Экскурсант (СИ) - Хвостополосатов Константин - Страница 12

   Как боевая единица бот имел неплохую оснащенность. Имелось три вида защитных экранов, гравитационный, электро-магнитно-оптический и пси-энергетический экран, каждый хорош в своем роде. На вооружении в области поражения были гравитационные орудия (малый радиус, скорее система противометеоритной или ракетной защиты), электромагнитно-импульсное орудие (что-то вроде Гаусс-орудия, стрельба велась капсулами из разного материала и с разной начинкой, разгон электро-магнитным полем), традиционные лазеры, пси излучатели (скорее научное оборудование), несколько видов ракет. Разведчик был вооружен серьезнее. На нем был еще один тип защитного экрана - экран многомерности, немного иные виды ракет, главным калибром разведчика был "генератор хаоса" (установка, создающая в определенном локальном пространстве хаотичную область постоянно меняющегося многомерного пространства, в нем постоянно меняющиеся физические законы убивали все живое и разрушали все неживое).

   Самый простой и скрытный путь доставки на новое место - баллистическая кривая. Для маскировки были задействованы экраны первого и второго типа. Бот должен был оказаться невидим ни радарам, ни оптике. Гравитационный кокон создавал внутри стабильную область. В этом случае должен был практически отсутствать нагрев корпуса от трения о воздух, хотя, и создавались некоторые трудности в маневрировании. При работе маскировки вблизи можно было увидеть лишь странную текучесть слоев воздуха с разным коэффициенетом преломления света. Ни достаточно точных гравитационных, ни приемлемых пси сканеров на Земле пока не было, так что бот можно было считать практически невидимкой. Расчет маршрута сделал МИ бота, задача была простая, полет должен был занять ориентировочно двадцать минут. В нашем случае время не играло большой роли, значит, и терзать атмосферу более быстрым перемещением было незачем. Пунктом назначения было выбрано одно из озер вблизи места проживания Санька.

   Моя первая роль пилота началась красиво. Все пространство передней части бота стало прозрачным. Все было до зеленых соплей солидно: сетку дальномера, индикатор горизонта, марку прицела, параметры среды за бортом по моей просьбе бот вынес в поле зрения зеленым свечением. Вся информация в пассивном режиме отображалась тусклым свечением, по мысленной просьбе необходимый объект всплывал и становился более ярким. В принципе, все это вообще было не нужно, просто мне хотелось почувствовать себя пилотом. Я знал, что если закрыть глаза, включится система сенсорной проекции прямо в мой мозг, а она была куда совершеннее моих глаз. Поиграв с аппаратурой обзора и наведения, я все же закрыл глаза, позволив разуму частично слиться с виртуальным пространством "Клопа". Переход был моментальный, даже голова закружилась, хорошо, что я в системе управления бота пока был просто наблюдателем. Все должно было прийти только с практикой. Ощущения оказались крайне непривычными. Хоть это и было невозможно, я мог видеть во всех направлениях сразу, мозг по привычке сопротивлялся, но с каждой минутой рыпанья становились все более вялыми, похоже, начался процесс адаптации. Находящегося в кресле-коконе пилота уничтожить было вообще очень трудно, в таком виде он подключался к системе жизнеобеспечения, медкомплексу и куче всякой прочей биоинженерии. Прошлый пилот погиб потому, что находился в кресле обсервации. Это кресло фактически является научной начинкой бота, как и весь тот научный отсек. Оно менее защищено, но с него проще управляться с некоторой научной аппаратурой, да и выйти наружу значительно проще и быстрее. В боевой конфигурации "Клопа" такого отсека нет. Светлана вообще не собиралась повторять свои прошлые ошибки.

   Спешить некуда, да меня ни кто и не подгонял. Я представил, что поднимаюсь. По моей команде бот поднялся, метров на сто.

   - Хватит, - подумал я, - попробуем стрельнуть.

   Мысленно выбрав гравитационное орудие, я указал малую мощность и цель - одну из скал. Выстрел отколол верх, в скале осталась аккуратная круглая дырочка. В приближении, края отверстия оказались будто вдавлеными прессом, глубина не просматривалась, было просто глубоко. Подумав, я указал мощность поменьше, а фокус пошире. Выстрел. Скала вздрогнула и осыпалась осколками, перемешанными с мелким щебнем и пылью. Дело меня увлекло. Я пробовал пострелять на скорость, быстро поняв, что прицел в этом случае - ненужное приспособление. Пришлось убрать все нарисованные ранее примочки, все это оказалось ненужным. Тем более, что при желании вся эта "бижутерия" появлялась мгновенно. Наигравшись, я понял, что пришло время полетать.

   В детстве мне часто снилось, что я летаю. Практически всегда летал я на животе лицом вперед. Так себе и представил и в этот раз. Проба прошла удачно. Летелось легко. Я попросил создать ощущение тока воздуха в зависимости от скорости полета. Ощущения оказались такими приятными. Ветер в лицо, близкие облака, где-то там внизу земля, и самое главное: как и во сне никакой опасночти в ощущениях. Такие ощущения дорогого стоили, одно это с лихвой окупало все мои сомнения. Я некоторое время кувыркался в воздухе, попробовал все знакомые каждому мальчишке с детства фигуры пилотажа. Ни перегрузок, ни каких-либо лишних нагрузок не было, как бы я ни закладывал виражи. Заигравшись, я направил бот к земле в глубоком пике. В какой-то момент слева сверху резко выскочило моргание красного треугольника. Я вспомнил, что сам так определил индикацию опасных ситуаций. Даже не успев придаться панике, я получил чужую мысль, продавившую сознание извне, об опасности столкновения. Наверное, я слишком долго думал, потому что МИ бота сделал все сам, аккуратно подправив траекторию, вернувшую "Клопа" на плавную дугу подъема. Хоть моя затея и могла закончиться плачевно, страха почему-то не было. Вернее, он только краешком коснулся меня, тут же отлетев куда-то.

   - Контроль психологического состояния начинающего пилота, - пришел откуда-то издалека приятный голос Светланы. - Нет поводов для беспокойства, контроль временный.

   - Можно всё? - спросил я азартно.

   - Пробуй, - согласилась хозяйка корабля. - Бот не даст повредить ни тебя, ни себя. Я его контролирую.

   Снова развернув "Клопа" к земле, я дал команду:

   - На максимальной скорости приблизиться к поверхности на десять метров и резко остановится.

   Мне тогда было просто интересно. Позднее я решил, что эти ощущения стоит запомнить. Маневр был в точности выполнен, все произошло куда быстрее, чем я предполагал. То ли Светлана отключила контроль состояния, услышав мое желание, то ли бот просто не знал настолько хорошо мой организм, но "русские горки" получились еще те. Только немного собрав себя "в кучу", я удосужился осмотреть местность. Воздушная волна при резкой остановке сдула в радиусе пятидесяти метров все, что было не вкопано в грунт, скала же под ботом дала множество трещин. Я только смог предполагать какими звуковыми спецэффектами это могло сопровождаться. Лично меня катание на таких горках сильно впечатлило, вопреки здравому смыслу я повторил аттракцион еще два раза. Не знаю, что уж могли подумать случаные зрители со стороны, лично я бы не хотел нахоиться в момент остановки близко к месту окончания моего аттракциона.

   С учетом времени полета Саша должен был прибыть домой с работы, так что настало время лететь. Полет описывать не буду, впечатлений была масса. Было КРАСИВО, хоть и видел я подобное в некоторых компьютерных играх. Хотя, там не могло быть всеобзорности, которую давала система бота.

   *****

   Чтобы не создавать возмущений воздуха, к точке посадки подошли медленно и зависли над озером. Времени часов шесть вечера, но еще светло. Для "дела" мне пришлось решать вопрос с одеждой. Мои старые вещи давно пошли в утиль, а в моем новом образе по российской глубинке ходить не стоило. Осмотрев "закрома" Светланы на счет последних веяний в моде, попытались создать нечто похожее. Комбинезон перекроили под джинсовую двойку, и смастерили нечто очень похожее на кроссовки. Осталась одна проблема с рукой. Летом надетые перчатки окружающие просто не поймут, так что руку пришлось заматать "эластичным бинтом", со стороны этому полагалось выглядеть, как растяжение у спортсмена.