Выбери любимый жанр

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии
оксана2018-11-27
Вообще, я больше люблю новинки литератур
К книге
Professor2018-11-27
Очень понравилась книга. Рекомендую!
К книге
Vera.Li2016-02-21
Миленько и простенько, без всяких интриг
К книге
ст.ст.2018-05-15
 И что это было?
К книге
Наталья222018-11-27
Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни
К книге

Как стать лучшей подругой? Большая книга романтических историй для девочек (сборник) - Мазаева Ирина - Страница 38


38
Изменить размер шрифта:

Вика ненавидела одноклассников. Что она им сделала? За что они ее так невзлюбили? Почему все они — мерзкие, подлые, мелочные — веселятся сейчас, а она сидит здесь одна? Если им так весело, зачем они вспомнили о ней? Чтобы еще раз показать, что она для них — никто? Никто и даже хуже: «тупая овца», дурочка, над которой можно издеваться бесконечно. Почему они не могут отстать от нее, оставить ее в покое. Ведь ей никто не нужен: у нее есть мама, Надя, Керри, мечта о мотоцикле и ее дневник. И этого достаточно для счастья. А они ей НЕ НУЖНЫ.

Вика злилась на маму, которая после того, как их оставил папа, тоже возненавидела праздники. Но ведь разве не может быть праздника у дочери с матерью? Разве их двоих не достаточно для радости и веселья? Ведь сегодня 8 Марта, а они — женщины. Разве им не может быть хорошо вдвоем? Зачем мама ее так долго учила, что рядом с женщиной должен быть мужчина, что надо делать все, чтобы он был, а сама своим примером показала, что можно в лепешку разбиться, а мужчина все равно уйдет?

Вика ненавидела Надю. У Нади была семья: мама, папа, двоюродный брат Славка, другие родственники. Они сидели сейчас и праздновали. Тоже, наверное, веселились. И лучшей подруге даже в голову не приходило позвонить Вике, узнать, как у нее. Счастлива ли она, весело ли ей, пришел ли Гена…

Но главное — Вика ненавидела саму себя. За то, что поверила в сказку. В стремительно развивающуюся сказку. В то, что Гена хочет быть ее парнем, в то, что у них может быть любовь, в то, что ее, Вику, можно полюбить. А ведь Гена ей ничего не предлагал, ничего не обещал и не говорил о любви. «Муж убил жену питоном», — все, что она смогла вспомнить. Может быть, он просто дружил с ней? Точнее, думал подружиться. А она сама себе все придумала?

— Я сама себе все придумала, — вдруг поняла Вика и разревелась еще громче.

Через минуту ей в щеку ткнулся мокрый нос, а потом теплый язык прошелся по щеке.

— Спасибо, Керри, только ты меня любишь и понимаешь.А музыка снизу звучала все громче и громче.

Глава 8 Женя Ищенко

— Ах он подлец, придурок, дурак! — неистовствовала Надя, прослушав рассказ Вики. — И как он мог?! Как он мог с тобой так поступить?! Сам же напросился, навязался! Кто его вообще звал? И без него мы бы хорошо отметили 8 Марта! Я бы посидела немножко с родителями и пришла бы к тебе. А он?!

Вика сидела за столом с красными глазами и опухшим лицом. Утром Надя заскочила к ней с горящими от любопытства глазами узнать, как все прошло. Вика долго сдерживалась, пыталась накормить подругу не пригодившимися вчера салатиками, скупо сообщив, что «Гена не пришел, наверное, у него были дела». Но долго играть в равнодушие у нее не вышло, и она разрыдалась.

— А ты сказала, он хочет со мной встречаться…

— Надо ему написать ВКонтакте все, что ты про него думаешь, и закрыть от него страницу. Послать его подальше. И забыть, как его зовут!

— Может быть, у него были дела… — Вика хоть и рыдала в три ручья от обиды, но представить себе, что можно вот так поступить с человеком, с девчонкой, которая тебе нравится, без какой-либо серьезной причины, она по-прежнему не могла.

— Какие дела? А телефон на что? Что ты его пытаешься оправдать все время? — не отступала Надя.

Но Вике проще было оправдать его, чем допустить, что с ней, с Викой Сорокиной, парень мог поступить подобным образом: начать встречаться, пообещать самое замечательное 8 Марта в ее жизни и не прийти без какой-либо причины. Вике было так больно, так больно, как не было с того момента, когда папа сообщил, что уходит от них с мамой. И даже пакости одноклассников не причиняли ей такой боли, какую она чувствовала вчера и которая оставалась где-то внутри до сих пор.

— Ладно. Все. Хватит страдать по нему. Мы решили: он — подлец и придурок. Точка. Надо выкинуть его из головы, — Надя подошла к Вике и неловко потрепала ее по плечу. — Не плачь. Он того не стоит. Давай лучше салатиков поедим, зря ты их, что ли, готовила? С прошедшим 8 Марта, подруга! Давай считать, что праздник сегодня?

Вика с трудом, но все-таки взяла себя в руки. А еще взяла в руки вилку и хлеб.

— Только Фролов — это еще не все, — вздохнула она. — Еще наши противные однокласснички выступили, — и Вика рассказала про писклявый голос.

— Вот гады! Ф-фу. Мало им своего праздника, надо кому-то еще подгадить! — тут же возмутилась Надя, а потом махнула рукой: — Да ну их, мы же решили с тобой не обращать на них внимания. И Фокину мерзкую игнорировать.

Вика послушно кивнула: игнорировать. Только игнорировать Фокину было все труднее и труднее…

Поев и напившись чаю с шоколадкой, которую принесла Надя, подружки направились в комнату. Уселись за компьютер.

— Ну что, будешь писать ему все, что о нем думаешь? — спросила Надя.

— Я… не знаю… Я потом, — испугалась Вика. — Потом, вечером, когда все внутри уляжется.

Она думала, конечно, о Фролове, но не вполне понимала, что она хочет ему сказать.

— Можно, тогда я ВКонтакте залезу? — спросила Надя. — Прикинь, я ж тебе не сказала, мне вчера Серега написал. Как ни в чем не бывало. «Что делаешь вечером?» — спросил. А потом позвал в клуб с ним.

— А ты?

— Не пошла я никуда, конечно! Я же тебе говорила, я не собираюсь встречаться с мстительным и подлым эгоистом.

— Тогда зачем ВКонтакте лезешь?

— Я… — Надя вдруг растерялась. — Мне… Мне Славик должен был ролик прикольный прислать.

Она быстро открыла нужную страницу, ввела логин и пароль, но сообщений новых не было.

— Ай, я и так найду ролик, про который он говорил. Подсаживайся к компьютеру, посмотрим вместе.

Вика взяла стул и села рядом. А Надя вылезла на Ютьюб и нашла ролик «Розыгрыш с котом»:

— Надо же тебе как-то настроение поднять.

Розыгрыш с котом и правда заставил Вику улыбнуться.

— Я буду показывать тебе прикольные ролики, пока ты не забудешь этого подлеца! — сообщила воодушевленная Надя. Но…

Но тут пискнули колонки компьютера. В Надину почту ВКонтакте пришло сообщение, которое немедленно, едва она перешла на свою страницу, высветилось в левом нижнем углу.

Сергей Черемша (Черемшин)

Зря вчера не пошла с нами, мы с Фроловым круто оторвались в клубешнике.

9.03. «Почему никто не говорит, что любовь — это больно? Что любовь — это ужасно-ужасно больно? Почему в кино все страдают красиво и все всегда заканчивается хорошо? Почему мне так больно? Даже больнее, чем когда папа сказал, что он уходит от нас? Что мне делать с этой болью? Я хочу, чтобы ее не было! Не было! Не было!»

Вика выставила Надю из дома, несмотря на то, что та упиралась и настаивала, что подружке нельзя в таком состоянии оставаться одной. Вика ухватилась за свой дневник, как утопающий за соломинку.

Остаться одной — вот что она, Вика, хотела. Одна в своей пустой квартире, в своей норе, берлоге. Спрятаться ото всех и как-нибудь пережить этот день. Выплакать свою боль, чтобы внутри стало пусто, доверить ее своему дневнику — единственному, кто ее понимал. Чтобы все закончилось — эти нелепые стремительные отношения с Геной. Чтобы снова вернуться к учебе, дневнику, гантелям и мечтам о мотоцикле, к верной Керри, которая никогда не предаст.А когда вечером у нее зазвонил телефон и на дисплее высветилось «Фролов», Вика отшвырнула телефон на диван, как отшвыривают от себя что-то противное и мерзкое вроде слизня или пиявки.

В понедельник в школе одноклассники с утра обсуждали прошедшую у Фокиной вечеринку. На подружек никто не обращал внимания. Надя пыталась заговорить с Викой о Гене, но та мастерски уходила от разговора. Она вычеркнула Фролова навсегда из своей жизни и не хотела о нем вспоминать. В конце концов, она привыкла быть одна, ей было хорошо одной, у нее были Керри и Надя, и больше никто ей не был нужен.

Предпоследний урок отменили — заболела математичка, — но последним стояла физика, причем должна была быть контрольная, а потому сбежать домой не представлялось возможным. Но 9-й «Б», казалось, и не расстроился особо. Все собрались вокруг Губина, который на своем айпаде показывал фотографии с 8 Марта. Их громко комментировали, стараясь перещеголять друг друга в остроумии. И только те, кого не пригласили на вечеринку, чувствовали себя неловко, не участвуя в общем веселье. Кроме Вики с Надей, которые сразу же решительно вышли из класса. В конце концов, переждать сорок минут можно было и в коридоре, если сидеть тихо и говорить о своем.