Одна на две жизни - Романова Галина Львовна - Страница 75

— Смотрите! — Рогач опустился на одно колено, осторожно трогая пожухлую осеннюю траву. — Следы. Тут проезжала карета… или какая-то другая повозка на колесах, обитых железом.

— Ага. — Ликантроп шлепнулся на четвереньки, пробежался немного туда-сюда, тыча носом в землю. — Запашок знакомый. Ну ты даешь, гладкокожий! У тебя нюх почище звериного будет!

Ариэл с ними не спорил, хотя и был уверен в том, что нелюди всегда лучшие следопыты. У них острее зрение, лучше обоняние, они ближе к природе и замечают то, на что его соплеменники никогда не обращают внимания. Он только кивнул.

— Ы-ы-ы…

Крик-стон одного из констеблей заставил подпрыгнуть, хватаясь за оружие, и лишь усилием воли Ариэл удержался от того, чтобы не выстрелить. Нет, он не испугался, но так неожиданно…

К ним приближался полупрозрачный силуэт. Присмотревшись, Ариэл понял, что перед ним — тень старого полковника, которого до дрожи боялись солдаты и младший офицерский состав за те наказания, которые он ввел за любое нарушение дисциплины. Не только лейтенанта, но и капитана могли высечь, как новобранца, за малейшую провинность, а кое-кого он расстреливал самолично или применял такие пытки, по сравнению с которыми угрозы ликантропов ничего не стоили. Его нарочно бросали исключительно на подавление мятежей в колониях. И солдаты его полка старались казаться злее, чем есть на самом деле из страха перед начальством. Надо же! Шесть лет прошло, вроде, все забылось, и вдруг так внезапно… Но неужели он умер? Тогда это его призрак, и он не способен причинить вред.

— Что, на гауптвахту или сразу расстреляешь? — процедил Ариэл, злясь в первую очередь на себя за минуту слабости. — Чем мушкетик-то держать будешь? Или изобрел новую пытку — заунывным воем?

«У-у-у…» — взвыл призрак и внезапно сменил облик. Теперь это был просто силуэт человекоподобного существа.

— Боггарт, — узнал Ариэл.

Собственно, в этом не было ничего удивительного — боггарты часто селились именно в нежилых помещениях, а подсобку никак нельзя назвать домом. Но удивляло необычное поведение духа. Значит, в его владениях происходит нечто действительно необычайное, раз он осмелился пойти на контакт с людьми.

— Чего ты хочешь? — спросил Ариэл и внезапно все понял.

Агния.

— Все за мной, — прошептал он.

Боггарт поплыл вперед, облетая здание, и вывел всех к противоположной стене, почти примыкавшей к глухому внешнему забору и складским помещениям. В неглубокой нише виднелась еще одна дверь, явно ведущая в подвал. Странно. Ариэл до последнего был уверен, что прорываться придется либо через главный, либо через боковой вход. И долго плутать по первому этажу в поисках пути в подвалы, теряя время. Боггарт существенно облегчил ему задачу. Но кого стоит благодарить за подобное поведение злого духа? Неужели все-таки Мара?

— Может, не стоит штурмовать эту дверь всеми силами? — осторожно поинтересовался рогач, прерывая его размышления. — Насколько я помню, тут есть и другой выход, через который они могут уйти!

— Я сбегаю узнаю? — поинтересовался ликантроп, которому явно хотелось поскорее оказаться как можно дальше от представителей власти.

Ариэл мотнул головой, словно отгонял муху, и полузверь умчался в обход здания. Рогач был прав — тут имелись не один, а сразу два выхода, и похитители не смогут ими не воспользоваться. Ну и пусть! Главное — найти женщину. А до мужчин можно добраться как-нибудь потом. Не уйдут!

— Теряем время!

И первым, пресекая дальнейшие разговоры, с разбегу врезался в дверь плечом.

Прочный косяк выдержал. Дверь лишь содрогнулась в пазах, но устояла, а плечо обожгло такой болью, что в глазах потемнело. Ариэл пошатнулся, на чем свет стоит ругая себя за порыв, но тут его решительно отстранил Холодный Туман.

— Именем закона! — прогремел его низкий трубный голос. — Немедленно отворите!

Внутри послышался какой-то шорох. Шаги. Приглушенный голос.

— Советую сдаться, — предложил следователь, — отпереть дверь и впустить полицию для досмотра помещения. В противном случае мы будем вынуждены применить силу! Мы знаем, что вы там!

Ариэл молчал, стиснув зубы. Плечо отходило, но мужчину била нервная дрожь, и он боялся сорваться. Пальцы онемели на рукоятках пистолетов. Он мог бы расстрелять замок в упор, но эта дверь была заперта на засов. Его так просто не разобьешь.

Изнутри что-то крикнули.

— Отворяйте! Именем закона! Считаю до трех! Раз! Два!

— Бей! — не выдержал Ариэл.

Примерившись, рогач коротко разбежался и, пригнув голову, всей массой врезался в дверь, ударив в нее рогами.

Дерево дрогнуло. Послышался треск и сухой хруст. Очередной удар рогов разнес дверь в щепки. Рогач пошатнулся, пытаясь восстановить равновесие, пробить такую прочную дверь было слишком тяжело даже для существа его комплекции, и Ариэл занял его место. Ударил ногой, ломая надтреснутые доски, шарахнулся в сторону. И вовремя — изнутри раздался выстрел. Пуля взвизгнула над ухом. Вторая прошла где-то рядом.

Торопясь, пока засевшие внутри люди не перезарядили пистолеты, Ариэл ударил в дверь вторым плечом, доламывая ее, просунул руку в пролом, нашарил засов, распахивая то, что осталось от двери, не глядя разрядил пистолет во тьму. И первым бросился внутрь, даже не дав себе труда скомандовать констеблям: «За мной!» Счастье, что они оказались понятливыми и сами, без приказа, побежали следом.

Какая-то тень мелькнула впереди. Он успел заметить поднятую руку, выстрелил из второго пистолета, сбивая врагу прицел, но мигом раньше перед глазами мелькнула белесая дымка — завывая, внутрь влетел боггарт. Особого вреда призрак причинить не мог, но вот отвлечь на себя внимание — вполне. Стрелок не смог точно прицелиться и, поняв, что промахнулся, кинулся бежать.

Его напарник был смелее, или ему просто нечего было терять. Он не отступил. В его руке блеснул клинок шпаги. Ариэл рассмеялся и, отбросив разряженные пистолеты, схватился за свое оружие.

Противник сделал быстрый и вполне профессиональный выпад. Он действовал бесчестно, подло, не дожидаясь, пока соперник встанет в позицию. Ариэл заметил нацеленный в грудь клинок, успел увернуться, подставляя локоть и чувствуя, как шпага вспарывает вместе с камзолом кожу и мышцы на руке. Было больно, и разбирала злость. Да как он посмел? Стиснув зубы, Ариэл отвел клинок противника в сторону. Демонстрировать высокое искусство фехтования здесь и сейчас смысла не было — похититель ранил его в правую руку, пальцы еле сжимали рукоять, он держался только на злости и силе воли, чувствуя, как горячая волна боли туманит рассудок. В карательных акциях, когда кругом летали отравленные стрелы туземцев, его как-то миновали серьезные раны и заразные болезни. Будучи наемником и отнимая чужую жизнь за деньги, он тоже ухитрялся выходить сухим из воды и заработал лишь несколько шрамов, а тут, в мирное время, получил серьезную рану, сражаясь за женщину, которая его презирает. Было от чего разозлиться. Поэтому, обменявшись первыми пробными выпадами-уколами, резким рывком — может быть, излишне резким — уведя чужое оружие в сторону, он скользнул клинком по клинку и вонзил острие шпаги в бок противника. Тот скособочился, хватаясь за пропоротый бок. Ариэл наотмашь ударил его по руке, метя в кисть, державшую шпагу, и сам уронил свой клинок, потому что ослабевшие пальцы больше его не слушались.

Два констебля кинулись к еле державшемуся на ногах противнику Ариэла. Еще двое устремились куда-то в темные полуподвальные коридоры. Пятый остался с рогачом, патрулировавшим выход, и Ариэл кинулся вперед:

— Агни!

Она, наверное, снова впала в забытье, задыхаясь в спертом воздухе шкафа, потому что грохот и треск ворвались в сознание внезапно. Агния невольно вскрикнула и дернулась, ударившись затылком об стенку. Снаружи что-то происходило, но напуганная пленница не могла заставить себя даже проявить любопытство. Она лишь теснее вжалась в угол, стараясь занимать как можно меньше места.