Отрок. Все восемь книг (СИ) - Красницкий Евгений Сергеевич - Страница 278

Значит, вернулся сержант домой из "горячей точки", весь из себя крутой, под землю лезть не захотел, а подался к «браткам», которые, может быть, эту же шахту или рудник «крышевали». Возможно, поднялся из рядовых «быков» в бригадиры или еще как-то карьеру сделал. Руководить он явно умеет и организаторские способности есть. Вроде бы, гипотеза не противоречит известным фактам, но в качестве окончательной, принимать ее подождем. Например, непонятно, как он в Питер к Максиму Леонидовичу попал? «Припекло» на родине, или лечиться после тяжелого ранения приехал? Впрочем, не важно, главное, что ЗДЕСЬ оказался.

С сержантским кругозором, бандитским опытом организации и бабкиными рассказами о ГУЛАГовском прошлом родного края. Что, кроме концлагеря он ЗДЕСЬ создать мог? Округа, на которой сидел смотрящим Иона — аналог сельскохозяйственных лагерей, снабжавших продовольствием производственные, в том числе, и горнодобывающие. Значит, производство у него спрятано за Горкой.

Что за горка такая? По словам Ионы можно понять, что это не одна гора, а какая-то протяженная возвышенность, вдоль которой можно долго идти. Водораздел? Скорее всего, так. Водораздел между бассейнами Горыни и Случи. По берегу Горыни ратнинская сотня, в тревожное время, гоняет дозоры, значит, хозяйство боярина Сан Саныча убрано от Горыни так же далеко, как и от Случи.

Крепко пьет. Ну, это я и раньше подозревал, Иона только подтвердил. Непонятные песни поет — русский шансон, наверно. Проблемы со здоровьем, разрыв с Нинеей, и надежда на примирение, причем, по ее инициативе. Припадки буйства вперемешку с депрессией. Пожалуй, не зря я Гитлера вспомнил. Тот тоже под конец сильно болел, хоть и не пил, и надеялся на какое-то чудо. Сан Саныч надеется на то, что Нинея без него не обойдется. Уже обошлась! Нашла замену — Мишку из рода Лисовинов!

Что ж еще-то? Что-то я такое услышал… Да! Кресты поотнимали, велели класть требы отцу богов Сварогу. Дурак, ты, Сан Саныч, или истории не знаешь…".

— Михайла! — Вывел Мишку из задумчивости голос Алексея. — Все вызнал, что хотел? А то обедать пора.

— Нет, не все, но можно потом продолжить.

— Хорошо, потом и продолжим. Стерв, давай-ка его обратно в погреб, потом еще побеседуем. Слушай, Михайла, объясни-ка, чего ты вызнать хотел? Зачем тебе это все: глаза, брови?…

— Я понять хотел: что он за человек, как может в ответ на наш набег поступить?

— И что, понял?

— Кажется, понял, только бесполезно это. Если бы боярин Журавль сам решал, но у него советники есть, и он к ним прислушивается.

— А если бы сам?

— Я думаю, что рассвирепел бы, поднял бы всех, кого мог и погнал бы на нас.

— Не меньше тысячи, а то и полторы…

— Дело не в числе, дядь Леш, а в расстоянии — в лесах иначе, чем в степи воюют. В удобном месте можно малой силой большое войско задержать и подмоги дождаться. Можно все время наскоками беспокоить, мешать вперед продвигаться, еще много всякого. Ты думаешь волыняне на нас малыми силами ходили? Поговори с дедом, он тебе расскажет, почему волыняне никогда не ходили через Горынь в наших местах, а либо севернее — ниже слияния Горыни и Случи, либо южнее — от Пересопницы?

Во-первых, через Горынь в верхнем течении переправляться трудно — берега крутые, течение сильное. Во-вторых, переправившись придется идти, чуть не сотню верст, по лесам, болотам, через множество мелких речек. А потом еще и через Случь переправляться, только тогда дорога на Туров откроется. В низовьях Горыни тоже болота, но зато переправа только одна нужна и ближе к Турову получается. А от Пересопницы можно и в туровские земли идти, и в киевские. Через Случь, все рано переправляться придется, но в тех местах она узкая.

Ратнинская сотня всегда успевала подойти и где-то дорогу или переправу перекрыть, где-то налететь неожиданно и обозы разбить. Бывало, что часть вражеской силы за собой в лес увлекала, а там уж… понятно, в общем. Главное — время и расстояние, чтобы врагу ущерб нанести, а то и назад повернуть заставить. А здесь? Боярину Журавлю только через болото переправиться, а дальше один или два перехода до Нинеиной веси. Ничего не успеем.

— А! Невелика разница. — Алексей махнул рукой. — Половцы так же воюют. Налетают, отбегают, опять налетают. Степь только кажется ровной, а на самом деле, там мест для засад полно, даже и для конных. И дороги в степи есть, как попало не пойдешь, только от водопоя к водопою. Все, как всегда, тот, кто местность лучше знает, у того и преимущество. А теперь подумай, Михайла. Боярин Журавль силы копит, сведения о наших местах собирает, холопов его люди потихоньку мутят (мне Корней говорил, что среди холопов шепотки нехорошие ходят), а мы почти ничего не знаем и ни к чему не готовы. Это дело?

— А еще он ведун сильный — с духами воевал! — добавил, до того сидевший молча, Стерв.

— Да не те это духи! — с досадой поправил Мишка. — В тех местах так сарацин называют. Обычные люди, только мусульмане. — Поймав на себе недоверчиво-настороженный взгляд Алексея, Мишка счел необходимым объяснить: — Не сердись, дядь Леш, когда одновременно и у священника, и у волхвы учишься, чего только в голове не помещается! Бывает, самому удивительно делается.

— Ну-ну. Так что же делать будем? Ждать, когда Журавль на нас налетит, или, все-таки, сами его пощупаем?

— Еще разок туда сходить надо — поглубже. — Предложил Стерв.

— Погодите. Давайте я сначала со слов Ионы чертеж земли сделаю, сколько выйдет. Будем, хотя бы, знать, где, да что. С дедом посоветуемся, с Нинеей еще можно… наверно, если она захочет.

— Добро. — Алексей поднялся с завалинки. — Собираем сведения, советуемся, готовимся и… отроков учим. Ох и морока с этой учебой, но надо!

Мишка сидел на своем месте в трапезной и, без особого аппетита, поглощал ужин. Голова пухла от мыслей. С одной стороны обширное поле для гипотез и предположений дал сегодняшний допрос Ионы, с другой, сильно беспокоило положение дел с учебой и дисциплиной. Самое интересное, что обе проблемы, так или иначе, замыкались на Нинею. Волхва, наверняка знала о боярине Журавле достаточно много, но ни разу своими знаниями не поделилась, даже не намекнула об их наличии. И новобранцев она, конечно же, как-то обработала, перед отправкой в Воинскую школу.

Следствием чего являлись недисциплинированность и нерадивость? Привыканием к новой обстановке, как считал Алексей, отсутствием интереса, как утверждал Стерв, или нинеиным воздействием? Скорее всего, и то, и другое, и третье разом. Возможно, есть и четвертое, и пятое… придется разбираться и находить "противоядие".

Перед обедом, за ненадлежащее поведение во время молитвы, в марш-бросок вокруг острова был отправлен один десяток новобранцев. Опричникам даже особенно и подгонять их не пришлось, но когда выяснилось, что кормить нарушителей не будут, новобранцы попробовали устроить хай. Дмитрий с двумя своими десятками угомонил их быстро, но перед ужином в забег пришлось отправлять уже два десятка!

Опричники были готовы вразумлять и этих, но Алексей решил подстраховаться и встретил нерадивых после забега в компании Глеба и Немого, верхом и с кнутами в руках. Предусмотрительность старшего наставника не подвела — три кнута оказались серьезным подспорьем в процессе охлаждения страстей. Причем, настолько серьезным, что опричники Дмитрия уже сидели в трапезной, а провинившиеся десятки наматывали уже четвертый круг вокруг острова, и было похоже на то, что круг этот не последний.

"Нет, все-таки без Нинеи не обошлось. Странно, конечно, она же заинтересована в том, чтобы ребята выучились как следует, но с первой-то полусотней таких проблем не было! Может быть она меня так проверяет — справлюсь или не справлюсь? Нет, слишком просто. Да и не станет она так мелко гадить, есть тут что-то другое. Другое, другое… Мотивация! У первого набора мотивация мощнейшая — выбор между холопством и статусом воинского сословия, а что заложила в умы мальчишкам Нинея? И ведь не спросишь, блин. Наверняка, не скажет. И что ж, в таком случае, будем делать? Да все то же самое: воздействие на объект управления, анализ реакции объекта на воздействие, корректировка по результатам анализа, новое воздействие. Рано или поздно, я Нинеину установку вычислю, а там уж найду средство повернуть все по-своему".