Возвращение - Паолини Кристофер - Страница 138

Роран даже толком заметить не успел, как были подняты якоря, сброшены сходни, а под ногами у него загремел барабан, задавая ритм гребцам. Медленно-медленно корабль повернулся вправо, в сторону открытого моря, и, набирая скорость, двинулся к выходу из гавани.

Роран последовал за Джоадом на квартердек; отсюда было хорошо видно, что на берегу сейчас настоящий ад — пламя поглотило все, что было способно гореть, на узкой полосе между городской стеной и морем. Сквозь дымовую завесу солнце, всходившее над городом, казалось плоским, закопчённым, кроваво-оранжевым диском.

«И скольких же я убил сегодня?» — с тоской подумал Роран.

Словно читая его мысли, Джоад печально заметил:

— Сегодня много невинных людей пострадает…

Чувство вины заставило Рорана ответить с куда большей запальчивостью, чем ему хотелось:

— А что, ты предпочёл бы оказаться сейчас в тюрьме лорда Ристхарта? Не думаю, что этот пожар нанесёт городу такой уж большой ущерб. Да и те, кто пострадает на пожаре, все же не погибнут, а вот мы бы непременно погибли, если б попали в руки солдат!

— К чему ты все это говоришь, Роран? — с лёгким раздражением заметил Джоад. — Я и сам прекрасно понимаю, что мы были вынуждены так поступить. Но не жди, что я стану прыгать от радости, зная, что мы спаслись ценой стольких бед, причинённых невинным людям.

К полудню весла убрали, и судно, постанывая такелажем, летело под парусами, подгоняемое попутным ветром с севера.

Корабль был жутко перегружен, но Рорану почему-то казалось, что если всех разместить правильно, то им удастся добраться до Сурды с минимальными неудобствами. Самой значительной проблемой он считал то, что значительную часть продуктов они отправили за борт, а стало быть, чтобы избежать голода, придётся распределять еду мизерными порциями. К тому же при такой тесноте недолго и болезням вспыхнуть.

После того как Утхар произнёс краткую речь, призывая сохранять на борту строжайшую дисциплину, беглецы занялись делами, требовавшими немедленного внимания: заботами о больных и раненых, сортировкой своих жалких пожитков, устройством спальных мест и так далее. Нужно было также решить, кто будет готовить пищу, кто под руководством Утхара станет матросом — в общем, распределить корабельные обязанности.

Роран помогал Илейн натягивать гамак, когда рядом вдруг вспыхнул яростный спор. Родители юной Оделе ругались с моряком Фруином, который, ясное дело, дезертировал из команды Торсона, чтобы не расставаться со своей возлюбленной. Оделе и Фруин хотели пожениться, но родители девушки противились этому и кричали, что у парня нет ни дома, ни надёжной профессии, ни денег даже на самые жалкие свадебные подарки, не говоря уж о выкупе невесты. Роран попытался заступиться за влюблённых — все равно их было совершенно невозможно разделить, пока они на судне, битком набитом людьми, но родители Оделе так и не пожелали прислушаться к его доводам. Разозлившись, Роран спросил у них:

— И как же вы намерены поступить? Или вы её в трюме запрете? Ведь Фруин уже доказал ей свою преданность… — И тут с верхушки грот-мачты послышался крик:

— Раззаки!

Не раздумывая, Роран выдернул из-за пояса молот, резко повернулся и бросился вверх по трапу через носовой люк, оцарапав себе на бегу щеку. На квартердеке уже собралась группа беглецов с Хорстом во главе.

Кузнец молча показал Рорану в сторону берега.

Один из чудовищных крылатый «коней» раззаков плыл над береговой линией, подобно рваной тени. На спине его виднелся чёрный силуэт всадника. Вид этих чудищ и ночью, и при дневном свете неизменно вызывал у Рорана ужас. Он даже вздрогнул, ибо крылатый монстр издал чудовищный рык, а затем над водой разнеслось громкое шипение раззака:

— Не с-с-спешите! От нас-с-с вам никуда не уйти! Роран бросил взгляд на баллисту, но её невозможно было развернуть так, чтобы прицелиться в нависшего прямо над ними раззака.

— Лук у кого-нибудь есть? — крикнул он.

— Есть, — откликнулся Балдор и, опустившись на одно колено, стал натягивать тетиву. — Прикройте меня.

И собравшиеся на палубе люди обступили его тесным полукругом, закрыв своими телами от злобного взгляда раззака.

— Почему они не нападают? — недоуменно пробурчал Хорст.

Рорана тоже это удивляло; он огляделся в поисках объяснения, но ничего особенного не заметил. Объяснение предложил Джоад:

— Мне кажется, для них сейчас слишком светло. Раззаки предпочитают охотиться ночью. Насколько мне известно, их крылатые твари вообще неохотно покидают свои убежища, пока солнце высоко в небе.

— Это верно, но есть и ещё одна причина, — вставила Гертруда. — Они наверняка боятся морских волн.

— Чего же им волн на такой высоте бояться? — усмехнулся недоверчиво Хорст.

— А ты посмотри внимательно: они ведь в основном над берегом кружат!

— Гертруда права, — поддержал старую целительницу Роран и подумал: «А что, эту их слабость вполне можно использовать против них!»

И тут раздался голос Балдора:

— Я готов!

По его сигналу люди, окружавшие его плотным кольцом, разом отпрыгнули в стороны, открывая цель, Балдор вскочил на ноги и одним быстрым движением спустил тетиву и выстрелил.

Выстрел был поистине великолепный! Раззак находился на пределе дальности полёта стрелы — гораздо дальше любой цели, которую, по мнению Рорана, мог поразить лучник из большого лука, — и все же Балдор взял верный прицел. Его стрела поразила летящего монстра в правый бок. Раззак испустил жуткий вопль, так что в рубке повылетали все стекла, а камни на берегу, наверное, превратились в щебень. Роран закрыл уши ладонями, пытаясь уберечь их от этого чудовищного крика. Продолжая пронзительно орать, раззак резко развернулся и полетел в сторону гор, скоро исчезнув из виду.

— Ты убил его? — спросил Джоад. Лицо его было бледно.

— Боюсь, что нет, — ответил Балдор. — Только ранил, похоже.

А подоспевший Лоринг заметил радостно:

— Зато как следует ранил! Ишь как он от боли-то вопил! Теперь они, небось, не сразу решатся на нас напасть, сперва подумают!

Но Роран мрачно глянул на старика и сказал:

— Отложи свои восторги на потом, Лоринг. Это ещё не победа.

— Но ведь мы их прогнали, верно? — вмешался Хорст.

— Ну и что? Зато теперь слуги Империи точно знают, где мы находимся.

И на палубе воцарилось угрюмое молчание — теперь все поняли, отчего Роран не рад случившемуся.

ДЕТСКИЕ ЗАБАВЫ

— А вот это, — сказала Трианна, — последний узор, который мы придумали. Насуада приняла из рук колдуньи чёрную кружевную вуаль и пропустила её сквозь пальцы, любуясь тонкой работой. «Ни один человек на такое не способен!» — думала она, с удовлетворением глядя на ряды коробок, в которых хранились образцы многочисленных узоров тех кружев, что ныне плели с помощью магии в тайном обществе колдунов Дю Врангр Гата.

— Прекрасно! — воскликнула Насуада. — Гораздо лучше, чем я рассчитывала. Передай своим чаровницам, что я в высшей степени довольна их работой, которая так важна для всех варденов.

Услышав похвалу, Трианна поклонилась и с улыбкой сказала:

— Я непременно передам им твои слова, госпожа моя.

— А они уже…

Какая-то возня у дверей не дала ей досказать. Она услышала крики охраны. Потом — вопль боли. Потом — звон стали в коридоре… Насуада в испуге отпрянула от дверей, выхватывая из ножен кинжал.

— Беги, госпожа! — воскликнула Трианна и встала перед дверью, закрыв собой Насуаду. Времени она, впрочем, не теряла и тут же засучила рукава, обнажив белые руки и готовясь творить заклятия. — Беги через дверь для слуг!

Но Насуада не успела сделать ни шагу: дверь распахнулась, и в ноги ей бросилось какое-то маленькое существо, сильно ударив её под колени. Падая на пол, Насуада успела заметить, что какой-то блестящий серебристый предмет просвистел в воздухе над тем местом, где она только что стояла, и с глухим стуком вонзился в дальнюю стену.