Гостиница Четыре стихии (СИ) - Золотухина Ольга Андреевна - Страница 86

Лишь одним способом можно было получить почти безграничное могущество. Стать Стихией самому и потерять себя.

Магической энергии на удар было потрачено столько, что можно было погрузить остров Пропасти в морскую пучину. Саламандра не пожалел даже тех, кто долгие годы жил с ним бок о бок в бесконечном плену у небожителей. Соратницам Стихий удалось спастись, но потрачено было столько, что, казалось, болели даже ногти и кончики волос. Баньши вывихнула крыло, обнимая мёрзлую статую. Владимир упал на тестя. Тёща зацепилась за зятя и только чудом не пролетела дальше.

А небо над лицом Пропасти вновь укуталось покровом. Ярко-алого цвета. В радужную крапинку разноцветных перьев...

207

- А вот и братик! - бесновался двойник, поднимаемый на волнах брызнувшего из-под земли фонтана.

Владимир подполз к Весне, приподнял её голову и уложил к себе на колени. Смотреть на то, как бессильно борется с пятой стихией Морган, было невыносимо. "Какая же я дура... - устало подумала Весна. - Прав был маляр. Как это в сказках говорится: коса долга да ум короток... Сказка... Опять в её законах кто-то серьёзно покопался. Неужели нельзя завершить всё банально, как всегда - счастливым концом..."

- Владимир, я...

- Чш-ш-ш-ш, - художник прижал палец к её губам, поднёс кулак к носу девушки и раскрыл его. На ладони, свесив ножки, сидел Принц из ненастоящего сна.

- Привет тебе, каланча! Опять ты скучная! Вот сейчас как оби-и-ижусь и улечу, ясно?!

- Буду... хохотать... неделю. Обещаю, - еле слышно шепнула Весна.

- За тобой проследят, Угрюм-Хозяйка! - Принц торжественно поднял в небо палец. - А теперь: пляши - у меня новость!.. Не будешь плясать?! Фу-у-у, какая же ты скучная... Один каланча, по прозванию маэстро, просил вам передать, что... Ой, какой красивый дядечка - вон тот, весь в голубом... А это и не дядечка... А это и не...

- Владимир, дави его...

- Пример Моргана заразителен настолько, что ему надо последовать! И решайся быстрее, пока ветер не переменился! - Принц отвесил шуточный поклон, показал Весне язык и был таков.

- Красивый светлячок, - художник проводил долгим взглядом упорхнувшего эльфа и посмотрел сквозь Весну: - Ты нарисуешь мне светлячка?.. Я бы и сам, но не умею... Такой красивый...

- Да. Да, нарисую... обязательно нарисую, - Весна поднялась на вытянутых руках и коснулась встрёпанных волос художника. Так Владимир больше походил на творца: безумный, нездешний... стихийный... - Но потом, хорошо? Как только один злой дядя прекратит бросать нашего Моргана то на землю, то в небо, как чепчик. Пираты - они такой штучный товар, что разбрасываться ими чревато... Снежка! Золька!

- Весна! Ты соображаешь, что вы собираетесь сделать?! - сурово закричала мама. - Может, лучше...

- А что они собираются делать? М-м? Девочки, сознавайтесь. Бить не буду. Как его, например...

Под ноги сёстрам канул безжалостно смятый и буквально растекающийся Морган. Говорить о том, что у него заплыло всё лицо как один огромный синяк - было бы своеобразной тавтологией.

Белоснежка опустилась на корточки и нащупала руку Моргана. Она казалась сейчас удивительно материальной и очень горячей, до близкого окончательного испарения. Вторую руку королевы держала не отпуская Весна. За плечи её панибратски обнимала Золушка.

- Так что происходит за моей спиной? Там, над нами, небожители, между прочим, умирают, а вы тут стоите-сидите-лежите как живой пример вселенского эгоизма.

- Ты прав. Так оно и есть.

208

Кто из знаменитой четвёрки это сказал, так и осталось загадкой. Наверное, это произнёс единый голос, тот, которым вдруг заговорил "четырёхугольник". Не было больше четырёх человек. Не было разных мыслей, чувств, ошибок. Разум - Земля. Дух

- Воздух. Память - Вода. Сердце - Огонь. Четыре разноцветных шара закружили мага, приглядываясь к нему, прислушиваясь, оценивая издалека. Саламандра кричал, но не слышал собственного голоса. Небо откликалось на его мольбу глухим рокотом. Море - досадливым шипением. Земля - беспокойной дрожью. Огонь - непримиримым рёвом. Всё слилось в одно длинное веретено, в ось мира, в центр жизни. В этой жизни не было место такому средоточию силы, которая заключалась в Саламандре. Он был чужеродным предметом, способным уничтожить всё вокруг. И, словно ракушка обволакивала слоями, один за другим, попавшую в неё песчинку, чтобы когда-нибудь получилась жемчужина, Стихия утопила в себе мощь мага и - отпустила на волю.

Внезапно стало так тихо вокруг, что кому-то могло показаться вопреки всем сказочным законам, что мир действительно погиб. Но то была тишина умиротворения. Затишье перед бурей перемен...

- Роза, - не открывая глаз, позвал счастливый родитель двух двойняшек-непосед, - ты жива?

- Дорогой, приди в себя и помоги мне. Вот неугомонные детишки! Только посмотри, что они натворили!

Отец открыл глаза и вгляделся в то место, где, казалось, целую вечность назад стоял самый могущественный маг Сказочных Королевств... и сопредельных Островов...

На узком клочке земли буйным цветом росла молодая травка. В самом центре полянки расцветал неправдоподобно большой подснежник, на которым с гудением носились огненные пчёлы. Они ускоряли полёт и шипели, когда на них нет-нет, да и попадала крупная дождевая капля из маленькой тучки.

- Художники...

- Вот я и говорю: иди помоги мне с этим... маляром... Говорила же я дочери, что с мужем она не прогадает. Жаль, Весна раньше не поняла... - Роза старательно тормошила прикорнувшего под шум и крики Владимира. - У кого-нибудь есть бумага

-- карандаш? Проснись, любимый зять, нам нужна твоя помощь, - художник открыл мутные глаза. - Какой ты умница, дорогой! Вон, видишь те четыре шарика?

- Шарики?.. Где шарики?.. Это светлячки!.. А где? Она обещала мне нарисовать светлячков!

- Весна? Ну, дорогой мой, Весна сейчас занята. Ты помнишь, у неё есть такой большо-о-ой дом, где много-много людей! Так вот...

- Роза! Я нашёл всё необходимое! У этой макаки просто склад самой разной мелочи: ты бы видела! Правда, целого листа бумаги не было, но четыре клочка - вот! И уголёк так кстати... Всё, умолкаю-умолкаю!

- Дорогой мой, это всё тебе! Придётся самому рисовать светлячков, правда? А потом мы вместе с тобой покажем Весне - и она ой как обрадуется! Ну давай. Держи уголёк. Только крепче держи! Поставь руку вот та-а-ак... а теперь - рисуй! У тебя обязательно получится очень-очень красиво!

Владимир улыбнулся, перевёл взгляд на первый клочок бумаги и провёл первую черту...

Эпилог

- А... ты точно уверен, что это она?..

209

- Да конечно уверен! Мне фея-бабулька её портрет показывала по Зеркалу, ага!

- Ты что, боишься, что ли?

- А чего сразу я? Почему я первый должен? Вы что, её уже целовали?

- Да сто раз!

- Ну и как?

- Во как!

- Что-то вы очень быстро ответили...

- Ты что, будешь ждать, пока она сама проснётся?

- Ага, или сама попросит, чтобы ты её поцеловал! Между прочим, мы добра хотим...

- Во-во, добра и справедливости. Как учил господин Сказочник, когда гостил у старой карги... Замотал, чес-слово, своими заскоками...

- Ну что? Решился? Давай!

- Эх... Чмок! Чмок!

- Попросила бы не особо увлекаться...

- Аа-а-а-а-аааа!!! Она живая!

- И очень злобная, к тому же...

Она вскинула руку, и троих ребят от входа надёжно отгородила огненная решётка. Сейчас начнётся самое интересное.