихий ужас.

— Я прикажу вас выпороть! — пригрозила королева.

Юнец сорвался вниз и исчез с такой скоростью, словно за ним гналась целая свора школьных учителей с розгами.

Ворча себе под нос что-то о придворной нравственности, молодая королева направилась во дворец. Наверху тихо скрипнули закрывающиеся окна. Вызывать гнев вдовствующей королевы не хотел никто…

…Ночь была тихой и ясной. Королева лежала в постели и смотрела в широко открытое окно на звезды. Легкий ветерок шевелил шторы и приносил волнующие запахи цветов. Женщина вспомнила юнца-любовника и невольно улыбнулась.

«Однако, мальчишка очень упрям, — решила она. — Хотя и не очень разборчив. Впрочем, он еще слишком молод чтобы хорошо разбираться в женщинах…»

За окном послышался тихий шорох. Королева замерла, вся превратившись в слух. Шорох повторился. В окне возникла чья-то взлохмаченная голова. Тяжело посапывая, незнакомец перевалился через подоконник и шлепнулся на пол.

— Черт! — выругался юный басок. — Скажите, пожалуйста, это спальня графини де Круси?

Весь день графиня де Круси бродила за королевой с самым скучным видом и притворно вздыхала.

«Нет, ну какая же она, оказывается, притворщица!» — подумала королева.

В комнате было слишком темно. Незнакомец встал и неуверенно направился к женскому ложу. Королева закрыла глаза и притворилась спящей. Тихое, умиротворенное посапывание подтвердило робкую догадку юнца. Он быстро разделся и нырнул под пышное одеяло.

— Ой! — громко сказала королева. — Кто тут?!

— Я! — жарко ответил юнец. — Виконт де Ларош, графиня!

— Я не графиня, — улыбнулась королева.

— Извините, маркиза, я…

— И не маркиза.

— А-а-а… — начал было виконт и задумался. На всякий случай он убрал руку с пышной женской груди и подвинулся к краю кровати.

— Я служанка королевы Луиза, — быстро пояснила королева. — Вы попали в покои Ее Величества. Правда, самой королевы здесь нет и сегодня не будет.

Виконт присвистнул от удивления.

— Ничего себе!.. А, впрочем, на улице так темно.

— …И было открыто только одно окошко, — съехидничала королева.

Виконт смело вернул руку на прежнее место.

— А ты, значит, Луиза, да? — жарко шепнул он в женское ушко. — Такая… Ну, в общем, с ямочками на щеках?

— Да. А еще все говорят, что я очень похожа на королеву.

— Тогда ты самая красивая! — жарко шепнул виконт.

— Правда?

— Ну, еще бы!..

Гость принялся деловито стягивать с женщины ночную рубашку.

— Что вы делаете?! — возмутилась королева, цепляясь за легкую ткань.

— А что же еще я должен делать-то?!.. — удивился виконт.

Пощечина получилась мягкой, как поцелуй…

…Утром королева пила кофе прямо в постели. Рядом, уткнувшись носом в подушку, посапывал юный виконт. Королева покосилась на гостя и счастливо улыбнулась.

«Пусть поспит еще чуть-чуть, — решила она. — Сегодня у него будет нелегкий день…»

Виконт зевнул и приоткрыл один глаз. Прежде чем взглянуть на занятую завтраком женщину он погладил ее ножку.

— Пора вставать, любимый! — мягко сказала королева.

Виконт зевнул еще раз и, наконец, посмотрел на женское лицо… Ее Величество снисходительно улыбнулись. Подпрыгнув от ужаса едва ли не до потолка, виконт вскочил и бросился к двери. Та оказалась предусмотрительно заперта. Пытаясь открыть окно, виконт сорвал штору и получил увесистый удар багетой по голове.

— Оденьтесь, пожалуйста, дорогой, — спокойно посоветовала королева.

Виконт замер. Стараясь не смотреть на полуобнаженную женщину, он приблизился к кровати и нашарил штаны. Потом камзол… Шляпы нигде не было.

— Там… — женщина показала чашечкой кофе на шкаф.

Виконт открыл шкаф. Шляпы не было и там, но зато на одной из полок стояла слегка покрытая пылью фамильная корона Людовиков.

— Примерьте, пожалуйста, — попросила женщина.

Виконт, наконец, решился взглянуть на Ее Величество еще раз. Строгий женский взгляд не оставлял никакого выбора. Юнец надел корону на голову и та тут же съехала на ухо.

— Ничего страшного, — заметила женщина. — Кстати, вам пора идти.

— Куда? — глухо спросил виконт. — На плаху, что ли?..

— Нет, управлять государством, — королева поставила пустую чашку на столик и сладко потянулась. — А я еще посплю… Перед нашей свадьбой я должна хорошо выглядеть. Ключ от двери на столике, дорогой.

Виконт взял ключ и немного потоптавшись, направился к двери.

— Кстати, Ваше Величество, — окликнула его женщина. — Если вы не перестанете лазить по чужим окнам, я прикажу отрубить вам голову.

Виконт посмотрел на красавицу в постели и быстро кивнул в ответ.

Королева проводила жениха долгим взглядом.

«Конечно, король из него пока еще никудышный, — решила она. — Но со временем… Кто знает? Ведь кое-какие вещи у него и сейчас получаются просто отлично!»

Ее Величество женщина счастливо улыбнулась и закрыла глаза…

Перед богом и людьми

Вдовствующая королева Изольда влюбилась в конюха Вольдемара. По вечерам молодая женщина шла на сеновал — тот, что рядом с королевской конюшней и сквозь старую крышу которого можно всю ночь любоваться пушистыми звездами — и там словно погружалась в упоительный и колдовской мир, пропитанный запахом луговой шалой травы. Казалось бы, ничего страшного не происходило, ведь любовь не противопоказана ни одной женщине, но придворные вдруг заметили, что красавица-королева часто плачет по утрам.

Причина женского несчастья была довольно проста — конюх Вольдемар не хотел становиться мужем Изольды и королем земли Лебедеум.

Он так и говорил Изольде:

— Подумай сама, Изольдочка, что такое свадьба?.. Придумали, понимаешь, праздник любви: два дурачка стоят у алтаря со свечками. А третий дурачок им говорит: мол, вы теперь муж и жена перед Богом и людьми. Между прочим, Бога нет, Изольдочка, а на людей я плевать хотел.

Молодая женщина возражала, но Вольдемар твердил свое:

— Изольдочка, ты и так королева, зачем тебе становиться еще и свадебным Величеством на один праздничный день? — вкрадчиво шептал Вольдемар в женское ушко. — Из-за штампа в королевском паспорте? Но эта клякса совсем не гарантирует мою любовь!

С другой стороны пройдоха-конюх не стеснялся пользоваться положением фаворита. Многочисленные лебедеумские ремесленники и купцы забыли дорогу в королевское министерство финансов. По вечерам они спешили в кабачок «Веселый поросенок» на темной и дальней улочке. Вольдемар принимал посетителей в отдельном кабинете. Вокруг него звенело золото и лилось рекой вино… Чтобы как-то отличаться от остальных, Вольдемар стал носить красный кафтан, широченный желтый пояс и зеленые штаны. За вызывающе яркий наряд он получил кличку Светофор. Ведь «сверум» по-лебедеумски означает красный, «тоф» — желтый, а «фор» — зеленый.

На защиту страдающей от любви королевы Изольды встали министр финансов сэр Маргус Пипин и однорукий аббат Круазье. Министр финансов — между прочим, честнейший человек! — поняв, что разумные доводы, которые он приводил королеве, бесполезны, возложил на себя шутовской колпак. Затем сэр Маргус принялся разоблачать жулика-конюха прямо в «Веселом поросенке». Министра несколько раз били, а один раз попытались утопить в реке, предварительно насыпав в его карманы полпуда обесценившихся медных монет.