Многоярусный мир: Создатель Вселенных. Врата мироздания. Личный космос. За стенами Терры. - Фармер Филип Хосе - Страница 34

— Ив чем же цель вашего путешествия? — спросил Кикаха.

Никто и не подумал бы, что он испытывает к Абиру нечто большее, чем праздный интерес, ибо во время вопроса он горячо рассматривал белокурую красавицу, сидевшую за столом напротив.

— В этом нет никакого секрета, — ответил Абиру. — Владыка Кранзелькрахта, говорят, очень странный человек, но говорят также, что он богаче, чем даже сам Гроссмейстер Тевтонии.

— Я это знаю наверняка, — подтвердил Кикаха. — Я бывал там и видел его сокровища. Говорят, много лет назад он дерзнул вызвать неудовольствие Властелина и поднялся по великой горе на ярус Атлантиды. Он ограбил сокровищницу самого Радаманта и смылся с целым мешком драгоценных камней. С тех пор фон Кранзелькрахт увеличивал свое богатство, завоевывая соседние государства. Говорят, Гроссмейстер этим обеспокоен и думает организовать против него крестовый поход. Гроссмейстер утверждает, что тот, мол, еретик. Но если бы он им был, разве Властелин не поразил бы его давным-давно молнией?

Абиру склонил голову и коснулся лба кончиками пальцев.

— Пути Властелина неисповедимы. Кроме того, кто, кроме Властелина, знает истину? В любом случае, я везу своих рабов и определенные предметы в Кранзелькрахт. Я ожидаю получить огромную прибыль со своего предприятия, и те рыцари, которые достаточно храбры, чтобы разделить опасности со мной, приобретут много золота, не говоря уже о славе.

Абиру замолк, чтобы отпить вина. Кикаха шепнул Вольфу:

— Этот человек такой же лжец, как и я. Он намерен использовать нас как охрану, чтобы добраться до Кранзелькрахта, который находится неподалеку от подножия монолита. Потом он заберет Хрисеиду и рог в Атлантиду, где ему должны отвалить за них целый дом золота и алмазов, если, конечно, его игра не идет дальше и глубже, чем я в данный момент полагаю.

Он поднял свою кружку и долгое время пил или делал вид, что пьет.

С треском опустив кружку на стол, он заявил:

— Будь я проклят, но Абиру мне кого-то напоминает! У меня возникло такое чувство, когда я увидел его в первый раз, но потом был слишком занят, чтобы думать об этой загадке. Теперь же просто уверен, что видел его прежде.

Вольф ответил, что в этом нет ничего удивительного. Сколько лиц он перевидел за свои двадцатилетние странствия?

— Может, ты и прав, — пробормотал Кикаха. — Но я не думаю, что было какое-то шапочное знакомство. Я, безусловно, хотел бы соскрести его бороду.

Абиру поднялся и, извинившись, вышел из-за стола, сказав, что настал час молитвы Властелину и его личному божеству Тартартару. После совершения обрядов он вернулся. Фон Элгерс жестом подозвал двух ратников, приказал им сопровождать гостя до его покоев и позаботиться о безопасности. Абиру поклонился и поблагодарил его за заботу. От Вольфа не ускользнуло намерение, стоявшее за вежливыми словами барона. Тот не доверял хамшему, и Абиру знал это. Фон Элгерс, несмотря на опьянение, отлично сознавал, что происходит, и замечал все из ряда вон выходящее.

— Да, ты прав насчет барона, — подтвердил его мнение Кикаха. — Свое положение он занял не потому, что поворачивался к врагам спиной. Постарайся скрыть свое нетерпение, Боб. У нас впереди долгое ожидание. Прикинься пьяным, сделай несколько пасов дамам. Тебя сочтут ненормальным, если ты этого не сделаешь. Но не вздумай уйти с какой-нибудь. Мы должны оставаться на виду друг у друга, чтобы суметь удалиться вместе, когда придет нужное время.

Глава XIII

Вольф выпил достаточно, чтобы ослабить напряженные нервы. Он даже начал болтать с госпожой Алисон, женой барона Венцельбрихта Марча. Темноволосая и голубоглазая женщина величавой красоты, она носила облегавшее белое парчовое платье с таким низким вырезом, что вполне бы могла быть довольной, видя его возбуждающее действие на мужчин. Но она не переставала ронять веер и поднимала его сама. В любое другое время Вольф был бы счастлив нарушить с ней свой сексуальный пост. Было очевидно, что никаких затруднений у него бы не возникло. Леди была польщена, что великий фон Вольфрам заинтересовался ею. Она слышала о его победе над Лаксфальком. Но Роберт мог думать только о Хрисеиде, которая должна находиться где-то в замке. Никто не упомянул о ней, а он сам не посмел заикнуться. И все же его язык чесался от такого желания. Несколько раз он ловил себя на том, что вопрос вот-вот сорвется с его языка.

Вскоре — и как раз в самое нужное время, поскольку он не мог больше пропускать мимо ушей смелые намеки госпожи Алисон, не оскорбляя ее, — ему пришел на выручку Кикаха. Он привел с собой мужа Алисон, чтобы дать Вольфу резонный предлог покинуть ее. Позже Кикаха поведал, что уволок фон Венцельбрихта от другой женщины под тем предлогом, будто жена потребовала, чтобы супруг подошел к ней. Кикаха с Робертом ушли, предоставив отупевшему от пива барону объяснять супруге, что именно ему от нее понадобилось. Поскольку ни он, ни его жена этого не знали, у них должен был произойти интересный и наверняка озадачивающий разговор.

Вольф жестом предложил Фунему Лаксфальку присоединиться к ним. Все трое, прикинувшись пьяными, направились, пошатываясь, в туалет. Как только они скрылись из поля зрения сидевших в пиршественном зале, тут же поспешили вперед по коридору, удаляясь от своей предполагаемой цели. Спутники без помех одолели четыре лестничных марша. Вооружены они были только кинжалами, так как являться на пир при мечах и в доспехах считалось оскорблением. Вольф, однако, сумел отвязать длинный шнур от штор в своих покоях. Он обмотал его под рубахой вокруг талии.

— Я подслушал, как Абиру говорил со своим помощником Рамнишем, — сказал идишский рыцарь. — Они говорили на торговом языке х’вайжум, не зная, что я путешествовал по реке Гузирит в районе джунглей. Абиру спросил Рамниша, выяснил ли уже, куда фон Элгерс забрал Хрисеиду. Рамниш ответил, что потратил немало золота и времени на разговоры со слугами и часовыми. Все, что он смог выяснить, она находится в восточной стороне замка. Гворлы, кстати, сидят в подземной темнице.

— Зачем было фон Элгерсу отбирать Хрисеиду у Абиру? — не понял Вольф. — Разве она не собственность Абиру?

— Может быть, у барона имеются касательно ее некоторые замыслы, — предположил Кикаха. — Если она такая необыкновенная и прекрасная, как ты говоришь...

— Мы должны найти ee!

— Не горячись. Найдем. Ого, в конце коридора часовой. Продолжайте идти к нему, пошатываясь чуть посильнее.

Часовой поднял копье, когда они закачались перед ним. Вежливым, но твердым голосом он сообщил им, что они должны идти обратно. Барон запретил всем, под страхом смерти, проходить дальше.

— Ладно, — произнес заплетавшимся языком Вольф.

Он начал поворачивать, а затем внезапно прыгнул и схватился за копье. Прежде чем пораженный охранник смог испустить крик, его стукнули о дверь и с силой прижали к горлу древко копья. Вольф продолжал давить на него.

Глаза караульного выскочили из орбит, лицо побагровело, затем посинело. Минуту спустя он рухнул замертво. Идше уволок тело дальше по коридору и втолкнул в комнату. Вернувшись, он доложил, что спрятал труп за большим сундуком.

— Очень жаль, — весело отозвался Кикаха. — Он мог быть милым парнем. Но если нам придется вырываться с боем, на пути будет одним меньше.

У покойника, однако, не имелось ключа, чтобы отпереть дверь.

— Вероятно, фон Элгерс — единственный человек, у кого он есть. Мы поднимем большой тарарам, добывая у него ключ, — сказал Кикаха. — Ладно. Пойдем в обход.

Он повел их обратно по коридору. Они отыскали незапертую комнату и вылезли через ее высокое, заостренное кверху окно. За карнизом находилась серия выступов, камней, вырезанных в форме голов дракона, бесов, кабанов. Украшения были размещены отнюдь не для того, чтобы обеспечивать легкий подъем, но храбрый или отчаянный человек вполне мог взобраться. В пятидесяти футах под ними в свете факелов с подъемного моста тускло поблескивала поверхность рва. К счастью, луну закрыли густые черные облака, не давая людям внизу увидеть влезавших.