Сальватор - Дюма Александр - Страница 148

– И вот, поскольку он дорожил этой табакеркой по одной причине, хотя вы бы дорожили ей по двум причинам, он поведал о своем несчастье хозяину дома, используя все приличествующие случаю слова для того, чтобы сказать ему о том, что вор находится в его доме. Но, к его огромному удивлению, хозяин дома этому сообщению не очень-то и удивился.

– Опишите мне поточнее вашу табакерку, – сказал хозяин моему другу.

Мой друг описал пропажу.

– Хорошо, – сказал хозяин. – Я постараюсь вам ее вернуть.

– Вы, значит, хотите обратиться за помощью в полицию?

– О, нет, что вы! В этом случае вы ее больше никогда бы не увидели. Напротив, никому ничего не говорите о пропаже.

– Но как же вы ее сможете найти?

– Это мое дело. Я все вам расскажу, когда верну вам вашу табакерку.

Спустя восемь дней вельможа приехал с визитом в дом моего друга.

– Это она? – спросил он, протягивая моему другу табакерку.

– Она, – ответил тот.

– Значит, это ваша табакерка?

– Разумеется.

– Тогда заберите ее и никогда больше не кладите на игральный стол. Я понимаю, почему ее у вас украли: она стоит десять тысяч франков.

– Но как, черт возьми, вам удалось ее отыскать?

– Ее взял у вас один из моих друзей: граф такой-то.

– И вы посмели потребовать у него, чтобы он вернул ее?

– Потребовать, чтобы вернул? О, нет! Это сильно ранило бы его самолюбие.

– Так что же вы в таком случае сделали?

– То же, что и он: я ее у него стянул.

– Ах-ах! – произнес господин Жакаль.

– Вы улавливаете сходство, дорогой мсье Жакаль?

– Да. Господин де Вальженез украл Мину у Жюстена…

– Вот именно, а я украл Мину у господина де Вальженеза.

Господин Жакаль втянул носом табак.

– Мне об этом не было ничего известно, – сказал он.

– Да.

– Но почему же господин де Вальженез не пожаловался мне на вас?

– Мы уладили это дело полюбовно, дорогой мсье Жакаль.

– Ну, коль скоро дело улажено… – произнес полицейский.

– По крайней мере до получения нового приказа.

– Тогда не будем больше об этом говорить.

– Не будем. Давайте теперь поговорим о господине Жераре.

– Слушаю вас.

– Так вот, как я вам уже сказал, господин Жерар уже давно покинул этот замок.

– Некоторое время спустя после совершенной господином Сарранти кражи и исчезновения его племянника и племянницы. Это мне известно: об этом говорилось во время слушания дела в суде присяжных.

– Теперь скажите, известно ли вам, каким именно образом пропали племянник и племянница господина Жерара?

– Нет. Вы же знаете, что господин Сарранти упорно отказывался признаться в своем участии в этом деле.

– И он был прав. Потому что, когда господин Сарранти покинул замок Вири, оба ребенка были в полном здравии и мирно играли на лужайке.

– Во всяком случае, он так и сказал.

– Так вот, мсье Жакаль, – сказал Сальватор, – мне известно, что стало с этими детьми.

– Ба!

– Да.

– Скажите же, дорогой мсье Сальватор. Вы меня просто заинтриговали.

– Девочку зарезала ножом госпожа Жерар, а мальчик был утоплен самим господином Жераром.

– С какой же целью? – спросил господин Жакаль.

– Вы забываете о том, что господин Жерар был одновременно опекуном и единственным наследником этих детей.

– О! Что вы такое говорите, дорогой мсье Сальватор! Я не был знаком с госпожой Жерар…

– Которая и не была никогда госпожой Жерар, а просто Урсулой.

– Возможно. Но я знаю самого господина Жерара. Достопочтеннейшего господина Жерара, как все его называют.

И на губах господина Жакаля появилась свойственная только ему улыбка.

– Так вот, – сказал Сальватор, – достопочтеннейший господин Жерар утопил мальчика, а его жена зарезала девочку.

– И вы можете дать мне доказательства этого? – спросил господин Жакаль.

– Безусловно.

– Когда же?

– Немедленно… Если вы, конечно, согласитесь следовать за мной.

– Уж коли я сюда пришел… – сказал господин Жакаль.

– Вы пойдете до конца, не так ли?

Господин Жакаль кивком головы и пожатием плеч выразил свое согласие.

– Тогда пошли, – сказал Сальватор.

И они прошли вдоль стены парка к дому. Всю дорогу Сальватор жестами и голосом сдерживал Брезиля, которого, казалось, влекла к мосту в парке какая-то невидимая и непреодолимая сила.

Глава LXXVI

В которой господин Жакаль сожалеет о том, что Сальватор честный человек

Так они дошли до крыльца замка.

Здание было погружено в абсолютный мрак. Ни в одном из его окон не было света. Было очевидно, что замок пуст.

– Остановимся на секунду здесь, дорогой мсье Жакаль, – сказал Сальватор. – Я сейчас расскажу вам, как все это происходило.

– По вашим предположениям?

– По моей уверенности. Перед нами находится пруд, в котором был утоплен маленький мальчик, а позади нас – погреб, где была зарезана девочка. Начнем с погреба.

– Да. Но для того, чтобы начать с погреба, надо войти в дом.

– Пусть это вас не беспокоит: когда я в последний раз был здесь, я подумал, что рано или поздно, но мне придется сюда вернуться еще раз, и поэтому я взял ключи от входной двери. Давайте войдем.

Роланд хотел было последовать за людьми.

– Тубо, Брезил! – сказал Сальватор. – Сиди здесь, пока тебя не позовет хозяин!

Брезил уселся на задние лапы и стал ждать.

Первым в дом вошел Сальватор.

За ним последовал господин Жакаль.

Сальватор закрыл за ним дверь.

– Вы ведь в темноте видите, как кошка или как рысь, не так ли, мсье Жакаль? – спросил Сальватор.

– Благодаря моим очкам, – сказал господин Жакаль, поднимая их на лоб. – Да, дорогой мсье Сальватор… Я вижу достаточно хорошо. По крайней мере для того, чтобы со мной чего-нибудь не приключилось.

– Ну, тогда следуйте за мной.

И Сальватор свернул в коридор налево.

Господин Жакаль не отставал от него ни на шаг.

Коридор с дюжиной ступенек вел, как мы помним, на кухню. А на кухне был проход в винный погреб, где и произошла та ужасная драма, о которой мы вам уже поведали.

Сальватор, не останавливаясь, прошел через кухню и остановился только перед винным погребом.

– Это здесь, – сказал он.

– Что – здесь? – спросил господин Жакаль.

– Здесь была задушена госпожа Жерар.

– А! Здесь?

– Да. Ведь здесь, Брезил, не так ли? – сказал Сальватор, повысив голос.

Послышался шум приближавшегося вихря: выбив стекло, пес прыгнул в погреб и приземлился у ног своего хозяина и господина Жакаля.

– Это еще что такое? – спросил, отступив на шаг, полицейский.

– Брезил показывает вам, как все это происходило.

– О! – произнес господин Жакаль. – Уж не сам ли Брезил, случаем, задушил бедную госпожу Жерар?

– Он.

– Но в таком случае Брезил – коварный убийца, который заслуживает того, чтобы его отправили на каторгу.

– Брезил – честный пес, который заслуживает, чтобы его наградили призом Монтиона.

– Объяснитесь.

– Брезил задушил госпожу Жерар потому, что она убивала маленькую Леонию. Пес обожал ее. Услышав ее крик о помощи, он примчался ей на выручку. Не так ли, Брезил?

Брезил испустил мрачный и протяжный вой.

– Теперь, – продолжал Сальватор, – если вы сомневаетесь в том, что это произошло именно здесь, зажгите свечу и осмотрите пол.

Господин Жакаль, словно иметь при себе огниво, спички и свечу было обычным делом, вынул из кармана редингота фосфорное огниво и карманный фонарь.

Через пять секунд фонарь уже горел, и его свет заставлял мигать веки господина Жакаля.

Казалось, что, как и для ночных птиц, светом для него была темнота.

– Нагнитесь, – сказал Сальватор.

Господин Жакаль нагнулся.

И увидел на каменном полу красноватое пятно.

Можно было поспорить о том, что это слабо заметное пятно было оставлено кровью. Но господин Жакаль сразу же понял, что это была именно кровь, поскольку отрицать этого он не стал.