Тайна моего мужа - Мориарти Лиана - Страница 64

Ей было просто чертовски грустно.

Глава 46

– Привет! – объявила Фелисити.

Тесс улыбнулась ей. Она ничего не могла с собой поделать. Точно так же ты машинально благодаришь полицейского, когда он протягивает тебе квитанцию за превышение скорости, которую ты не хочешь и не можешь оплатить. Она машинально обрадовалась при виде Фелисити, потому что любила сестру и та чудесно выглядела. А еще в последние дни столько всего произошло, и ей хотелось поделиться.

В следующее мгновение она все вспомнила, и потрясение и боль от предательства обожгли ее заново. Вспыхнуло желание налететь на Фелисити, сбить с ног и колотить ее, царапать и кусать. Но благовоспитанные женщины из среднего класса вроде Тесс так себя не ведут, особенно в присутствии своих впечатлительных малолетних детей. И она ничего не сделала – только облизала замаслившиеся после горячих крестовых булочек губы и сдвинулась вперед на стуле, вцепившись в подол пижамной футболки.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она.

– Я прошу прощения, что вот так… – Голос подвел Фелисити, она попыталась прочистить горло и продолжила сипловато: – Явилась без предупреждения. Не позвонив.

– Да, пожалуй, лучше бы ты позвонила, – заметила Люси.

Тесс понимала, что ее мать изо всех сил пытается принять грозный вид, но выглядит скорее расстроенной. Несмотря на все то, что она наговорила про Фелисити, Люси явно любила племянницу.

– Как твоя лодыжка? – спросила Фелисити у тети.

– А папа тоже приедет? – вмешался Лиам.

Тесс выпрямилась. Фелисити встретилась с ней взглядом и поспешно отвернулась. Вот так-то. Спрашивайте Фелисити. Она точно знает, какие у Уилла планы.

– Он скоро будет, – сообщила Фелисити Лиаму. – А я вот надолго не задержусь. Я просто хотела сначала кое о чем поговорить с твоей мамой, а затем мне пора будет ехать. Я… э… вообще-то, улетаю.

– А куда? – спросил Лиам.

– Собираюсь в Англию. Хочу отправиться на эту замечательную прогулку, от побережья к побережью[15]. А затем поеду в Испанию, в Америку – ну, в общем, меня довольно долго не будет.

– А в Диснейленд ты поедешь? – спросил Лиам.

Тесс уставилась на Фелисити:

– Ничего не понимаю.

Они что, с Уиллом вдвоем собрались в романтическое путешествие?

На шее Фелисити проступили красные лихорадочные пятна.

– Мы можем с тобой поговорить?

– Идем. – Тесс встала.

– Я тоже пойду, – заявил Лиам.

– Нет, – возразила Тесс.

– Посиди тут со мной, милый, – предложила Люси. – Давай поедим шоколада.

Тесс отвела Фелисити к себе в спальню – только здесь дверь запиралась. Они остановились у кровати, глядя друг на друга. Сердце Тесс грохотало. До сих пор она и не догадывалась, что можно целую жизнь смотреть на любимых людей вскользь и вполглаза, как будто намеренно затуманивая себе взгляд, пока не произойдет что-нибудь подобное – и тогда один вид этого человека начнет внушать страх.

– Что происходит? – спросила Тесс.

– Все закончилось, – сообщила Фелисити.

– Закончилось?

– Ну, на самом деле ничего так и не началось. Как только вы с Лиамом уехали, все попросту…

– Оказалось не таким уж волнительным?

– Можно, я сяду? – попросила Фелисити. – У меня ноги подкашиваются.

У Тесс тоже дрожали колени.

– Конечно. – Она пожала плечами. – Садись.

Садиться тут было некуда, кроме как на кровать или на пол. Фелисити опустилась на ковер, скрестив ноги и прислонившись спиной к комоду. Тесс устроилась напротив, опираясь на кровать.

– Все тот же ковер, – заметила Фелисити, опустив руку на сине-белый ворс.

– Угу.

Тесс посмотрела на стройные ноги и тонкие запястья Фелисити. Она вспомнила маленькую толстую девочку, которая на протяжении всего их детства так часто сидела точно в такой же позе на том же самом месте. С пухлого личика сияли красивые зеленые миндалевидные глаза. Тесс всегда знала, что внутри, как в ловушке, заперта принцесса фей. Возможно, ей и нравилось быть в ловушке.

– Ты отлично выглядишь, – заметила Тесс.

По какой-то причине ей нужно было это сказать.

– Не надо, – отозвалась Фелисити.

– Я не пыталась ни на что намекнуть.

– Знаю.

Несколько мгновений они просидели в тишине.

– Ну, рассказывай, – наконец предложила Тесс.

– Он в меня не влюблен. Не думаю, что здесь вообще была какая-то любовь. Так, мимолетное увлечение. Честно говоря, вся эта история была довольно убогой. Я сразу поняла. Как только вы с Лиамом вышли за дверь, я поняла, что ничего так и не произойдет.

– Но… – Тесс беспомощно развела руками. Ее накрыла волна унижения. Все события последней недели казались настолько глупыми.

– Для меня-то это не было мимолетным увлечением, – уточнила Фелисити и вскинула подбородок. – Для меня все было по-настоящему. Я люблю его. Я годами его любила.

– В самом деле? – бестолково переспросила Тесс, хотя не так уж удивилась.

Возможно, она всегда это знала. Не исключено, что ей даже нравилось подмечать любовь Фелисити к Уиллу. Так он становился еще более желанным, причем не подвергаясь никакой опасности. Ведь он же ни за что не смог бы увлечься Фелисити. Неужели Тесс никогда толком не видела двоюродную сестру? Неужели она, как и все остальные, замечала лишь ее полноту и не более того?

– Но все эти годы, – выговорила Тесс. – Проводить с нами столько времени. Должно быть, это было ужасно.

Как будто она считала, что жир Фелисити смягчал остроту ее чувств. Как будто, по ее мнению, Фелисити должна была точно знать и мириться с тем, что ни один нормальный мужчина не может ее полюбить! И при этом Тесс убила бы всякого, кто произнес бы это вслух.

– Это были всего лишь чувства, – пояснила Фелисити, собирая между пальцами ткань штанины. – Я понимала, что он считает меня просто другом. Я знала, что нравлюсь Уиллу. Что он даже любит меня – как сестру. Этого хватало, чтобы проводить с ним время.

– Тебе стоило… – начала Тесс.

– Что? Сказать тебе? Но как я могла? И чем бы ты могла помочь, кроме как пожалеть меня? Что мне действительно следовало сделать, так это уйти и начать жить собственной жизнью, вместо того чтобы оставаться твоим верным толстым прихлебателем.

– Я никогда о тебе так не думала! – возмутилась уязвленная Тесс.

– Я и не говорю, что ты обо мне так думала. Скорее, я сама воспринимала себя твоим прихлебателем. Как будто только худые могут жить настоящей жизнью. Но потом я скинула вес и начала замечать, что мужчины смотрят на меня. Я знаю, хорошим феминисткам не должно нравиться, когда нас вот так обезличивают. Но если ты никогда такого не испытывала, это похоже, я не знаю – на кокаин. Я была в восторге. Я казалась себе такой могущественной. Как в тех фильмах, где супергерой впервые открывает в себе сверхспособности. А затем я задумалась, задалась вопросом, не получится ли теперь у меня сделать так, чтобы Уилл меня заметил, как все остальные мужчины, – и тогда, ну, тогда… – Она осеклась.

Она увлеклась собственной историей и забыла, что излагает ее не самому подходящему слушателю. Тесс не разговаривала с Фелисити всего лишь несколько дней, а вот Фелисити много лет не могла поделиться с Тесс самым важным, что было у нее на уме.

– И тогда он тебя заметил, – закончила за нее Тесс. – Ты опробовала свои сверхспособности, и они сработали.

Фелисити самоуничижительно пожала плечами, но даже этот жест у нее получился изящным. Надо же, как изменились теперь все ее манеры! Тесс была уверена, что никогда не видела этого кокетливого движения – в нем даже чудилось что-то французское.

– Думаю, Уилл так устыдился, почувствовав, как его, ну, сама понимаешь, слегка влечет ко мне, что сам себя убедил, будто влюблен, – продолжила рассказ Фелисити. – Стоило вам с Лиамом уехать, как все изменилось. Думаю, он утратил интерес ко мне, едва ты вышла за порог.

– Едва я вышла за порог… – повторила Тесс.