Одержимые (СИ) - Михайленко Елена - Страница 38

- Скажи, Мартин, с высоты своего опыта, все женщины одинаковые? Только честно! - предупредила я. Экзор просто отошел к стене, словно показывая, что не против дискуссии между студентами.

- Нет, - с чуть циничной усмешкой признался парень, все так же враждебно. - Они о-о-очень разные.

- Тогда как ты можешь обобщать весь женский пол по признаку виновности в бедах? Мы же разные! - судя по сжатым губам, такой аргумент не вписывался в святую веру парня о греховности именно противоположного пола.

- Леди Этнер права, мы все индивидуальны и всегда есть частные случаи, - оторвался от стены Экзор. - В случае с принцем Виорлиты был виноват именно принц, а не девушка, поддавшаяся собственным чувствам. А месть... Не все ведь могут отойти в сторону, не завидуя и не осуждая чужую жизнь, не так ли, Мартин?

Парень мгновение назад играющий желваками, теперь спрятал взгляд. Зато с другой стороны комнаты другие глаза, красные от недосыпа и полные боли, сверлили сгорбленную фигуру бывшего друга.

- Ну что ж, наш дополнительный урок закончен. Польщен, что вы перебороли желание выспаться в субботу и природную лень, чтобы прийти сегодня ко мне. Удачных выходных! - поспешил выгнать всех из класса Экзор. Не известно, чем эта тишина могла закончиться.

 - Думаете, они помирятся? - с сомнением посмотрела я на преподавателя.

- Если не дураки, то помирятся. Хотя, Мартин гордый. И чтобы сказать обычное «прости» от всей души ему придется на эту гордость наступить, а это очень сложно порой, Элли. Только если человек, тобой обиженный, дороже этого самого чувства собственной непогрешимости. Не многие могут признавать свои ошибки и принять за них наказание, как должное...заслуженное.

- Вы опять говорите так, будто это знание вам досталось очень дорого, - отметила я.

- А тебе нет?

- Мне пришлось извиняться за украденную брошь, - призналась я. - Долго извиняться. Я увидела, насколько она была дорога той женщине. Что-то большее, чем просто красивое украшение. Это была память, а я ее посмела отобрать. Мать тогда спросила меня, чтобы я чувствовала, забери она у меня все игрушки и подарки... Перо, которым она писала и отдала мне для записей в дневнике, отцовские часы, которые первые года жизни были мне за погремушку... Многое, что было для меня свято. Простые вещи, обыденные, но бесценные по-своему. Это очень больно, когда забирают такие предметы... А вы когда начали извиняться?

- Наверное, лет сто пять назад, перед Беном за то, что оскорбил его жену. Это было, пожалуй, сложнее всего. А до этого...много раз приходилось извиняться за свои слова и действия еще в раннем детстве. Но тогда это была просто заученная фраза. До того, как у меня появились друзья, я не знал, насколько больно выдавить это слово из души, а не изо рта.

- Сколько вам лет? - Экзор чуть нахмурился и махнул палочкой в сторону двери. Замок звонко щелкнул.

- Сколько тебе лет? - исправилась я.

- Много. А ты какого года рождения? - усмехнулся мужчина.

- Тоже подделывали дату рождения? - удивилась я.

- А как же! Вплоть до дня! - подмигнул профессор, одеваясь для прогулки на свежем воздухе. Это намек на то, что мне тоже пора уходить? Жаль, а я так хотела провести этот день с Ричардом.

- Ну, я, пожалуй, пойду... - неуверенно начала я, одевая и свою куртку. По случаю выходного ученикам было разрешено приходить в университет в обычной одежде, а не в форме.

- В домик? - зачем-то спросил мужчина.

- Ну а больше некуда, - усмехнулась я. Не знаю, насколько весело у меня это получилось.

- Хм... Будешь праздновать в одиночестве? - опять задал вопрос Экзор.

- Ну... если честно, то я думала тебя пригласить на чай и тортик, но если ты уходишь... - промямлила я. Вообще было как-то неудобно приглашать мужчину к себе в да еще на чай. Именно это «на чай», которое так часто использовали мамины герои, совсем не о чае думая. Мне же было бы приятно именно выпить горячего травяного настоя с этим мужчиной и вести неспешную беседу, иногда шутливо соперничая за самую вкусную печенюшку.

- Ну я же вернусь, - подмигнул мне Экзор. - Вообще я тоже хотел тебя пригласить чаю попить, но только вечером. Дела в городе. Но я быстро приду обратно и с удовольствием наведаюсь к тебе. Если ты еще не передумала, конечно. И если опять не хочешь меня осадить за наглость.

Вот шут! Ну разве это серьезный научный работник?! Разве это преподаватель? Профессор-универсал?! Отчего-то это больше не возмущало меня. Скорее нравилось все больше и больше.

- Я, пожалуй, прощу вам вашу наглость, профессор... за ваш замечательный чай и приятную компанию сегодня вечером в моем домике. Сладкое, так уж и быть, беру на себя, - не менее дурашливо ответила я. Потом пришла мысль, что Экзор все же типичный мужчина... А что хочет обычный мужчина вечером? Уж никак не просто чаю. Надо полноценный ужин готовить. Но, справлюсь ли? На себя салата нарезать - не то же самое!

- Хм...а может я принесу продукты и мы... - начал Экзор.

- Хорошо, и продукты несите, - обрадовалась я. Демон с моей гордостью. На день рождения профессора сама буду ему ужин праздничный готовить!

***

До вечера время пролетело незаметно. Домик я убрала еще вчера, когда начала вешать звезды. Потолок для столь великолепных драгоценностей мне показался слишком грязным и пыльным. Когда над головой снова были чистые деревянные балки, я наконец-то прикрепила звезды к ним. Оглядев это чудо, я поняла, что остальное пространство ему не соответствует. Пыль убралась отовсюду. И с небольших полочек, которые я прикрепила на стенах, и со стола. Но ведь надо еще все красиво сложить! Все свои вещи и безделушки я сначала вывалила на кровать и пол, а потом обтерла тряпочкой и поставила на свои места. Места эти я тоже вычистила до блеска. Со стола исчезли многочисленные книги и бумаги. Взяв свечу, я тут же побежала в сад и нарвала новых роз. В домике запахло чуть терпким ароматом цветов. Поставив вазочку ровно посредине столика с вышитой скатертью, я наконец-то перевела дух. Так я и встретила рассвет.

Засыпать уже просто не было смысла, поэтому я пошла в город вот за тем самым сладеньким. Там же я купила новую посуду, новый запас бумаги и чернил, угольки для рисования и еще книг матери. Ноша получилась тяжелая и несла я ее долго, поэтому даже немного опоздала на урок к Экзору.

Теперь же до самого вечера мне было нечем заняться. В доме убрано, угощение есть, ужин приготовим вместе с Ричардом, уроки я выучила... И еще неимоверно хотелось спать. Прикинув время, я решила, что это неплохое времяпровождение и прикорнула прямо в одежде, прикрыв вечно мерзнущие ноги уголком одеяла.

Проснулась я оттого, что мне было жарко. Я ведь засыпала, только укрыв ноги! Сейчас же на мне были два одеяла. Откуда?! Окна были прикрыты шторами, но не очень плотно, и я могла разглядеть лунную дорожку за окном. Уже вечер? Или, может, даже ночь? Неужели я так долго спала? Осмотревшись, я удивилась еще больше. Звезды все еще освещали комнату серебристым светом, сверкая на потолке, но кроме них на столе горела свеча, да не одна, как у меня обычно, а три! Да в изящном подсвечнике! Откуда?! На столе уже стояли не только мои розы, но и глубокая тарелка с салатом, блюдо колбас и копченого мяса, судя по запаху, грибы, сыр, хлеб. Откуда?! Когда? Как? Кто?!

Хотя, пожалуй, на последний вопрос я смогу ответить. Тот самый кто-то, который сейчас поет достаточно неплохим голосом на моей маленькой кухоньке какой-то мотивчик себе под нос и старается не греметь посудой. Он еще что-то готовит? Живот совершенно неприличным образом заурчал. Да так громко, что Экзор тут же выглянул из кухоньки.

- Выспалась? Или я разбудил?

- Выспалась, - смущенно прошептала я. Было немного неловко. Да что там! Было очень неловко! Выгляжу я наверняка не лучшим образом. Домашняя одежда, на голове обычный кавардак и сбитая со сна косичка. Под глазами наверняка синяки, да еще и лицо помятое. Захотелось залезть обратно под одеяло.