На крыльях любви - Вергелис Н. А. - Страница 19

— Премного благодарен, — подозрительно мягким голосом проговорил Лео. — Ты продумала все до мелочей. А может, есть что-то, о чем ты еще не успела мне поведать? Так давай выкладывай.

— Нет, я ни о чем не забыла.

Алекс почувствовала себя гораздо увереннее. Вопреки ее ожиданиям Лео воспринял новость достаточно спокойно. Правда, она еще не сказала ему о своем посещении Фионы…

— Вот только я не успела договориться о времени, когда мы все там появимся. Но я это уточню и чуть позже дам вам с Фионой знать. Хорошо?

Лео издал довольный смешок.

— Э… видишь ли, тут возникает небольшая проблема. Моя дорогая Фиона может отказаться ехать на бал. Обидно, конечно, — он с деланной грустью помотал головой. — Я не сомневаюсь, что она бы с радостью согласилась принять участие в этом мероприятии, но…

— И правильно делаешь, что не сомневаешься, — прервала его Алекс, не замечая издевки в его голосе. — С твоей невестой проблем нет. Фиона уже дала свое согласие — при условии, что там не будет ее ужасной мамаши Этель, конечно.

— Что-о?

До Алекс стало доходить, что она слишком рано возрадовалась, слишком оптимистично восприняла его спокойствие.

— Чего ты орешь? — запоздало всполошилась она.

— Ты что, на полном серьезе хочешь сказать… — От гнева его красивое лицо исказилось.

— Да успокойся же! Какая муха тебя укусила? — затараторила Алекс. — Да, я сегодня ездила в Гемпшир и встретилась с Фионой. И мы с ней прекрасно поладили. Тебе следовало бы радоваться, а ты…

— С чего бы это мне, интересно, радоваться? — взвился Лео. — Да ты просто… просто… глупая, взбалмошная девчонка! Чего ты суешь нос в чужие дела? Что, своих не хватает?

— Эй, Гамильтон, погоди! Я вижу, тебе безумно нравится строить из себя крутого. Так вот, пора посмотреть правде в глаза: не так-то ты крут на самом деле. Я тебя раскусила. Ты решил, что легко обведешь меня вокруг пальца, уговорив невесту держаться подальше от настырной журналистки, так ведь? Именно поэтому я и отправилась к ней сегодня — чтобы опередить тебя. — Теперь голос Алекс звучал уже язвительно. — Если бы тебя интересовало мое мнение, то я бы сказала, что Фиона просто идиотка, если согласилась выйти замуж за такого… ловеласа, как ты. В толк не возьму, с чего она решила, что ее будущий супруг — сама невинность и непогрешимость. Да ты же известный Казанова и…

— Как ты смеешь говорить со мной в таком тоне?! — взревел Лео. — И прекрати называть меня Казановой, слышишь?

— Ой-ой, обидели мальчика! По словам Джеймса Босуэлла — а уж он-то все знает наверняка, — девицы встают в длиннющие очереди, чтобы провести с тобой ночь.

— Ах так?. — с угрозой в голосе протянул Лео — Прекрасно. Значит, мне нечего терять…

Позже Алекс никак не удавалось восстановить точную последовательность событий, которые произошли дальше Лео, конечно, классный фехтовальщик, но такой реакции она от него не ожидала.

Только что девушка в расслабленной позе сидела в кресле, а через секунду — нет, через сотую долю секунды — сильные руки подняли ее в воздух, и она приземлилась на диване в другом конце комнаты Она и пискнуть не успела, как оказалась припечатанной к диванным подушкам длинным мускулистым телом Лео.

— Все, с меня довольно, — проговорил он, глядя в ее перепуганное лицо, — я слишком долго терпел Подумать только — восемь лет! Самое время вытащить эту занозу.

Алекс наконец обрела дар речи:

— К-какую з-занозу? О чем… о чем ты говоришь?

— Я говорю о нас, о тебе и обо мне, — выдохнул он так тихо, что Алекс едва расслышала его слова, но переспросить не успела, потому что Лео запечатал ее рот поцелуем.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

— Поторапливайся, Алекс, Майк Тэннер справлялся о тебе десять минут назад. Хочу предупредить: наш главный редактор вышел на тропу войны.

— Великолепно. Только этого мне не хватало для полного счастья, — пробормотала Алекс, лихорадочно засовывая бумаги в папку. — Не знаешь, зачем я ему понадобилась?

— Прости, дорогая, не имею ни малейшего представления, — пожала плечами Лиззи и снова уставилась в экран монитора. — Что-то у меня сегодня мозги совсем не варят. Как тебе заголовок «Непорочный порок»?

— Не ахти. — Алекс ободряюще улыбнулась подруге и через огромную шумную комнату поспешила к Майку.

Зря торопилась: сквозь стеклянную стену офиса Тэннера она увидела, что шеф, оживленно жестикулируя, беседует с редакционным юристом. Но когда он заметил Алекс, то вскинул обе руки с растопыренными пальцами, что означало «жду вас через десять минут».

Алекс вернулась к своему столу, ловко лавируя между суетливыми, вечно спешащими куда-то журналистами.

Ругая себя на чем свет стоит за вчерашнее поведение, она порылась в сумочке в поисках аспирина, которым два дня назад ее снабдила Тэсса. Господи! Неужели прошло всего два дня? Никогда в жизни за какие-то сорок восемь часов у нее не случалось столько событий!

Алекс выпила аспирин и, уткнувшись лбом в ладони, с омерзением вспоминала прошлый вечер.

Тогда, на диване, Алекс принялась отчаянно брыкаться, но быстро поняла, что сопротивление бессмысленно — она попала в плен мощных мужских рук. Язык Лео с силой раздвинул ее губы, а потом и зубы. Он словно решил наказать свою жертву. Наказать поцелуем.

И она сдалась. Время перестало существовать, все часы в мире разом остановились, а поцелуй все длился и длился. Наконец Лео оторвался от ее губ и посмотрел ей прямо в глаза.

Потрясенная, напрочь лишившаяся дара речи, Алекс плотно сжала веки, чтобы не дать пролиться слезам бессилия, грозившим хлынуть наружу. Но все-таки успела заметить в зеленых глазах Лео замешательство, смятение и… изумление. Словом, в них как в зеркале отразились те чувства, что бурлили и в ней самой. Алекс услышала, как Лео тихо чертыхнулся, и вдруг ощутила удивительно ласковое прикосновение — медленным движением Лео отвел с ее лба прядь волос.

Потом он вновь склонил к ней голову, и у Алекс вырвался слабый протестующий стон. Не сразу до ее затуманенного сознания дошло, что он начал слизывать с кончиков ее ресниц слезы, то и дело касаясь губами ее дрожащих губ. На сей раз поцелуи были легкими, нежными, манящими, сулящими блаженство.

Алекс и сама толком не поняла, как это случилось, но ее губы сами собой приоткрылись и жадно приняли в себя его язык, тело подалось вперед, а все ощущения сосредоточились на тяжелом мускулистом теле, которое пригвоздило ее к диванным подушкам.

Внезапно Лео разжал объятия, перекатился на бок и встал с дивана. Алекс заставила себя разлепить веки и с удивлением увидела, что Лео стоит у камина, поставив ногу на бронзовую решетку, и задумчиво смотрит на языки пламени.

Только теперь до нее дошел весь ужас того, что только что могло произойти, не прерви Лео поцелуй. Щеки ее вспыхнули ярче пламени в камине, сердце забухало где-то у горла, и Алекс, больше всего на свете желая немедленно провалиться сквозь землю от стыда, крепко сжала зубы, чтобы не застонать в полный голос.

Что ей теперь делать? Чем оправдать свое поведение? — лихорадочно размышляла она. Как назло, все, что приходило на ум, только осложнило бы более чем нелепое положение, в котором они с Лео оказались. Но не лежать же на этом чертовом диване до скончания века! Алекс сделала глубокий вдох и вскочила на ноги.

В огромной комнате царила тяжелая, вязкая — оглушающая! — тишина.

— Я… мне очень жаль… прости, — выдавила она наконец хриплым шепотом и вспыхнула до корней волос, осознав, что твидовая юбка задралась на ней чуть ли не до пупка.

Лео по-прежнему стоял к ней спиной. Он должен понять, что Алекс не всегда ведет себя так развязно, подобное поведение ей вовсе не свойственно! Со своими многочисленными поклонниками она держалась отстраненно-прохладно, не допускала никаких вольностей — и вот на тебе! Пять минут назад в ней вспыхнула самая настоящая страсть.

— Прости, — снова пробормотала она, нервно одергивая юбку и засовывая шелковую блузку за корсаж. — Я. я совсем не такая, честное слово.