Начало - Кобылянский Павел Юлианович - Страница 63

— Шелли, девочка, да ты что? — Вот теперь я был по-настоящему в шоке. Гм, никогда подобного не ощущал. Даже когда меня вербовали в группу разведки, вроде было все как-то… более естественно, что ли. — Прекрати немедленно. Ну прозвище, ну сравнили меня с нашими легендарными драконами, ну стали так называть, потом я и позывной взял… Ну что тут такого?

— Извини, просто… — Девушка выглядела какой-то подавленной, что ли. Про подчиненных она уже забыла, на встревожившихся т’сареш тоже особого внимания не обращала. Да что с ней творилось-то, черт побери? Или Хаос побери, если по-местному. Ну вот, она опять заплакала. Не знаю я, что делать с плачущими девчонками, особенно если они несовершеннолетние. Да и со взрослыми тоже, если честно… И ведь совершенно не похоже на ее рыдания, которые мы наблюдали, когда она увидела труп отца. Тогда была какая-то ожесточенность, что ли. А сейчас… Слезы просто текли по ее личику, и все. Никаких обличающих фраз, никаких эмоций, ничего. И непонятно, с чего…

— Шелли, прекрати немедленно плакать, — предпринял я еще одну попытку ее успокоить, — ну блин, ну что с тобой делать… Ну вот чего ты плачешь? Ты же не плакала, когда умудрилась здорово меня разозлить, причем знала, что разозлила, ведь извинялась же…

— Там другое, — сказала тифлингесса, шмыгнув носом, — там мне было стыдно. А сейчас… Сейчас не стыдно, просто обидно. Я обидела тебя, ты носил имя по праву, а я усомнилась… Это оскорбление, нет, не знаю… Хаос, ну что ты со мной делаешь.

Она схватилась левой рукой за мою разгрузку и начала буквально трясти меня. Твою… сильна дивчина. В ней килограммов пятьдесят, во мне девяносто, плюс броник, плюс обвес, плюс автомат… Но на лавке я прыгал только так…

— Ну ты посмотри, т’сареш сейчас подумают, что я хочу тебя убить, и вмешаются, — начал гладить девчонку по голове, пытаясь все-таки хоть как-то успокоить. — Мне придется их убить, а потом убить всех, чтобы не оставлять свидетелей…

Ух ты, подействовало, тифлингесса успокоилась, ну немного… Рыдать прекратила, по крайней мере.

— Нет, тебя мы похитим и станем требовать выкуп. — Я улыбнулся.

— Аха, смешно, — сквозь слезы улыбнулась девушка. — Спереть тифлинга с требованием выкупа… Позор всему клану… Верный способ покончить жизнь самоубийством… — Внезапно она снова посерьезнела и спросила: — А ты веришь в вашего Бога? Следуешь его правилам?

— Э… мм, нет вообще-то. Ну догматы религии не соблюдаю, — ответил я несколько ошарашенно. — Более того, наш Бог вообще осуждает убийство разумных в принципе. Не убий… и все такое. Тут я с Богом решительно не согласен. Да и моя работа… Я уже говорил, меня учили убивать себе подобных… И если отбросить частности, в этом моя работа и состоит.

— Брр, ну и правила у вашего Бога, как так можно-то. — Девушка вновь уютно устроилась у меня под мышкой. — Не понимаю, как так можно… Да, я должна это сказать… Ну про твое прозвище — имя… Мне твое прозвище Дракон кажется настоящим. В общем, не избегай его больше… Только незнакомым не представляйся так, хорошо? И еще… Я официально приглашаю вас всех в гости, не в клан, в клан я вас пригласила, когда принесла клятву. Сейчас я приглашаю вас ко мне домой, в гости лично ко мне.

— Ну хорошо, хорошо, принимаю твое предложение, — попытался из сумбурной речи все-таки извлечь смысл, который вкладывала в нее Шелли, но пока не особо получалось. И я решил попробовать ее отвлечь, а потом расспросить потихоньку. — Шелли, ты помнишь, я говорил, что у автора той песенки, которую напевал Тирли, есть стихи гораздо лучше?

— Ага, — мурлыкнула тифлингесса.

— Хочешь, прочитаю? И честно объясню все, чего ты там не поймешь? — спросил, судорожно перебирая в памяти песни Высоцкого. Нет, память у меня хорошая, но вот с голосом и слухом проблемы… Блин. Ну почему на моем месте не оказался Стингер? Мало того, что он баб влет соблазняет, так у него еще и голос великолепный, да и слух присутствует. В общем, петь умеет.

— Давай… Только я буду тебя перебивать… Хаос, романтика… Ну почему никто из ухажеров раньше мне не читал стихи, все подвигами хвастались?

Хвост игриво почесал меня за ухом. Вот блин… Аккуратнее, майор, аккуратнее, а то доуспокаиваешь до того, что тебя просто изнасилуют. Все, сегодня с ней ночует Стингер, а я побегаю вокруг каравана, заодно разомнусь. А то, черт, изнасилование несовершеннолетней… перебор. Но успокаивать-то все равно надо. Я лихорадочно перебирал в памяти стихи. Так-с, что у нас любят молодые девочки, про любовь, трагическую любовь, самопожертвование… есть… Сойдет, да и спрашивать там нечего особо… Так, главное не петь, а то опозорюсь…

Шелли, несмотря на обещание, пока не переспрашивала, вроде все было понятно. Но слушала внимательно, ну и отлично.

Черт, сорвался… Ну ведь давал себе зарок не петь при девушках, более того, даже стихи читать зарекался… Но теперь поздно, придется заканчивать.

Я остановился, переводя дыхание… Блин, ну вот на фига…

— Красиво, — протянула Шелли, — жутковато, но красиво. Демон, надо будет заставить тебя спеть, когда я амулет сниму. А то перевод не всегда правильно на эмоции накладывается. Ну слова мне амулет переводит определенно, а ты голосом, да и весь, передаешь совершенно другое… Ты здорово поешь…

— Да ты что, — я усмехнулся, — попала пальцем в небо, как говорят у нас. У меня и голос-то не фонтан, а слуха изначально не было…

— Ну не знаю, как у вас говорят, — сердито фыркнула девушка, — а у нас считается, что умеет петь тот, кто может передавать то, что чувствует в стихах… Голос, мелодия, слух… это так, сопутствующие элементы. Это могут многие… А вот передать чувства… У тебя получилось. Блин, да ты выразил всю суть классической баллады эльфов, которую они поют две стражи и которую гномы растянули на десять томов мусорной литературы за половину малой стражи. Даже меньше…

— Это не я, — смущенно начал оправдываться. — Стихи-то не мои.

— Ты спел так, что я увидела… Да что я, на упырей глянь. Они вообще к ментальной магии очень чувствительно относятся. А то, что ты сейчас сделал… Они же ни слова не поняли, но им понравилось… Ты так эмоции транслировал…

И действительно, оба т’сареш как бы навострили уши, стоя в своем углу. Блин, ну я попал. За что…

— Спой еще что-нибудь, — попросила девушка, — а то меня сейчас стошнит от этих подчиненных. После твоей баллады я еще острее начала ощущать их убожество… Да и не я одна…

И то правда, вампиры теперь каждого человека, пробегающего мимо них, провожали смачным пинком…

Ну вот что тут сделаешь. Тирли, смывшийся в фургон и возившийся там с рацией, тихо хихикал, но помочь, сволочь, не предлагал. А эта скотина смогла бы спеть классно, особенно под гитару. Но гитары все равно не было. Пришлось петь самому. Тщательнейше подбирая репертуар и отвечая на вопросы. Одного Высоцкого не хватило, уже «Баллада о времени» вызвала множество вопросов. Пришлось перебирать весь текст про себя, чтобы в нем не оказалось особо много слов, которым тут не получилось бы быстро подобрать объяснение. Копался в памяти, подбирал Цоя, Кормильцева, Гребенщикова, Никольского… На удивление Шелли понравилась «Кто виноват…», я аж поразился.

Постепенно девушка переместилась ко мне на колени, голова лежала на сгибе руки, а ноги она закинула на борт фургона. То, что ее импровизированное платье сползло на пояс, девчонку ничуть не волновало. Впрочем, и местные не реагировали. Я реагировал, но пытался как-то усмирить либидо. Шелли было по фигу… Но, закидывая ногу на ногу, раненую конечность она, однако, приподнимала рукой…

Под конец, когда подчиненные вывели наш караван на дорогу и мы тронулись дальше, я решил похулиганить. Благо, упыри опять ушли на свою стандартную дистанцию в двести метров, в округе разумных больше не наблюдалось, а Шелли ловила кайф от ночного воздуха и ночного неба. Тщательно прокрутил внутри себя весь текст, потом припомнил интонации девушки, которая исполняла песню. Благо при ее более чем широких вокальных возможностях именно эту вещь она исполняла в довольно низком тембре. Сказал про себя: «Да пошло оно все!» — и начал: