Чужое проклятие - Устименко Татьяна Ивановна - Страница 9

Получив испрошенный гаечный ключ, рука исчезла под мотоциклом. Послышалось восторженное ругательство, и обладатель берцев вылез из-под средства передвижения целиком. Девушка наконец смогла разглядеть данного индивидуума во всей его красе. Перед ней предстал высокий жилистый мужчина лет тридцати — тридцати пяти. Волосы, несомненно, весьма длинные, были убраны под застиранный линялый платок неопределенного цвета. Лицо, в общем-то приятное, хоть и прилично заросшее щетиной, слегка портил длинный белый шрам, пересекавший бровь и скулу. Глаза у странного типа были черные, как уголь: зрачок почти невозможно отличить от радужки. Незнакомец напомнил Анне кота.

«Эдакого тощего черного дворового бойцовского кота! — подумала про себя княжна. — Не боящегося ни Бога, ни черта, ни чертовой тещи».

Дальше — и того хлеще, ибо наряд этого человека находился в вопиющем беспорядке. Рукава заляпанной машинным маслом сутаны подвернуты до локтей, а сама сутана, надетая на голое тело, распахнута на груди, которую затейливой вязью украшала странная надпись: «Если есть стадо — есть пастух, если есть тело, должен быть дух». Завершающим штрихом облика стал крупный медный крест на шнурке, свободно болтающийся на шее своего владельца.

— Спасибо, крошка, ты меня спасла, — хрипловато сообщил данный субъект. Он вытер руки полотняным лоскутом и, зашвырнув его в дальний угол, продолжил: — Ты ведь наша новая ведьма, правильно?

— А что случилось со старой? — с суеверным ужасом полюбопытствовала Анна.

— Да ничего. Ты у нас первая и единственная. Как тебя зовут, детка?

Чародейка на «крошку» и «детку» предпочла не обижаться, тем более, похоже, этот тип со всеми так общается.

— Анна. Анна ди Таэ, — представилась она.

— А я — местный оружейник, и звать меня Виктор. — Мужчина протянул ей руку, которую девушка не преминула пожать. — Хочешь — отец Виктор, хочешь — брат, хочешь — дядя.

— Вы что же, священник? — недоуменно воззрилась на него княжна.

— Хо-хо! — зловеще расхохотался Виктор. — Да я такой же священник, как ты — монашка! Я — байкер. Хочешь, одну вещь скажу по секрету?

— Ну?

— Здесь на весь отдел только трое в действительности рукоположены в сан: отец Криэ, отец Рид и отец Хьюго де Крайто. С первыми двумя можешь общаться свободно — они улетные парни, но с третьим лучше не связывайся — целее будешь.

— Почему? — оторопела Анна, у которой голова шла кругом от впечатлений сегодняшнего дня.

— Наш пламенный Хьюго на дух не переносит нелюдей, а магов — так и вовсе ненавидит! — Эту информацию Виктор выдал таким тоном, словно раскрывал величайшую тайну всех времен и народов.

— И что он, в таком случае, здесь забыл? Шел бы в инквизицию, — раздраженно пожала плечами чародейка. Только этого ей не хватало для полного счастья — заполучить под бок ярого магоненавистника!

— Не пойдет, потому что сильнее, чем магов, он ненавидит лишь инквизицию! — цинично хмыкнул Виктор, внимательно наблюдая за ее реакцией.

— Н-да, мрачный тип, — задумчиво протянула Анна, тщетно пытаясь вспомнить, где она уже встречала эту фамилию — де Крайто.

— И не говори, детка, — согласно кивнул оружейник. — Такой мрачный, что при одном взгляде на его постную рожу хочется пойти и отравиться. А кого тебе дали в напарники? — сменил он тему.

— Не запомнила имени. Высокий такой, с обгрызенной молью прической. На швабру в сутане похож, — отозвалась Анна. В ее словах сквозила явная антипатия к упомянутому «напарнику».

— Это Рид, что ли?! Наш четырехглазый умник? — Священник весело фыркнул. — О-ля-ля!

— Да, кажется, Рид. Отец Рид, — скривилась княжна.

— В таком случае тебе крупно повезло, детка, за это я ручаюсь.

— Вы в этом уверены? — На лице чародейки появилась скептическая гримаса. — Мне так не кажется.

— Поверь мне, крошка, это так. Я сам два года с ним работал. Мы составляли классическую композицию «ум и сила», — рассмеялся Виктор.

— И кого в этом тандеме изображали вы? — хитро прищурилась Анна.

— Догадайся с трех раз.

— Ну, я думаю, вы взаимно дополняли друг друга.

— В точку, детка, в самое яблочко! — продолжал хохотать мужчина. — Клянусь великим Элвисом,[3] вы с Ридом составите достойную команду. Кстати, не хочешь опробовать этого стального коня? — Виктор приглашающе похлопал рукой по баку мотоцикла.

— Да нет, спасибо, предпочитаю четыре ноги двум колесам. К тому же, — княжна взглянула на наручные часы, — мне уже пора.

— Чего хочет женщина, того хочет Бог! — галантно поклонился Виктор. — Не смею задерживать.

— Ну, значит, Бог хочет новых шмоток, цветов и поскорее замуж! — пошутила Анна на прощание, благосклонно кивая в ответ. Виктор, бесспорно, ей понравился.

— Ладно, уговорила. Но если наш умник чересчур тебя достанет, то приходи, общнемся. Я надеюсь, ты любишь пиво? — прокричал тот ей в спину.

Встрепанный более чем обычно, отец Рид нервно метался по комнате Виктора, натыкаясь на предметы и ежесекундно поправляя съезжающие с носа очки. Сам хозяин комнаты хладнокровно возлежал на узкой, просевшей от времени кровати и с ленивым интересом наблюдал за раздраженным другом.

— Не мельтеши, а? — наконец не выдержал он. — Продует!

— Кого? — не понял отец Рид, останавливаясь.

— Тебя! Сквозняк тут создаешь!

— Я в бешенстве, нет, я в панике, я… я… Слов нет, один грех сквернословия! — Священник вновь заметался по комнате, трагически развевая полы сутаны.

Виктор цапнул его за подол, раздался треск, грохот, и отец Рид растянулся на полу. Очки улетели куда-то под тумбочку, а байкер виновато уставился на кусок ткани, оставшийся у него в руке.

— Упс! — прокомментировал оружейник.

— О, мои очки, — слезливо простонал святой отец.

— Кажется, они под тумбочкой. Сейчас достану. — Виктор встал на четвереньки и полез за очками, а затем виновато отряхнул их от пыли и подал другу.

— Спасибо! — проблеял отец Рид, водружая пенсне на его законное место. — Ох, грехи мои тяжкие, и за что мне такое наказание?

— Я не пойму, отчего ты так бесишься?! — рассердился Виктор. Причитания друга вывели его из себя. — Тебе досталась такая конфетка, а ты нос воротишь!

— Виктор, она ведьма! — еще на тон выше взвыл отец Рид.

— Просвиру мне в селезенку, но ты же сам голосовал «за».

— Да, но я же не напрашивался с ней работать! — попытался оправдаться священник.

— Слушай, со мной же ты как-то работал. А я, между прочим, еще похлеще ведьмы буду! — справедливо парировал байкер.

— Виктор, она женщина, а это, к несчастью, не лечится, — уныло отозвался отец Рид.

— Ничего, переживешь, — философски хмыкнул его собеседник, заваливаясь обратно на кровать. — Слушай, у меня тут косячок завалялся, давай курнем на пару, а? Для успокоения нервов, так сказать. Заторчишь — и все пройдет.

— Где ты взял это бесовское зелье?! — Отец Рид едва не подпрыгнул от возмущения. — Господи, закрой уши, мне выговориться нужно!

— Не бухти. Где взял, там уже нет, — со смехом успокоил его байкер. — Так будешь?

— Упаси меня Господи — нет, конечно! Давай лучше пиво.

— О-о-о, и этот человек еще корчит из себя праведника! — страдальчески закатил глаза Виктор. — Лицемер!

— А все твое дурное влияние сказывается, — невозмутимо проинформировал его священник. — И к тому же я не человек…

— Ну да, нашел, называется, кому баки заливать! — Байкер скептически хмыкнул в ответ, вытаскивая из холодильника две бутылки пива.

Глава 3

Дождь настолько истерично барабанил в оконное стекло, словно требовал впустить его внутрь дома. К счастью, точно так же как и легендарные вампиры, он не умел входить без приглашения, а потому не представлял собой никакой угрозы. Естественно, лишь до тех пор, пока ты не выскочишь на крыльцо и не подставишь лицо под его освежающие струи, так здорово просветляющие голову и снимающие хандру. Кстати, Анна уже воспользовалась этим оригинальным рецептом, стремясь прогнать усталость, накопившуюся в ее теле и душе за сегодняшний долгий день. Кажется, подействовало.