Восставший из ада - Диксон Олард - Страница 9

Похоже, в эротических фантазиях своего детства Бауэр подстерегал свои жертвы и набрасывался на них, срывая одежду.

— Действительно, почему бы мне не раздеться, — повторяя его слова, попыталась отвлечь его внимание Джулия.

— Тогда в чем дело? Давай приступим. — Своей пухлой, с широкими и короткими пальцами, рукой он стал хватать ее за грудь.

Джулия не сумела скрыть, что ей стало противно. Увидев это, он разозлился:

— Ну, что еще? Передумала?

— Прости, лучше не здесь… Давай поднимемся наверх, — Джулия с трудом высвободилась из жарких объятий Бауэра.

— Хорошо, — согласился он, отпуская ее. — Наверх, так наверх.

Они поднялись по лестнице, Джулия отворила дверь в комнату Фрэнка.

— Это же не спальня! — удивился немец.

— А что, кровать нам нужна обязательно? — Джулия попыталась улыбнуться.

— Ну, в общем-то, нет… наверно, — окидывая взором комнату, согласился Бауэр.

— Лично я всегда предпочитаю пол…

— Сама говоришь: «Все когда-то происходит впервые».

— Почему бы тебе не снять пиджак, — предложила Джулия, поворачивая в двери ключ. Она чувствовала, как по спине у нее потекли струйки пота.

— Действительно, почему бы не снять, — и он стянул с себя клетчатый пиджак, сидевший на нем отвратительно.

— А почему бы и тебе не сделать то же самое? — прыгая на одной ноге, он с кряхтением снял брюки и стоял перед ней в рубашке и белых носках.

— Может, и сделаю… — ответила она и увидела Фрэнка, стоявшего за платяным шкафом. Стараясь скрыть страх, она опустила голову и начала расстегивать блузку.

— Знаешь, ты просто прелесть, — посмотрев на Джулию без блузки, тихо сказал Бауэр. — Du bist Wunderbar.

— Неужели? — не поняв, что он там прибавил на своем языке, ответила Джулия и бросила блузку на стул.

— Ты ведь знаешь, что это так, — не отрывая от нее глаз, продолжал Бауэр. — Ты самая прекрасная женщина из тех что, я видел.

Отто стал подходить к ней, но вдруг остановился, выругавшись.

— Что такое? — осведомилась Джулия, бросив взгляд за шкаф.

— Момент! — он повернулся к ней спиной и направился к двери. — Слишком много пива. Мой мочевой пузырь… заставляет о нем думать…

Он взялся за дверную ручку и подергал ее.

— Зачем ты заперла дверь? — Он повернулся к ней в тот момент, когда Джулия наносила ему удар молотком по голове. Молоток соскочил и ударил Бауэра в плечо, дробя ключицу.

— Пожалуйста, не надо! — заголосил он.

Но второй удар достиг цели, с хрустом проломив череп. Третий удар пришелся уже по трупу.

Джулия выронила окровавленный молоток и уставилась на труп, содрогаясь от содеянного. Как могла она это сделать? Как? Это ведь бойня. Настоящая бойня. Во имя чего? О, Боже! Во имя чего?..

Но тут в ее сознании всплыло имя. Одно короткое имя. Для нее оно означало все.

— Фрэнк! — она резко обернулась. Несмотря на то, что она была готова увидеть его, сердце ее ухнуло куда-то вниз, надавив на желудок и вызывая рвоту.

— Не смотри на меня! — предостерег он, медленно подползая на четвереньках к трупу.

Джулия закрыла лицо руками и выбежала из комнаты.

Лицо ее было в слезах, когда она, вбежав в ванную, увидела себя в зеркале. Слезы смешивались с кровью и красноватыми ручейками стекали вниз, повинуясь закону земного притяжения. На нее смотрело чужое лицо. Серое от страха. Глаза ввалились, щеки впали, ноздри дрожали, как у испуганной лани.

Джулия, быстро сбросив одежду, подставила мокрое от пота тело под струю холодной воды.

Умывшись и наспех приведя себя в порядок, Джулия направилась в комнату Фрэнка. Открыв дверь и войдя в комнату, она содрогнулась, увидев кошмарную картину.

— Господи! — воскликнула она, отступая к порогу. На полу, в центре комнаты, лежала обескровленная груда мяса. Это было все, что осталось от Отто Бауэра, и узнать его было невозможно.

— Господи, помоги мне, — прошептала Джулия, отводя глаза от трупа.

— Он тебе не поможет, — эхом отозвался голос Фрэнка. — Он вообще ни на что не годится…

Джулия взглянула в ту сторону, откуда доносился голос и замерла, не в силах вымолвить ни слова.

На нее, одетый в костюм Отто Бауэра, смотрел человек. Человек без кожи. Он смотрел на нее не мигая, глазами, на которых не было век.

— Видишь, — сказал человек, — я снова становлюсь целым. Каждая капля крови, которую ты проливаешь, это плоть для моих костей. Ведь мы оба хотим этого?

Джулия промолчала.

— Иди же сюда, — и человек вытянул вперед руку, от чего белые сухожилия пришли в движение. — Подойди, я хочу прикоснуться к тебе, черт возьми!

Деревянными ногами Джулия сделала два шага вперед, не имея сил сопротивляться. Сопротивляться? Зачем? Это ведь Фрэнк… ее Фрэнк.

— Иди ко мне, дорогая… — произнес Фрэнк. Его окровавленные пальцы коснулись ее щеки.

— Джулия! — услышала она голос вернувшегося Ларри и стук закрывающейся двери.

Отшатнувшись от Фрэнка, Джулия не сразу сообразила, что делать.

Весело насвистывая какую-то мелодию, Ларри еще раз крикнул:

— Джулия! Выходи, где ты прячешься?

Кровь в висках Джулии запульсировала в такт четкой мысли: «Должен быть выход, должен». Она повернула ключ в двери, услышав, что Ларри вошел в ванную, и выглянула. Постояв на пороге и взяв себя в руки, Джулия направилась было по коридору к лестнице, но остановилась. Лицо ее было белым, как мрамор.

— Я звонил тебе, ты разве не слышала? — спросил Ларри из кухни.

Шагнув обратно в комнату, Джулия споткнулась о труп Отто Бауэра. С трудом подняв его, хотя он оказался и легче, чем она ожидала, она затолкала ногой окровавленный молоток под шкаф и вышла на лестничную площадку, торопясь к черному выходу. Там должен стоять контейнер для мусора. «Только бы не упасть, только бы не упасть», — стучало в голове, когда Джулия спускалась, преодолевая повороты узкой железной лестницы.

С трудом свалив труп в мусорный контейнер, уже на грани нервного срыва, Джулия поспешила назад, прошмыгнула в ванную комнату и включила воду.

— Ах, вот ты где! — услышала она голос Ларри за дверью. — Озорница…

— Дорогой, знаешь, мне что-то сегодня нездоровится, — еле нашла в себе силы пролепетать Джулия.

Из-за шума воды, бурной струей вытекающей из крана, Ларри не заметил, что ее голос как-то странно напряжен и срывается.

— Тебе что-нибудь нужно? — осведомился он. — Хочешь бренди? Сейчас принесу.

— Хорошо, дорогой. Я выйду через минуту-другую…

— Ладно. Можешь не торопиться, — пожав плечами, Ларри вернулся на кухню.

Засунув голову под холодную струю, Джулия довольно быстро пришла в себя. Одевшись, она поднялась в комнату Фрэнка.

— Фрэнк! — позвала она.

— Мне больно, — отозвался он, выходя из-за шкафа в окровавленной рубашке. — Нервы… Они снова начинают чувствовать… Мне нужен еще один, может быть двое… — произнес он, сжав зубы от боли.

— Нет! — истерично выкрикнула она. — Хватит!

— Но они гонятся за мной… — в голосе Фрэнка появились умоляющие нотки.

— Кто?

— Кенобиты. Я сбежал от них. Они найдут меня…

— Джулия, ты в порядке? — крикнул Ларри из холла.

— Я сейчас, минуточку! — ответила она, — Включи музыку, пожалуйста.

— Бедный Ларри, — заметил Фрэнк. — Как всегда послушен.

— Не говори громко! — сказала Джулия.

— Не хочешь, чтобы твой «детка» услышал, — криво усмехнувшись, Фрэнк крепко сжал ей руку.

— Мне больно! Отпусти руку! — попыталась вырваться Джулия.

— Ты не обманешь меня, — не слушая ее, проговорил Фрэнк. — Ты останешься со мной и поможешь мне. Тогда мы СМОЖЕМ быть вместе. Как раньше — он шептал, почти касаясь губами волос Джулии. — Мы принадлежим друг другу. Навсегда, чего бы это нам ни стоило. Понимаешь, это как любовь, — он закрутил локон Джулии на палец, — только по-настоящему.

— Мне надо идти!

— Иди. И помни — сначала я, а потом уже Ларри.