Сальватор - Дюма Александр - Страница 205

Войдя в дом, он запер за собой дверь и оказался в полной темноте.

Он на ощупь приблизился к комнатке консьержа.

Дверь комнатки была открыта.

Господин Жерар позвал консьержа, но никто не откликнулся на его зов.

Господин Жерар сделал еще несколько шагов, ногой нащупал первую ступеньку лестницы, поднял голову и позвал своего камердинера.

Ответа не последовало.

– Все набивают брюхо на кухне, – громко сказал сам себе господин Жерар, словно стараясь голосом убедить себя в том, что это именно так.

Тут раздался ужасный удар грома, сверкнула молния, и господин Жерар увидел, что дверь, выходившая в сад, была распахнута точно так же, как и парадная дверь.

– Ох-ох! – прошептал он. – Что все это значит? Можно подумать, что дом покинут всеми.

Он на ощупь прошел через вестибюль, имея возможность увидеть что-либо только в те непродолжительные моменты, когда дом освещался вспышками молний, и увидел, что в людской горел свет.

– А! – сказал он. – Так я и думал! Все эти идиоты собрались именно там!

И с ворчанием двинулся в сторону кухни.

Но на пороге людской он остановился: стол был накрыт для ужина, но в комнате никого не было.

– О! – произнес господин Жерар. – Здесь творится что-то странное.

Взяв лампу, он прошел по коридору в столовую.

Столовая была пуста.

Он обследовал весь первый этаж.

Там не было ни души.

Он поднялся на второй этаж: этаж был так же безлюден, как и первый. Такая же картина предстала его взору и на третьем этаже дома.

Он снова позвал: ответило ему только мрачное эхо.

Проходя мимо зеркала, господин Жерар в страхе отшатнулся. Он был настолько бледен, что испугался собственного отражения.

Медленно, держась рукой за перила, он спустился вниз по лестнице. На каждой ступени ноги его подкашивались. Наконец он очутился в вестибюле. Выйдя на крыльцо, он поднял над головой лампу, чтобы осмотреть лужайку.

Но в тот момент, когда он поднял лампу, порыв ветра загасил свечу.

И господин Жерар снова очутился в полной темноте.

Его охватил безотчетный, но непроходящий страх. В голове у него мелькнула было мысль подняться в свою комнату и забаррикадироваться там, но тут он вскрикнул от ужаса, а ноги его словно приросли к каменным плитам крыльца.

Небо озарилось вспышкой молнии, и при свете этой молнии господин Жерар увидел опрокинутый стол и развевающуюся на ветру, словно саван, скатерть.

Кто же это мог опрокинуть стол на лужайке?

Может быть, господину Жерару все это показалось? Молния так быстро погасла!

Он медленно спустился по ступенькам крыльца, вытирая струящийся по лицу пот, и направился к столу, который виднелся в темноте некой бесформенной массой.

Когда он протянул руку для того, чтобы на ощупь убедиться в том, что едва различал зрением, ему показалось, что земля уходит из-под его ног.

Он быстро отступил на шаг назад.

В это мгновение небо снова осветилось, и господин Жерар увидел у своих ног яму, напоминавшую размерами могилу.

Из груди его вырвалось некое подобие крика. Но это не было человеческим криком: это был одновременно крик изумления и ужаса.

– Нет! Нет! – пробормотал господин Жерар. – Этого не может быть! Мне все это снится!

Затем, поскольку молния не торопилась вывести его из этой неуверенности, он опустился на колени.

Ему показалось, что колени погрузились в свежевырытую землю.

Он пощупал землю рукой.

Зрение не обмануло его: рядом с кучей свежевырытой земли была глубокая яма.

От страха у него застучали зубы.

– О! – произнес он. – Я погиб! Пока меня не было, кто-то нашел яму и отрыл его!..

Протянув руку, он не смог достать дна ямы.

– Труп исчез! – вскричал он.

И тут же прикрыл рот ладонью, словно не давая себе говорить.

Сквозь пальцы послышалось нечто вроде тоскливого рыдания.

Он поднялся на ноги и прошептал:

– Господи, что же делать? Что же мне делать.

Он не мог помешать себе разговаривать вслух.

– Бежать! Бежать! Бежать! – пробормотал он.

И, тяжело дыша, весь покрывшись потом, бросился вперед, не понимая, куда он бежит.

Пробежав десяток шагов, он споткнулся о невидимый в темноте предмет и, сделав несколько шагов, кубарем упал на траву.

Тут послышалось какое-то ворчание. Господин Жерар, уже вскочивший на ноги и готовый продолжить свои бег, резко остановился.

Это ворчание очень походило на стон человека.

Там был какой-то человек. Кто он? Что он тут делает?

Поскольку этот человек был здесь, это мог быть только враг.

Первой мыслью господина Жерара было избавиться от этого человека.

И он стал искать какое-нибудь оружие. Но при себе у него ничего подходящего не было.

Но зато неподалеку находился сарай для садового инструмента.

Господин Жерар бросился к нему, вооружился заступом и вернулся. Как Каин, готовый убить Абеля.

Ему помогла молния. Полностью потеряв голову, он поднял заступ.

– Правильно, добрый мой мсье Жерар, – раздался пьяный голос. – Разгоните этих чертовых мух.

Господин Жерар остановился.

Голос выдавал крайнюю степень опьянения этого человека.

О! – произнес господин Жерар. – Этот бедолага мертвецки пьян!

И отбросил заступ.

– Вы представляете, до чего мерзкие люди эти турки! – сказал человек, приподнимаясь на одно колено и ухватившись за одежду дрожащего всем телом господина Жерара. – Представляете себе, за какого-то десятилетнего мальчишку, которого я убил, хотя и не до конца в этом уверен, меня живьем зарыли в землю. Они намазали мне голову медом, чтобы меня закусали эти чертовы мушки. Но тут, к счастью, появились вы, мой славный мсье Жерар, – продолжал пьяница, в голове у которого сон смешался с явью. – Хорошо, что вы пришли с заступом и отрыли меня из могилы. Ах, наконец-то я на свободе! Черт побери, ну и досталось же мне! Мсье Жерар, добрый мсье Жерар, честнейший мсье Жерар, если я проживу до ста лет, я никогда не забуду той услуги, которую вы мне оказали!

Несмотря на непрекращающееся раскачивание и заплетающуюся речь, господин Жерар узнал одного из своих гостей.

Это был аграрий.

Что он знал? Что он видел? О чем мог вспомнить?

От этого зависела жизнь негодяя.

– Вот это мило! – произнес аграрий. – Куда же, черт возьми, подевались все остальные?

– Это я вас хочу спросить, – сказал господин Жерар.

– Ну уж нет, извините, – возразил аграрий. – Это я у вас хочу спросить. Так где же они?

– Об этом вы должны знать. Ну-ка, постарайтесь припомнить. Что вы делали после моего отъезда?

– Я уже сказал вам, честнейший мсье Жерар, меня терзали пчелки!

– Но до того, как вас начали кусать эти пчелки, вы что-нибудь помните?

– Я вроде как убил какого-то ребенка.

Господин Жерар пошатнулся. Он почувствовал себя на грани обморока.

– Ну вот, – сказал пьяница, – кто из нас двоих не может держаться на ногах?

– Вы, – сказал господин Жерар. – Успокойтесь, я помогу вам уйти отсюда после того, как вы расскажете мне обо всем, что здесь произошло после моего отъезда.

– А, ну да, правильно, – произнес аграрий, – вспомнил… Постойте-ка… За вами пришли по поручению господина Жакаля, чтобы вы смогли посмотреть, как будут лишать головы этого негодяя господина Сарранти.

– Да, – сказал господин Жерар, прилагая все усилия, чтобы выведать хотя бы что-нибудь от этого скота. – А что было после того, как я уехал?

– После вашего отъезда?.. Стойте, стойте, стойте… Ага! Он пришел… молодой человек, которого вы к нам прислали.

– Я, – спросил господин Жерар, ухватившись за эту ниточку, – прислал к вам молодого человека?

– Да. Красивый такой черноволосый парень. В белом галстуке, в черной одежде. Похож на нотариуса, только одет еще получше.

– Он был один?

– Я и не говорю, что он был один. С ним была собака. Ну да, бешеная такая собака! В этот момент я и убежал. Но вся земля дрожала, когда эта чертова собака начала рыть.