НЕобычная любовь. Дневник «подчиненной» - Морган Софи - Страница 32

Пока я смотрела на них, Шарлотта разрушила всю картину и поползла ко мне. Я была босиком и похвалила себя за то, что несколько дней назад сделала педикюр. Она наклонила голову, и я почувствовала ее дыхание над своей левой ступней, а потом она быстро поцеловала ее сверху. Было немного щекотно, и я улыбнулась, ловя взгляд Адама. И он, и Томас сосредоточенно наблюдали.

Она переместилась ко второй моей ноге, и когда прижала губы к моим пальцам, я услышала легкий стон замешательства, такой тихий, что больше никто не мог его услышать. Я все еще помнила то странное мгновение, когда кое-что из того, что она мне делала, промелькнуло в моей голове, заставив покраснеть. Но в то же время, когда часть меня наслаждалась, наблюдая за ее унижением (что было ошеломляющим само по себе – неужели у меня тенденция стать свитчем?), тот легкий звук вызвал у меня жалость к ней. Я наклонилась и погладила ее по затылку, там, где заканчивалась прическа, и на кратчайшее мгновение она поддалась моей ласке, по-видимому, испытывая от нее успокоение.

В комнате была атмосфера… чего-то такого. Но она так же быстро рассеялась. Шарлотта, все еще красная, поднялась. Я спросила у каждого, что они будут пить. Мы определились, что из еды закажем на дом, и выбрали диск с фильмом.

Остаток вечера прошел, как и предполагалось. Со странными причудами. Когда мы смотрели фильм, Шарлотта сидела не на диване рядом с Томасом – вместо этого она расположилась на полу у его ног. Она что-то шептала, и я была совершенно уверена, что она просит разрешения отправиться в сортир, где и просидела часть фильма. В целом их поведение ненамного выбивалось из привычной колеи, хотя с другой стороны, было непринужденным, как и всегда. Позже Том признался, что заставил ее всю ночь провести с анальной пробкой, что, возможно, привело к тому, что я тоже еле сдерживалась в конце разговора. Был, правда, один странный взгляд, пробежавший между Шарлоттой и Томом, который заставил меня задуматься, что будет, когда они вернутся домой, но больше ничего не говорило о том, что происходит что-то из ряда вон выходящее. К тому времени, когда Шарлотта поцеловала нас на прощание, мы уже воспринимали это почти нормально. Хотя ладно, кого я обманываю? На самом деле, конечно же, нет. Но когда они пошли по тропинке рука об руку, я не могла удержаться, чтобы не порадоваться за них. Я с трудом представляла, что смогла бы сделать подобное для своего доминанта и через миллион лет, но каждому свое – казалось, их это сближает.

Когда мы с Адамом заперли входную дверь и вернулись на кухню, чтобы загрузить посудомоечную машину, то одновременно перевели дух и сразу засмеялись. Я не могла дольше сдерживать любопытство.

– Итак, у меня есть вопрос.

Адам поднял глаза от мусорного ведра, в которое выбрасывал объедки.

– Валяй.

– Так все-таки чем ты занимался с Шарлоттой до меня? Это тоже была какая-то круглосуточная игра на публику?

Я с легкостью могу признаться, что была обеспокоена – не было ли то, в чем Адам был замешан, чем-то новым для меня, таким, до чего я не готова была опуститься, несмотря на то, насколько хорошо я знаю людей, находящихся с нами в одной комнате. Действительно, могло ли повлиять на это знакомство с ними? Наверное, это было бы еще хуже.

Он улыбался.

– Нет, это не было игрой на публику, и, уж конечно, я не стал бы заставлять ее делать такое при всех.

Уф. Хотя, черт побери, меня так и подмывало спросить то, что само собой напрашивалось – а какие игры на публику ты делал? Но я сдержалась.

Он прервал мои размышления.

– Так это мешало тебе разговаривать?

Я засмеялась.

– Именно. Я знала, что они экспериментируют с более интенсивным D/S-лайфстайлом[7], но мне даже в голову не приходило, что они зайдут так далеко. Когда Том приказал ей это сделать, моим первым порывом было захихикать от нервных переживаний.

Адам улыбнулся.

– У меня тоже. Но я все-таки мерзко хихикнул.

На мгновение мы замолчали, глядя друг на друга. Наконец я отвернулась, чтобы поставить тарелку с остатками еды в холодильник, и, избегая смотреть Адаму в глаза, произнесла:

– Тем не менее наблюдать за ней было возбуждающе.

Когда я обернулась, он пристально посмотрел на меня и кивнул в знак согласия.

– Это действительно было горячо. – Он улыбнулся. – Особенно, когда она целовала твои ноги.

Я состроила глазки.

– Ты – обыкновенный парень со своими лесбийскими фантазиями.

Он наклонился и поцеловал меня в носик.

– Отчасти. Хотя это интересная тема для унижения.

Я поежилась от воспоминаний.

– Это действительно так. Делать подобное на людях могло бы стать моим жестким ограничением, но если рассматривать это как определенную степень контроля, послушания… – Я прервалась и проглотила застрявший комок, чтобы осмелиться сказать вслух. – Было бы любопытно попробовать такое на короткое время.

Адам опять поцеловал меня.

– Только на время?

Я ухмыльнулась.

– Боже, конечно, на время. И не очень долго, чтобы ты не стал невыносимым и не помешался от избытка власти.

– Это правда, у меня есть тенденция к мании величия. А еще я не люблю ничего делать вполсилы, так что я бы и не выдержал слишком долго.

Вот так и началось наше вторжение в выходные сплошного D/S действа. И все из-за проклятой Шарлотты.

Глава 8

Эксперимент

С того самого времени, как я узнала, что собой представляют D/S, я пребывала в некотором сомнении относительно их круглосуточного применения. Я читала множество невероятно возбуждающих фантазий на эту тему, встречала нескольких людей (и на моем первом и последнем посещении манча, и позже в Интернете), на которых они влияли по-настоящему благотворно, но я просто не представляла, как они подействуют на меня. Как всегда, у меня вызывала замешательство практическая сторона. Что будет, если он устанет и просто захочет посмотреть крикет, а ты будешь ждать, пока тебе скажут, что можно съесть, или надеть, или сделать? Как в этот сценарий вписывается работа? Друзья? У всех все по-своему, и у всех по-разному, но я не понимала, как это может так же хорошо вписаться в мою жизнь.

Хотя это не значит, что я не любознательна.

Необычный визит Томаса и Шарлотты вдохновил меня на эксперимент. В большинстве случаев наши с Адамом вечера проходили совершенно обычно, просто был интригующий подтекст. Разве я хочу, чтобы так было постоянно? Нет. Смогла бы я изменить это на определенный срок? Хотела бы? Ответ напрашивался сам собой – да, особенно после поездки в экстравагантный коттедж, придавшей красок нашим отношениям. Я доверяла Адаму быть разным, конечно, в пределах моих ограничений. А теперь у нас есть собственный угол, где мы проводим все свое время, и уединение, которое просто необходимо, чтобы попытаться это сделать.

Словом, мы сделали.

Утро того дня, который мы выбрали для абсолютного контроля надо мной, начиналось, как и всякое другое. Была суббота. Наша ночь пошла спокойно. Мы оба были яростными сторонниками проведения пятничных вечеров после рабочей недели по принципу «пришел домой – рухнул на диван», приберегая более деятельные развлечения на выходные. В полусне, который бывает в первый момент пробуждения, у меня возникло странное чувство, что в этот день должно произойти что-то важное – но что именно, сразу вспомнить я не смогла. Просто чувствовала предвкушение, что-то вроде того, когда просыпаешься и идешь на праздник, или у тебя день рождения.