Данка и Янка в сказке - Дюричкова Мария - Страница 1

Мария Дюричкова

Данка и Янка в сказке

Данка и Янка — сёстры-близнецы, и они совсем одинаковые.

Они такие одинаковые, что когда Янка смотрится в зеркало, она не уверена, видит она там себя или свою сестру Данку.

А когда Данка посмотрит на Янку, она и в самом деле не знает, видит ли она сестру или себя в зеркале.

Они часто ссорятся, потому что им хочется хоть чем-нибудь отличаться друг от друга. Если Янка скажет: «Это — белое», Данка будет твердить: «Нет, не белое, а чёрное». Или даже розовое. А уж когда Данка скажет: «Сегодня пятница», Янка будет твердить: «Вовсе не пятница, а давно уже суббота!» Или, что ещё смешнее, только наступил четверг…

Но так бывает, когда речь идёт о мелочах. В главном же они всегда заодно. Если можно пойти в цирк, то никаких споров! И мороженое они любят больше всего на свете, только Янка любит ванильное, а Данка — фруктовое.

И ещё, обе девочки очень любят сказки. Иной раз захотят, и сами могут оказаться в сказке. Возьмутся за руки, скажут, «хоп!» — и в сказке.

О медведе Деметре

— С самого утра мне всё что-то мерещится, — сказала однажды бабушка. — Ну-ка, дети, подайте календарь!

Данка и Янка побежали к отцовскому столу и вдвоём, будто это какая-то тяжесть, принесли бабушке календарь.

Бабушка надела очки, начала листать календарь и приговаривать:

— Так, так, всё верно… Недаром мне так казалось…

— Что тебе казалось? — спросила Янка.

— Что это тебе казалось, бабушка? — повторила Данка.

— С самого утра мне мерещится, что сегодня самая середина зимы. Это и в самом деле так. Значит, сегодня медведь должен перевернуться на другой бок. Да, перевернётся и снова захрапит.

— Какой медведь, бабушка? — спросила Данка.

— Какой медведь, бабушка? — повторила Янка.

— «Какой, какой»!.. Да любой медведь. С самого начала зимы он спит, а сегодня, когда наступает середина зимы, он переворачивается на другой бок и будет спать дальше. А в нашем лесу только один медведь, его зовут Деметр. И теперь он спит.

Данка тронула Янку за рукав.

— Хотелось бы тебе посмотреть, как медведь Деметр перевернётся на другой бок? — спросила она сестру.

— Пошли посмотрим, — прошептала в ответ Янка.

Сперва из дому выскользнула одна, за ней другая… И обе побежали в лес.

К домику медведя Деметра надо идти по глубокому снегу. Дорожку никто не подметал и никто не протаптывал. Да и кому нужна эта дорожка, если медведь всю зиму спит?

Они подошли к двери домика — закрыто. Подошли к окну — занавешено.

— Ничего не видно, — сказала Данка.

— Подожди, — сказала Янка и шагнула поближе к окну. — Тоже ничего не вижу, — проговорила она, а сама чуть ли не влезла на окно. И вдруг как закричит: — Вижу, вижу, на занавеске есть дырочка! Всё вижу!

— Что же ты видишь?

— Полосатую перину. И она, понимаешь, шевелится. Поднимается: вверх — вниз, вверх — вниз!

— Пусти меня, я тоже хочу посмотреть!

— Подожди, я ещё не насмотрелась!

Но у Данки нет терпения так долго ждать.

— Лучше я посмотрю, пусти меня! — кричит она.

А Янка не пускает, толкается. Тут Данка как даст ей по ноге! Как будто ничего особенного, но стекло — вдребезги, и Янка влетела прямо в медвежий домик.

Раздался страшный грохот, полосатая перина подскочила, из-под неё высунулась лохматая морда. Медведь заморгал спросонья, что-то бормоча.

Но Янка не растерялась. Она тут же выбралась наружу и схватила Данку за руку. Но едва девочки кинулись бежать, как медведь оказался рядом.

— Кто из вас меня разбудил? — зарычал он и посмотрел на одну, потом на другую. Вот те на! Девочки-то были совсем одинаковые: и пальтишки, и шапки, и носы, и чёлки, и глаза. Да и страх в глазах у них был совершенно одинаковый.

— Не сердитесь, дядя Деметр, — чуть осмелев, прошептала Данка.

— Нам просто хотелось посмотреть, как вы перевернётесь на другой бок, — сказала Янка.

— Что, — закричал медведь, — разве сегодня середина зимы? Кто вам это сказал?

— Наша бабушка! — в один голос воскликнули Данка и Янка.

— Ну, раз бабушка сказала, значит, это правда. Бабушки такие вещи точно знают. Как хорошо, что вы меня разбудили! А то бы я всю зиму проспал на одном боку.

И медведь Деметр погладил девочек по голове: Данку правой лапой, а Янку — левой.

Разбитое стекло Данка и Янка вставили на другой день.

А теперь им хорошо! Они знают: у них в лесу есть друг — дядя Деметр.

О Бабе-Яге

В этот день шёл дождь, и дождевые капли сбегали наперегонки одна за другой по оконным стёклам. Данка и Янка с минуту смотрели на них, а потом им стало скучно. Что за интерес, если все капли бегут вниз, хоть бы одна потекла наверх!

Тогда они сели за стол и нарисовали на листе бумаги Бабу-Ягу.

Ну и Баба-Яга получилась у них!

У неё был только один глаз, зато целых три руки: одна как вилы, вторая как лопата, а третья как грабли. Вместо рта у Бабы-Яги был клюв, а уши такие, что она могла в них запахнуться, как в пальто. Ничего не скажешь — ужасное страшилище!

Но Баба-Яга себе очень понравилась. Она соскочила с листа и сразу же потянула Янку за ухо.

— Ой, что ты делаешь! — закричала Янка.

— Это я от радости, от радости! — заверещала Баба-Яга своим скрипучим голосом и тут же пощекотала Данку рукой-граблями.

— Ай, зачем щекочешься? — рассердилась Данка. Она терпеть не могла щекотки.

— Как хорошо, как хорошо, что у меня нога-кривулька! — И Баба-Яга поскакала по Данкиной голове на своей ноге-кривульке. Потом стащила с Янкиной ноги тапочку и заодно пощекотала ей пятку рукой-лопатой.

— Ой, хи-хи… Ой, хи-хи-хи… — захохотала Янка и спрятала ноги под платье.

Но Данку всё это ужасно рассердило. Она схватила Бабу-Ягу за руку, втолкнула её в шкаф, а шкаф закрыла.

— Хо-хо-хо! — радовалась Баба-Яга. — Вот глупые девочки! Они думают, меня можно запереть в шкафу.

И она сунула в дырку от ключа руку-грабли, открыла дверцу, и тут же из шкафа показались одна за другой три её руки, а напоследок и нога-кривулька.

— Ха-ха-ха! — подскочила она к Янке и дёрнула её за платье.

А платье-то было новое, Янка его второй раз только надела. Она здорово рассердилась, схватила Бабу-Ягу за огромное ухо, впихнула её в банку и скорее закрыла крышку. Вот тебе!

— Хе-хе-хе! — продолжала радоваться Баба-Яга.

Всё ей было нипочём! Она пустила в ход свой клюв и через минуту выскочила из банки. И давай скакать по столу и стучать клювом, будто гвозди заколачивать.

— Успокоишься ты наконец! — закричала Янка. Она очень не любила, когда у неё над ухом забивали гвозди.

— Нет, я только начала!

— Когда же ты угомонишься?

— Никогда, никогда, никогда!

— Ты это всерьёз говоришь?

— А как же, а как же, конечно, всерьёз! Вот если только вы скажете волшебные слова, тогда я перестану. Но вы ведь не знаете ни одного волшебного слова! Ты не знаешь! — И она дала Янке щелчок по носу своей рукой-лопатой. — И ты не знаешь! — Она уцепилась за Данкины волосы рукой-вилами.