Ночь в Гефсиманском саду - Павловский Алексей - Страница 97

Судя по некоторым деталям из дальнейших рассказов евангелистов, ученики после встречи с воскресшим Иисусом на время вернулись к тем занятиям, которыми они занимались прежде, в основном к рыболовству на Тивериадском озере. Община их не распалась, но, по-видимому, уже не было той напряженной и сплоченной духовной жизни, когда все они группировались вокруг своего учителя. Поскольку из Деяний апостолов видно, что христианское учение заметно распространялось, переходя уже и за границы Галилеи, так что синедриону приходилось прибегать к помощи эмиссаров-карателей, то надо думать, что значительная часть учеников, в особенности из тех семидесяти, которые и при земной жизни Иисуса были его миссионерами, не прекращала начатой Христом деятельности. Она выражалась, главным образом, в странствиях, сопровождавшихся проповедями и поучениями, а также рассказами о Христе, пересказами его притч и сентенций. Постепенно вся эта изустная проповедь, обращенная к простому народу и потому близкая к обычной речи, вошла в обиход и стала превращаться в своеобразный фольклор. Многие притчи Иисуса, как известно, и родились, и постоянно опирались на народную традицию: теперь же начался как бы обратный процесс: высокая проповедь, исполненная напряженной духовности, начала уходить в толщу народного сознания и постепенно формировать его в соответствии с основами христианского учения. Образовались и первые, а затем все более умножавшиеся общины христиан, старавшихся вести образ жизни, завещанный учителем.

На берегах любимого Иисусом Тивериадского озера, как рассказывает Иоанн, рыбаки апостолы однажды вновь были удостоены встречи с воскресшим Христом. То была уже третья такая встреча.

Лука рассказывает еще об одной. Двое учеников в день воскресения Иисуса шли в Эммаус – селение, расположенное примерно в десяти верстах от Иерусалима. Они тихо разговаривали между собой о трагических происшествиях пятницы и субботы, о распятии Иисуса, оскорби его матери. Оба они, как говорит Лука, почти не верили, в отличие от других, в воскресение своего учителя. Этими сомнениями они делились друг с другом, не заметив, как по дороге, уже близко к Эммаусу, к ним присоединился третий спутник. То был Иисус, но оба ученика не узнали его. Тогда Иисус, как бы между прочим, спросил их, о чем они так жарко и горько толкуют и в чем так горестно сомневаются. Один из учеников, обратясь к неизвестному, спросил его, неужели он не знает о последних страшных событиях в Иерусалиме. И далее они рассказали ему все, что происходило с Иисусом, их учителем, в пятницу и в субботу, как он был распят, и как был погребен, и как исчезло из пещеры его тело. Они рассказали также своему спутнику, что женщины, пришедшие рано утром, увидели отваленный камень и что Иисус будто бы явился им таким же, каким был в своей земной жизни, – только одежды его блистали более обычного.

Незнакомый спутник, выслушав рассказ, огорчивший его недостатком веры, сказал им:

Ученики же, рассказывает далее Лука, возвратились в Иерусалим, где их встретили другие апостолы и рассказали о явлениях воскресшего Иисуса, о которых уже говорилось прежде.

И, наконец, последнее явление, которым и кончаются евангелия. Лука рассказывает о нем наиболее кратко и, может быть, поэтому наиболее трогательно. Явившись вновь ученикам своим, Иисус, говорит Лука,

Вознесение Иисуса – в рассказах евангелистов это подлинный апофеоз земной подвижнической и страдальческой жизни великого пророка и учителя из Галилеи.

И кстати говоря, как непохоже это вознесение – тихое и истаивающее, словно мираж, на вознесение Илии, поднявшегося в небо в пламени и громе на огненной колеснице. Там – в Ветхом завете – всюду устрашение и гнев; в Новом завете, повествующем об Иисусе, – почти всегда кротость, ласка, доброта.

Проповедь добра, милосердия к страждущим и, что самое главное, равенства всех людей была до крайности необычной для той эпохи, когда появилось христианское учение. То была своеобразная революция в области нравственности. К несчастью, революция эта, рассчитанная на лучшие силы в человеке, не только безнадежно опередила свою жестокую и кровавую эпоху, но и всю последующую историю человечества, так и не отказавшегося от каинова греха – от убийств, национальной розни, войн и насилий.

Но если вспомнить слова Л. Толстого, приводившиеся в начале книги, о том, чем же нам дорог и интересен именно этот человек по имени Иисус и чем дорого именно его учение, широко распространившееся в мире и оказавшее огромное воздействие на нравственно-духовную жизнь человечества, то мы должны будем сказать, что оно и сейчас ценно наиболее важными своими сторонами, а именно знаменитыми нравственными заповедями, среди которых важнейшие – «не убий» и «возлюби ближнего своего»– остаются столько же неисполненными, сколь и актуальными.

Библия – важнейший культурно-духовный памятник, который, как мы уже говорили вначале, необходимо знать. Не только потому, что библейские сюжеты на протяжении многих веков оплодотворяли мировое искусство, но и потому, что в Книге книг содержатся необходимые уроки общечеловеческой нравственности.

Читая Библию, мы видим, как постепенно складывались на ее страницах эти важнейшие законы человеческого поведения. Среди крови, вражды, казней, пепелищ, неимоверного горя и страданий в Ветхом завете изредка просверкивали подлинные чудеса человеческого подвижничества, добра, любви. Правда, они там редки и даже вроде не закономерны, но зато каждый раз поражают своей чистотой и возвышенностью.

Символом добра и подвижничества навсегда останется для людей всех времен великий Ной, спасший среди всемирной катастрофы остатки человечества и не забывший ни о животных, ни о рыбах, ни о злаках, ни о цветах.

Сейчас таким Ноевым ковчегом стала вся наша планета – Земля, плывущая среди вселенского океана. Наша задача – спасти ее от кораблекрушения, от тотальной гибели, от той всемирной катастрофы, о которой грозно пророчит заключающий Новый завет Апокалипсис.

Вечным предупреждением гордыне и национальной розни высится в веках так и не достроенная до неба Вавилонская башня. Печальный урок ее строительства актуален и сегодня.

Заповеди добра и милосердия, изложенные в евангелиях, при всей их кажущейся утопичности, необходимы нам сейчас в высочайшей степени. Недаром именно проблемы гуманизма стали в наши дни – и перед нами, и перед всем миром – во всей своей трагической остроте. Возникают общества милосердия, разворачивается могучее движение за укрепление мира и добрососедских отношений, началось разоружение. Зловещий призрак всемирной катастрофы, вставший над миром, заставил человечество ужаснуться реальной близости тотальной смерти, задуматься о гибели планеты и о проблемах выживания. Страшны и экологические катастрофы, следующие одна за другой.