КГБ в смокинге-2: Женщина из отеля «Мэриотт» Книга 2 - Мальцева Валентина - Страница 69

В первом случае вы поставите под удар меня и еще многих людей, которые по-своему честно служат своей Родине…

— А во втором? — тихо спросила я.

— Себя, Валентина Васильевна, — бесстрастно вымолвил Андропов. — Вы поставите под удар себя и свою семью, близких и дорогих вам людей. Поверьте моему опыту: на свете есть такие вещи, которые лучше всего уносить с собой в могилу…

Он посмотрел на меня долгим, внимательным взглядом и вдруг улыбнулся:

— Признайтесь честно, Валентина Васильевна: вас ведь посещала идея написать книгу о своих странствиях?

— Не просто посещала — преследовала, — кивнула я. — Причем так часто, что мне даже казалось: достаточно только будет сесть за машинку, и вся эта жуткая мешанина перенесенных кошмаров, угроз, одиночества и страха вывалится из меня в течение нескольких часов…

— И как вы собирались назвать свою книгу?

— Не обидитесь, Юрий Владимирович?

— На что мне обижаться? — пожал плечами Андропов. — Я ведь никогда ее не прочту.

— «КГБ в смокинге».

Андропов молча разрезал крупный плод нежно-желтой айвы, поднес к своему рту на кончике ножа ярко- желтую дольку и, тщательно прожевав, спросил:

— В душе вы, наверное, проклинаете меня, Валентина Васильевна? Ведь так?

— Не вас, Юрий Владимирович, — себя!.. — Я попыталась непринужденно улыбнуться, но тут же одернула себя: в такие минуты любая гримаса на лице может кончиться только слезами. — Что сделано — то сделано. И все — хорошее и ужасное — это мое, и ничье больше. И потом, это так по-русски — жить, проклиная только себя…

…Вечер 10 ноября 1982 года застал меня в городе Сан-Диего (Калифорния), в отеле. Часов в девять с работы позвонил Юджин и каким-то странным голосом спросил:

— У тебя телевизор включен?

— А что, должен быть включен?

— Должен быть.

— Плохие новости?

— Я бы не сказал… Включи телевизор, Вэл…

Так я узнала о смерти Брежнева. А еще через неделю Генеральным секретарем ЦК КПСС стал Юрий Владимирович Андропов. Помню, я натолкнулась на эту новость уже у себя дома, в вечернем выпуске «Лос-Анджелес таймс». Ватными руками я аккуратно сложила газету, посмотрела на своего трехлетнего сына, увлеченно уничтожавшего с помощью здоровенной отвертки только что купленную заводную машину, потом почему-то в зеркало и начала собираться в Москву. На сборы у меня ушло чуть больше года — Юджин считал, что торопиться не стоит, кроме того, вмешались кое-какие обстоятельства, связанные с моей новой работой…

Утром 9 февраля 1984 года я дожидалась такси, которое должно было отвезти меня в международный аэропорт Лос-Анджелеса. Сидя на кухне и допивая кофе, я вдруг увидела, как экран телевизора полностью занял портрет Андропова: тяжелый взгляд из-за толстых линз, мясистый нос, чуть оттопыренная нижняя губа, придававшая этому властному, породистому лицу выражение надменности… Закадровый голос дикторши сообщал, что смерть Генерального секретаря ЦК КПСС и Председателя Президиума Верховного Совета СССР наступила в результате полного отказа почек, перечислял еще какие-то мудреные медицинские термины, но я уже ничего не слышала…

Положив чашку с блюдцем в мойку, я поднялась к себе в спальню, на второй этаж, отменила по телефону свой билет в Москву, потом выволокла с антресолей изрядно запыленную пишущую машинку «Оптима», к которой не притрагивалась с семьдесят восьмого года, вставила в каретку чистый лист и, даже не думая, автоматически, набрала первую строчку:

«КГБ В СМОКИНГЕ»…

Лондон — Москва — Тель-Авив — Брюссель — Вашингтон