Многоярусный мир: Создатель Вселенных. Врата мироздания. Личный космос. За стенами Терры. - Фармер Филип Хосе - Страница 127

Он переключился на третью ракету и поместил ее как раз над дверьми. Затем он положил пенал управления и очки рядом с собой и сказал Шуптарпу, что собирается делать дальше. Тевтон счел эту идею безумной, но согласился помочь ее реализовать. Они подняли талоса и поволокли тело, весившее, наверное, пятьсот фунтов, вверх по лестнице. Они протащили его по коридору в проход между полями детекторов и прислонили к дверям, а затем поспешно, но осторожно отступили на этаж ниже.

Быстро оглядевшись, Кикаха вновь надел очки. Он опустил ракету над дверями, расположил ее сбоку от сидевшего талоса и швырнул ракету на шлем-голову талоса. Удар сломал ракету, и поэтому он не мог наблюдать за ее действиями. Но он быстро послал наверх другую и установил ее над дверями. Талое упал именно так, как хотелось Кикахе. Его голова и плечи оказались в поле детектора. В центре управления должна была дико зазвенеть сигнализация.

Ничего не произошло. Двери не открылись. Он ждал долго, но настал момент, когда Кикаха не смог больше выносить напряжения. Хотя было существенно важно держать ракету на посту над дверями, он отправил ее на пол, а затем снова переключился на ракету в центре управления. Он не видел ничего, кроме задней стенки пульта, и ничего не слышал. Сигнализация не завывала — ее, должно быть, отключили. Колокольники не разговаривали и не издавали ни звука, хотя он включил усиление сигнала.

Кикаха снова переключился на ракету перед дверью. Двери были закрыты, так что он вернулся к ракете в центре. По-прежнему не было слышно ни звука.

Что происходит? Неужели они выжидают, чтобы он первым бросился в атаку?

Он вернулся к ракете в центре и послал ее по полу в сторону стены. Она медленно поднялась по стене, участок на фут перед ней был ясно виден, а дальше все становилось нечетким. Он собирался ее завести под потолок, а потом опустить, надеясь, что увидит Колокольников раньше, чем те увидят ракету. Ракету можно использовать для убийства, разогнав как пулю, но ее нужно приблизить к врагу, иначе оператор не успеет ее нацелить точно, и дичь извернется. Если Колокольник закричит и выдаст звуком свое местонахождение, то Кикаха сумеет послать в него ракету, прежде чем Колокольник успеет сбить ее из лучемета. Шанс поразить противника был слабым, но Кикаха был готов ухватиться и за него.

Он привел ракету приблизительно туда, где должен находиться пульт управления. Ракета опустилась прямиком до пола, ничего не обнаруживая. Затем она поднялась и покружила, не засекая Колокольников. Он расширил территорию поисков. Конечно, Колокольники могли заметить ракету и отойти за пределы ее видимости и слышимости. Это не имело смысла, если они хотели держать оператора ракеты занятым, пока один или двое отправятся из центра на его поиски. Они, вероятно, не знали, как действует ракета, но должны были понимать, что радиус ее передачи ограничен и что оператор должен находиться сравнительно недалеко.

Кикаха велел Шуптарпу быть особенно бдительным, ожидая появления Колокольников на лестничной площадке, и не забыть применить нейтронные гранаты, если возникнет такая необходимость. Не успел он закончить инструкции, как Шуптарп заорал. Кикаха был так поражен, что невольно вскинул руку. Пульт управления полетел прочь, так же как и Кикаха. Срывая очки, он в то же время катился и катился, чтобы сбить прицел каждому, кто мог выстрелить по нему. Он понятия не имел, что заставило тевтона закричать, но не собирался сидеть смирно, отыскивая взглядом источник тревоги.

Направленный в него луч опалил ковер. Он ударил из неожиданного места, с противоположного конца коридора. Из-за угла высовывалась голова и рука, державшая лучемет. К счастью, Шуптарп выстрелил, как только увидел Колокольника, и поэтому тот не смог направить луч прицельно. Колокольник шмыгнул обратно. На таком расстоянии эффективность лучемета значительно снижалась. На коротком расстоянии он мог прожечь тридцатисантиметровую сталь и за секунду изжарить человека. Но сейчас он был способен только вызвать ожог третьей степени или ослепить, если попадет по глазам.

Шуптарп отступил к первым ступенькам лестницы, где и укрылся за кучей талосов. Кикаха побежал прочь по коридору, остерегаясь того, кто может выскочить с ближайшей стороны. Один или оба Колокольника из центра прошли через врата в другую часть дворца и устроили атаку с фланга. Либо один, либо оба отправились через врата куда-то еще — очевидно позвать на помощь других Колокольников.

Выругавшись, Кикаха круто повернул и побежал обратно к брошенным очкам и пульту управления. Колокольник на противоположном конце высунул голову поблизости от пола и выстрелил. Шуптарп, находившийся под более тупым углом по отношению к Колокольнику, так как он был на лестнице, ответил своим лучом. Кикаха тоже выстрелил. Колокольник убрался прежде, чем направлявшиеся над ковром лучи успели пересечься. Там, где ударяли лучи, несгораемый ковер расплавился.

Три гранаты остались у баронета, не было времени рискнуть и сбегать за ними. Кикаха подхватил коробку, очки, круто повернулся и стремглав бросился назад по коридору. Он ожидал, что в конце кто-то появится, и поэтому был готов шмыгнуть в ближайшую дверь. Когда он оказался в двух дверях от конца коридора, он увидел высовывающуюся из-за угла голову. Он нажал на спуск лучемета, водя лучом по плинтусу, а затем вверх к углу. Голова, однако, отдернулась назад прежде, чем луч попал в нее. Кикаха пригнулся у стены и выстрелил мимо угла, надеясь, что какая-то часть энергии рикошетом ранит спрятавшегося за углом Колокольника. Крик показал, что он кого-то напугал или подпалил.

Кикаха усмехнулся и спрятался в дверном проеме прежде, чем Колокольники испробуют тот же трюк на нем. Собственно, радоваться было нечему, но он не мог не испытывать чувства варварского веселья, когда ему удавалось лишний раз одурачить врага.

Глава XXI

Комната, в которую он отступил, оказалась сравнительно небольшой. Во дворце имелись сотни подобных. Они служили в основном для хранения бесценных произведений искусства. Обставлены они были со вкусом, словно в комнате жили или часто ее посещали.

Кикаха быстро огляделся, отыскивая врата, поскольку во дворце их было столько, что он смог запомнить лишь малую часть. Однако он не заметил ничего похожего.

Он натянул очки, делая это с огромной неохотой, так как они оставляли его слепым и глухим к тому, что происходит в коридоре. Кикаха переключился на ракету в центре управления. Она все еще находилась в воздухе, описывая круги в соответствии с его последним приказом. В радиусе ее действия не появлялся ни один Колокольник. Затем Кикаха переключился на ракету перед дверьми и повел ее вниз по лестничному пролету. Чем ближе она подлетела к нему, тем лучше становилась передача звука и изображения.

Шуптарп не давал вылезти Колокольникам в противоположном конце. Кто бы там ни был, именно они являлись непосредственной опасностью. Он послал ракету под потолок и за угол. Там притаились три Колокольника, все с ручными лучеметами. Лицо одного из них было багровым, словно от солнечного ожога. К троице приближались еще два Колокольника, толкая перед собой грависани. На них стоял мощный лучемет. Его луч можно было послать за угол, чтобы он рикошетил от стен и держал врага на расстоянии, в то время как другие будут стрелять из ручных лучеметов. Под прикрытием их огня большой лазер вытолкнут из-за угла, и его мощности хватит на всю длину коридора. Он сожжет или расплавит все на своем пути.

Кикаха не колебался. Увеличив скорость, он отправил ракету к человеку, толкавшему сани справа. Изображение смазалось от скорости, а затем экран потемнел. Ракета вонзилась в тело Колокольника и попала во что-то твердое и разрушилась от удара. Кикаха снял со спины контейнер, извлек следующую и послал ее из комнаты под потолком. Внезапно один Колокольник выпрыгнул из-за угла. Он стрелял и орал от страха, а может, надеялся привести противника в замешательство. Колокольник увидел ракету и поднял лучемет. Кикаха увеличил ее скорость. Экран померк. Ракета либо вошла в тело, либо разбилась о стену. Хотя не исключено, что ее сбил лучом Колокольник.