Побег к смерти - Квентин Патрик - Страница 10

Когда менеджер ушел, она сказала:

— Мне кажется, с меня будет вполне достаточно прожить здесь до ленча, к тому же мой самолет в Мехико-сити летит завтра. Мистер Холлидей и молодожены тоже возвращаются, так что гостиничная машина будет полна. А если опять вызвать этого типа из Мериды, это обойдется еще в пятьдесят песо. Вы не можете подбросить меня?

— Конечно, могу. Мне будет очень приятно ваше общество.

— Спасибо.

Миссис Снуд подошла к ночному столику и взяла «Убийство по ошибке».

— Интересно?

— Не знаю. Это книга Деборы.

— Вы читаете ее?

— Нет.

— Не возражаете, если я ее возьму? Не могу заснуть без чтения, а здесь совсем нет английских книг.

— Конечно, не возражаю. Возьмите.

Миссис Снуд засунула книгу под мышку и приветливо посмотрела на меня.

— Вы очень милый молодой человек. Вы мне нравитесь. От всей души желаю вам счастья.

Я улыбнулся ей.

— Со мной все будет о'кей.

— Вероятно, вы ничего не знаете о ее родственниках?… Я так говорю потому, что надо бы их известить.

— Ее отец в Перу. Археолог.

— А где в Перу?

— Не знаю.

— А еще что-нибудь?

— Во всяком случае мне неизвестно.

— Она не сказала, куда она собиралась поехать отсюда?

— В Мехико-сити. Но мне неизвестно, есть ли там у нее знакомые. Миссис Снуд пожала плечами.

— Что ж, это не ваша забота. Я думаю, что полиция все разыщет. Бедняжка! Как все это ужасно! — Однако она оставалась верной своей натуре. — Что же, я побегу. Сейчас идет экскурсия, а мне бы не хотелось ее пропустить.

Она быстро ушла, держа под мышкой книгу в яркой обложке.

Я остался один и вспомнил, что Дебора дала мне ключ от своей комнаты. Мои подозрения были все еще достаточно сильными, поэтому мне было любопытно посмотреть, что там у нее есть. Я вышел на террасу. В главном здании отеля никого не было видно. Я вошел в комнату Деборы.

Меня тронул царящий здесь беспорядок. В беспорядке есть что-то юное и оптимистическое, очевидно потому, что человек считает, что у него еще будет достаточно времени, чтобы во всем навести порядок. Белое вечернее платье, в котором она была вчера вечером, перекинуто на спинке стула. Предметы туалета — кстати, их оказалось не так уж много — запиханы в один из ящиков туалетного стола. Ящик был открыт. Все атрибуты туалета — духи, кольд-крем, щетка — свалены в кучу. Там же был и фотоаппарат. Чемодан из парашютного шелка стоял в ногах накрытой постели, из плохо закрытого чемодана торчало белье и чулки.

Это все, что он нее осталось: несколько поношенных платьев и чемодан.

Я тщательно обыскал всю комнату. Не нашел ничего необычного. Нет никаких намеков, откуда она приехала или что собиралась делать в Мехико-сити. Когда я просматривал ее скудный багаж, мне вдруг пришла к голову мысль: а что, сама Дебора оставила комнату в таком беспорядке, или кто-то другой рыскал здесь после?

Конечно, никакого ответа на этот вопрос я получить не мог, но мои подозрения скорее увеличились, чем уменьшились. Они не покидали меня все утро, когда за неимением лучшего способа провести оставшееся время я ходил вокруг развалин, стараясь держаться подальше от компании экскурсантов. Подозрения не покинули меня и тогда, когда пришло время возвращаться в Мериду.

Я ехал с миссис Снуд вслед за машиной менеджера и экскурсионной машиной. Я боялся, что ее болтовня будет раздражать меня, однако, как это ни странно, наоборот, она подействовала на меня успокаивающе. С чувством такта, которого я никак от нее не ожидал, она в своей болтовне совсем не касалась Деборы, а запрягла неисчерпаемую тему: историю своей собственной жизни, рассказывала о покойном мистере Снуде, каким уважением он пользовался в Ньюарке, о своих двух дочерях. Одна из них вышла замуж за государственного служащего из Албани, другая — очаровательная образованная девушка, на последнем курсе у Барнарда, у нее уже есть кавалер, тоже очаровательный и образованный молодой человек, и он уже издал один коротенький рассказ. От ее болтовни повеяло чем-то домашним, как от кукурузной лепешки. Это несколько нейтрализовало яркое тропическое сияние Юкатана.

Все три машины встретились у отеля «Юкатан». Молодожены сразу вошли в отель, а мистер Холлидей и миссис Снуд захотели пойти в полицию как дополнительные свидетели. Мы все уселись в машину менеджера и поехали к большому колониальному зданию, которое, возможно, когда-то было чьим-то дворцом, а теперь в нем расположилась меридская полиция.

Мы предстали перед важным господином. Он сидел за огромным письменным столом, на котором стояло две чернильницы. Ни Холлидей, ни миссис Снуд, ни я не разговаривали по-испански. Менеджер (очевидно, его в этом деле волновала репутация отеля больше, чем что бы то ни было) давал показания первым. Затем он перевел мой подробный отчет о том, что произошло во время нашего с Деборой пребывания у сенота. Стенограф записывал наши показания и отпечатал их на машинке, чтобы мы могли подписать их. Холлидей и миссис Снуд дали более короткие показания, подтверждающие наши слова.

Затем менеджер сообщил нам, что полиция немедленно выезжает на место и предпримет все меры, чтобы достать труп. В заключение он высказал свои сожаления по поводу того, что наша поездка была несколько омрачена, и говорил нам, что подобных прецедентов у них никогда до этого не случалось. Если полиция сочтет это желательным, он готов оградить забором весь сенот.

— Власти, — сказал он, — склонны рассматривать нас как случайных свидетелей трагедии и не собираются задерживать нас в Мериде для каких бы то ни было дальнейших формальностей.

Ничто не должно нарушать планы американских туристов! И так повсюду.

Лично мне такое поспешное будничное завершение дела о смерти Деборы показалось ужасным. Возникло желание выпалить им мои аморфные подозрения и потребовать дальнейшего расследования. Но полицейский офицер с равнодушным видом ковырял в зубах. Миссис Снуд и Холлидей что-то забеспокоились, очевидно, торопились поскорее уйти. У меня не было абсолютно никаких данных, которые хотя бы отдаленно напоминали доказательства, подтверждающие мои подозрения. Да ведь и сама Дебора все время отрицала, что ей угрожает какая-то опасность. При подобных обстоятельствах у меня не было никакого права задерживать всех остальных на неопределенное время. Кроме того мне хотелось поскорее завершить свои дела в Мехико-сити и возвратиться к Айрис в Нью-Йорк.

И когда Холлидей сказал:

— Как насчет того, чтобы вернуться в отель? — я ответил:

— Что ж, я готов.

По дороге к машине я старался уверить себя, что сделал все, что можно было от меня ожидать. Но, к сожалению, я не был в этом полностью убежден.

Какое-то внутреннее чувство говорило мне, что я предаю Дебору Бранд.

Глава 6

Подъехав к отелю «Юкатан», менеджер гостиницы с облегчением распрощался с нами и укатил. Миссис Снуд и Холлидей поднялись в свои комнаты, чтобы переодеться. Я остановился у стола дежурного посмотреть, нет ли писем от жены. Писем не было, но, передавая мне ключ от комнаты, клерк сказал:

— Я вижу, ваш друг догнал вас вчера, сэр?

— Какой друг?

Он кивнул в сторону лестницы, по которой поднимались миссис Снуд и Холлидей.

— Американский джентльмен, мистер Холлидей.

— Холлидей? — Я изо всех сил старался придать своему голосу обычную интонацию. — Разве он меня вчера спрашивал?

— Он приехал из аэропорта в тот момент, когда вы с юной леди уезжали в Чичен. Он увидел, как вы поехали, и спросил, куда это вы собрались. Я сказал ему. Он сказал мне, что вы старые друзья.

— О да, конечно, — подтвердил я.

Я пошел вдоль пышно цветущего тропического патио. Значит, вчера, совершенно не зная меня, Холлидей расспрашивал о моих передвижениях и выдал себя за моего старого приятеля. Наконец-то мои подозрения обрели какую-то определенную почву. Холлидей был в аэропорту, когда Дебора прилетела туда из Бальбоа. Он приехал в отель на несколько минут позже нее и увидел, как мы с ней уехали на моей машине. Очевидно, он гнался за ней от самого аэродрома, а мое имя использовал только в качестве прикрытия.