За любовь, которой больше нет (СИ) - Раевская Полина "Lina Swon" - Страница 127

- Привет, сынок. Как ты, малыш?

Они молчали, каждый вел в душе диалог с сыном, а потом одновременно переглянулись, и Аня, тяжело вздохнув, подошла к памятнику, прижалась к холодному мрамору губами и так же шепотом простилась:

- До свидания, сынок, мама и папа всегда с тобой, любят тебя!

Поднявшись с коленей, повернулась к мужу и увидела протянутую руку. Вложила в нее свою и улыбнулась печально, Маркус кивнул и притянул ее к себе, обняв за плечи. Аня тяжело вздохнула, поцеловала его и Диану, а потом они двинулись прочь, но не успела она сделать несколько шагов, как реальность начала ускользать от нее. В глазах помутилось, и все стало медленно растворятся, как в тумане, уплывать куда-то далеко, а потом темнота накрыла ее, лишь какая-то непонятная музыка на заднем фоне ласкала слух...

Глава 20

«Душа кричит, душа поет,

А сердце облегченно плачет

О том, что это только сон

И ничего ведь он не значит!»

Аня стала узнавать серенаду Шуберта, играющую в плеере. Медленно открыла глаза и задохнулась. Еще ничего не понимая спросонья, но уже в глубине души чувствуя невероятное облегчение, она скользила взглядом по худенькой фигурке, темноволосой голове, выглядывающей между передними сидениями, и слезы счастья зажгли глаза. Аня вытащила наушники из ушей и тут же услышала любимый голосочек:

- Нет, я вставил магнит в ноги кукле и в подставку. Поэтому, когда ставишь ее к подставке, она не стоит, а как бы парит над ней.

- Где ты про это услышал? - пораженно спросил Маркус, продолжая вести машину.

- Да препод рассказывал про левитирующий магнит, мне стало интересно. Я потом маме эту куклу подарю, крылья сделаю, и будет типа ангела! – ответил довольным голосом мальчик.

- Ты у нас какой-то интеллектуал что ли? – хмыкнул муж, Мегги засмеялась, обернулась и потрепала внука по темным кудряшкам, а затем взглянула на Аню и застыла.

- Эни, дорогая, в чем дело? Ты почему плачешь? – обеспокоенно спросила она, все тут же замолчали и повернулись к Анне. Она же, покусывая костяшки пальцев, продолжала счастливо улыбаться, слезы текли по щекам, но она не замечала их. Аня жадно впитывала каждую черточку сына, а душа кричала от счастья. Боже, спасибо тебе, спасибо! Сон, это всего лишь сон! Она протянула руки и обхватила своего мальчика за плечи, притягивая к себе. Он навалился всем телом, придавливая ее живот, и Аня только сейчас вспомнила про беременность. Засмеявшись облегченно, стала покрывать милое личико поцелуями, сжимая его щечки. Мэтт ошарашенно смотрел на мать, а потом и сам засмеялся. Маркус непонимающе поглядывал на них из зеркала заднего вида.

- Мам, ну хватит. - засмущался мальчик и начал вырываться, но Аня крепко сжимала его, вдыхая родной запах своего малыша. Смотрела на его лицо и не могла налюбоваться. Черные, отливающие синевой волосы, темные, как у отца, глаза, оливковый оттенок кожи, такой гладкой, словно фарфоровой, ямочки на щеках и ослепительная улыбка. "Берегитесь, девушки!" - все, что можно было сказать, глядя на будущего мужчину. Аня усмехнулась и вновь поцеловала сына. Мэтт закатил глаза и пробурчал:

- Пап, ну, скажи ей.

Маркус засмеялся, но при этом наблюдал настороженно за женой.

- Дай матери потискать тебя, она же всю неделю ждала твоего приезда.

Аня же не могла ни слова сказать, просто прижимала к себе своего ребенка и была счастлива.

- Марусь, остановись пожалуйста. – попросила она хрипло. Маркус даже вопросов не стал задавать, он, видимо, и сам хотел это сделать. Притормозил у обочины и обернулся, но Аня, поцеловав еще раз Мэтта в макушку, вышла из машины. Муж последовал за ней. Мегги же с Мэттом непонимающе переглядывались.

Аня с наслаждением потянулась, втянула свежесть загородного воздуха, погладила свой живот, потрогала его и мечтательно закрыла глаза.

- Малышка моя. – прошептала она, продолжая скользить ладонями по животу. Теперь она точно знала, что это дочь. Не из-за сна даже, а просто было непоколебимое чувство уверенности в этом. Аня была слишком взбудоражена кошмаром, потрясена до глубины души и сейчас словно смотрела на мир по-новому. Когда муж подошел, она не смогла сдержать слез, наверно, все же беременность давала о себе знать, но Аня была не властна подавить ураган эмоций в своем сердце. Обхватила ладонями лицо Маркуса и стала всматриваться в каждую черточку любимого мужчины. Какой же он у нее красивый и такой родной. Губы недовольно поджаты, сейчас наверняка будет ругать ее за слезы. Живот не позволял прижаться к нему всем телом, но это было неважно, главное, что ее мужчина рядом, что он только ее. Не было у него никакой журналистки, нет ничего, чтобы разделяло их, а все проблемы, что еще хранятся в душе, они решат. Теперь она в этом не сомневается.

- Эни, малыш, в чем дело? – спрашивает он тихо, заглядывая ей в глаза. Аня улыбнулась сквозь слезы.

- Поехали домой. – попросила она тихо. У Маркуса брови взлетели вверх, он собирался что-то возразить, но она умоляюще прошептала. - Пожалуйста, котик.

Маркус улыбнулся и покачал головой.

- Интересно, где вас учат одним взглядом пресекать все возражения?! – произнес он с насмешкой, Аня легонько поцеловала его в уголок рта.

- Ну, не сердись. – попросила она смущенно, ей было неловко, что она всех сначала взбаламутила, а теперь пошла на попятную.

- Да ладно тебе. Ты же знаешь, я только из-за тебя поехал в эту деревню. – отмахнулся он. Аня уткнулась ему в плечо, не зная, куда деться от стыда за свои капризы. Она и так порядком достала Маркуса за весь период беременности. Аня сама понимала, что порой невыносима, но ничего не могла с собой поделать. Вторая беременность была какой-то сумасшедшей - бесконечные истерики, слезы, токсикоз, раздражительность и еще этот бешенный сексуальный голод во втором триместре. Ей даже становилось стыдно за свои желания и приставания к мужу. Но Маркуса, казалось, ничего не смущало, за что Аня была ему вдвойне благодарна.

- Знаю, поэтому мне и не по себе, просто... не знаю, как объяснить, но я хочу домой. – попыталась она объяснится.

- Эни, хочешь домой, значит - поедим домой! Какие проблемы? – нетерпеливо поинтересовался он, а потом добавил. - Только для матери придумай что-нибудь, а то она обидится.

Аня кивнула.

- Ты - чудо! - прошептала она и чмокнула его в губы. Маркус закатил глаза и, положив руку ей на поясницу, подтолкнул к машине, где их встретили удивленными взглядами.

Аня кашлянула, а потом, опустив глаза, начала выдумывать велосипед, сгорая от стыда под насмешливым взглядом мужа.

- Я не очень хорошо себя чувствую, поэтому мы возвращаемся домой. – сообщила она.

Мэтт довольно заулыбался, радуясь, что теперь не придется тащится в какую-то деревню, а Мэгги обеспокоенно посмотрела на невестку.

- Эни, как ты себя чувствуешь? - спросила она с волнением.

- Терпимо. - виновато ответила Аня и взглянула в зеркало. Маркус разве что не хохотал в голос. Нахмурившись, женщина отвернулась к окну и всю дорогу смотрела вдаль, вновь возвращаясь к своему сну. Она думала обо всем, что привиделось ей, и видела в этом знак, что нужно менять многое в отношениях с мужем. Не стоит держать в себе прошлое и делать вид, что ничего не было, ибо когда-нибудь нарыв вскроется, и неизвестно, чем это может обернуться. Она точно знала, что они преодолеют любые невзгоды, потому что была непоколебимо уверенна в своих чувствах к этому мужчине, также как и в его к ней, но все же не стоит доводить до крайностей. В их жизни их было слишком много. Пора делать из них выводы и жить, не оборачиваясь каждый раз назад, а идти вперед, помня о том, что было.

Домой они приехали уже ближе к вечеру. Аня действительно чувствовала себя не очень хорошо. Спину тянуло, но она списывала это на длительную поездку. Мегги, словно наседка, кудахтала вокруг нее, но как ни странно, это не раздражало, а, напротив, было приятно. Маркус с Мэттом куда-то исчезли сразу же по приезду. Напившись чая с мятой, Анна отправилась к себе в спальню, где под шум телевизора тихонечко засыпала. Но тут зашел Маркус, и сон словно рукой сняло.