Воплощенные - Бульба Наталья Владимировна - Страница 87

– Хорошо двигаешься, – криво улыбнулся он. – Еще чуть-чуть и можно будет на равных сразиться.

– Ты ради этого и пришел? – рыкнул я, с трудом удерживаясь от того, чтобы продолжить выяснять отношения, забыв, что меня ждет отец. – Мог на плац позвать.

– А пошел бы? – не скрывая интереса, спросил он обманчиво-добродушно.

Я хоть и гордился своей выдержкой, но ему уступал. Его спокойствие граничило с брезгливостью, мое – намекало на неприятности.

– Князь ожидает, – процедил я сквозь зубы, убирая оружие. – После встречи, если будешь свободен, приходи.

Тот даже не кивнул, просто убрал руку и первым направился к выходу из пещеры. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним.

Возвращались на дархане, Ким оставил ящера за холмом, потому я и не услышал.

Когда тварь тяжело плюхнулась на дозорной площадке башни, он первым выскользнул из седла, замер рядом, дожидаясь, когда выберусь я.

Я же, отметив это, поймал себя на мысли, что догадываюсь, о чем собирается говорить со мной отец. Это предположение мне не очень-то и нравилось. Оно вновь меняло мою жизнь.

Ким сопровождал меня до самого кабинета. Отошел в сторону, когда я взялся за ручку двери.

– Спасибо. – Слово благодарности вырвалось само собой. Впрочем, я знал, за что выражаю признательность. Если бы не его поведение…

– Этим не откупишься, – чуть заметно улыбнулся тот и… исчез, словно растворился в царящем в холле сумраке. Тяжелые шторы, как и обычно, прикрывали витражные окна.

Мастер, но… я тоже так умел.

– Звал? – Я, плотно прикрыв дверь, остановился на пороге. Желания идти дальше не было.

Маркирер оторвался от лежащего на столе фолианта, поднял на меня взгляд.

– Через семидневье, в ночь Темной луны я проведу ритуал наследования. Вестников князьям я уже отправил. Крепость не покидать, от охраны не бегать.

Я даже не дернулся, а хотелось, очень хотелось высказаться.

– Думаешь, к этому времени нимера снимет проклятие?

– В любом случае, – отрезал он, вновь возвращаясь к прерванному моим появлением занятию.

– А если я откажусь? – уточнил я, устраиваясь в кресле напротив. На то, чтобы оказаться рядом с ним, мне хватило одного мгновения.

В углу, в тени, сгустился воздух, но Джаред не двинулся, лишь дал понять, что он рядом.

– Это не обсуждается, – недовольно рыкнул он. Я ему мешал.

– А ведь я даже не удивлен, – протянул я с издевкой. – Разве чье-то мнение когда-нибудь интересовало великого князя?!

То, что я чувствовал сейчас, не было привычной яростью. Я был зол, желание рвать и крушить туманило все алой пеленой, но… все это затмевала обида.

Он был для меня всем.

Я ему верил! Да, пытался разобраться в сути его поступков, понять, что стоит за тем или иным решением, но только для того, чтобы хоть чуточку приблизиться к его совершенству.

Я был готов отдать за него свою жизнь. Слепо, без малейшего колебания, радуясь, что могу сделать это ради него.

– Ты – мой сын, единственный. Клан должен знать, кто его возглавит после меня.

– Я, – я поднялся с кресла, понимая, что этот спор бессмысленный, – крейз. Все, что я умею: устраивать ловушки другим, избегать их сам и… убивать тех, кто встанет на моем пути.

– Тогда тебе даже не придется учиться быть наследником, – все так же холодно произнес он и взглядом указал мне на дверь. – После клятвы переберешься в джейсин, а пока погуляй. Тори тебя утешит.

– Благодарю тебя, отец, – язвительно низко поклонился я. И добавил выпрямляясь: – Лучше было сдохнуть от меча Сомея.

Он сделал вид, что я ничего не говорил.

– И на Дарию слюни не пускай. В ту же ночь лери Талина проведет обряд для своей дочери, а на ближайшем совете объявит о том, что Лимео станет будущим князем Арлаков.

Я не осознавал, как вышел из кабинета, как покинул джейсин. Когда добрался до плаца, помнил только сочувствующий взгляд встретившегося на пути Хартиша и гул стучащей в висках крови.

– Тебя можно поздравить? – Ким стоял спиной ко мне, но вряд ли он не слышал, как я подошел.

– Кто будет за мной ходить? – вместо ответа спросил я. Не то чтобы рассчитывал на его лояльность ко мне, хотел предупредить, чтобы держались подальше.

– Двое из наших, – повернулся он ко мне, глядя с интересом, – а двоих Веран подобрал. Если бежать решил, не советую. Приказ князь отдал жесткий, следить за тобой будут все.

– Считаешь, обложили? – Гнев начал отступать. Вряд ли это была очередная задумка отца, но кто мешал мне ее именно так и воспринимать? – Можешь так Верану и передать, что я вызов принял.

– Щенок ты еще, Ромио, – презрительно прищурился Ким. – Чуть прижало, отца винишь, других под меч готов подставить.

Он нарывался на схватку, я не стал ему отказывать в этой малости. Мне и самому было любопытно, каков этот воин в бою.

Ким оказался обоеруким. Это было ожидаемо и не смущало. Я и сам одинаково уверенно держал меч и в той, и в другой руке. Так что когда он перехватил клинок левой, я просто повторил за ним.

Уже после первого обмена ударами к плацу начали подтягиваться воины. Уклоняясь от моей атаки, Ким свистнул подошедшему одним из первых Расту. Я успел заметить, как тот кивнул, а уже спустя мгновение в нашу сторону летело еще по одному мечу.

Игра усложнялась, но для меня это становилось спасением. Там, где звенела сталь, мыслям о предательстве не оставалось места.

Защиты не было ни на одном из нас. Это не останавливало. Как и кровь, которая сочилась из мелких ран, которыми мы довольно быстро наградили друг друга. Трудно сказать, чем бы все закончилось, если бы нас не прервали.

– Что здесь происходит!

Рев Хинама заставил замереть, сказалась выучка. Ким остановился тоже, хоть и не подчинялся приказам коменданта.

– Тренируемся, – протянул я, сплевывая. Последнего удара я огненному не прощу. Губу он мне разбил рукоятью.

– Тренируемся, – с теми же интонациями повторил за мной Ким, поразительно искренне смотря на Хинама. – Веран попросил меня оценить выучку княжича.

Слово резануло, возвращая к действительности, а она была безрадостной. У меня осталось семидневье, чтобы решить проблему. Как только я произнесу клятву, а я буду вынужден это сделать, ничего изменить будет нельзя. И не только боль неполной трансформации станет моей спутницей, но и ответственность, которой я пока успешно избегал.

– Оценил? – С таким выражением лица, что даже мне стало слегка страшновато, процедил Хинам. Не дождавшись не то что ответа – жеста, резко продолжил: – Возвращайся в джейсин. – А ты, – повернулся он ко мне, – отправляйся к лекарю, пусть посмотрит раны.

На мой несколько ошеломленный взгляд он никак не отреагировал.

Царапины назвать ранами?! Происходящее казалось абсурдом.

Вернув один из мечей подошедшему Расту, я повернулся, чтобы пойти к себе. Тревожить Милко по пустякам я не собирался. Хинам считал иначе.

– Я сказал, к лекарю, – донеслось до меня из-за спины. – Раст, проводи.

Как ни странно, но телохранитель отца не огрызнулся, хотя и мог. Подошел, тронул за плечо, словно убеждая, что спорить не стоит. Но это я уже и без него понял.

Точно, обложили. Но это не значило, что я не попытаюсь вырваться.

Леда встретила на пороге лекарской, видно, уже предупредили. Махнула Расту, чтобы уходил, помогла снять перевязь. Я и сам бы справился, но у девушки руки мягкие, теплые, ласковые. Дождалась, когда сброшу порезанный килор (пока еще серый, наймита) и рубашку. Пробежалась пальчиками вокруг порезов, проверяя, насколько глубоки.

– Ну и зачем подставлялся? – спросила, указав на табурет и недовольно покачивая головой. – Ведь не противник он тебе.

– Откуда знаешь про стычку?

Боем это назвать было нельзя. Так, только потешиться.

– Так вы еще не начали, а уже вся крепость на тебя ставила, – улыбнулась она, будто подбадривая.

Взяла чистую тряпицу, смочила в теплой воде, в которую капнула несколько капель из небольшого кувшина. Запах настоя был резким и дурманящим, но я даже не шелохнулся, хоть и хотелось выскочить из комнаты. Знал я эту траву. Редкая. Но от нее у нас, ансаиров, раны еще быстрее закрывались.