Гарри Поттер (сборник 7 книг) (ЛП) - Роулинг Джоан Кэтлин - Страница 168

Тут из старого носка дяди Вернона выкатился вредноскоп, закрутился на месте, засверкал и пронзительно засвистел металлическим свистом. У Живоглота шерсть встала дыбом.

- Совсем забыл про него. - Гарри нагнулся и поднял вредноскоп. - Я же сам его засунул в носок, а носки эти я не ношу.

Вредноскоп вертелся и свистел на ладони, кот выгнул спину дугой и грозно зашипел.

- Сейчас же убери своего кота, Гермиона, а то я за себя не отвечаю, - отчеканил Рон, сидя на кровати и потирая ушибленную ногу.

Гермиона подхватила Живоглота - он желтым глазом злобно глядел на Рона - и вышла из спальни.

- Спрячь ты эту штуку, - попросил Рон.

Гарри сунул вредноскоп в носок, а носок запихал на самое дно чемодана. В комнате воцарилась тишина, только Рон пыхтел от боли и злости. Короста съежилась у него в руках. Гарри давно ее не видел, и сердце у него зашлось от жалости: крыса похудела и осунулась, кое-где вылезла шерсть.

- Она что-то совсем зачахла, - заметил Гарри.

- Не зачахла бы, не будь тут этого рыжего недоумка. Это у нее стресс.

Гарри промолчал. Обычные крысы живут только три года, вспомнились ему слова хозяйки волшебного зоомагазина. Короста была, видно, лишена волшебной силы и, стало быть, жить ей осталось совсем недолго. А Рон, хоть и жалуется, что Короста ему надоела и толку от нее чуть, все равно любит ее.

Друзья встретились в гостиной. В это Рождество им было невесело. Гермиона заперла кота в спальне и дулась на Рона: как не стыдно, хотел пнуть Глотика ногой. Рон все еще кипел: Живоглот опять чуть не съел его крысу. Гарри взялся мирить их, но махнул рукой и стал изучать свой подарок. Гермиона почему-то дулась и на метлу, ничего не говорила, но поглядывала на нее с недоверием, как будто и метла невежливо обошлась с ее любимцем.

Наступило время обеда, и друзья спустились в Большой зал. Факультетские столы опять отодвинуты к стенам; посреди зала один общий стол, на котором накрыто на двенадцать человек За столом уже сидят Дамблдор, МакГонагалл, Снегг, Стебль, Флитвик и завхоз Филч в старомодном поношенном фраке вместо обычной коричневой куртки, двое робких первоклашек и мрачного вида слизеринец-пятикурсник

Гарри, Рон и Гермиона подошли к столу.

- Веселого Рождества! - поздравил их Дамблдор и добавил: - Нас мало, и мы решили, что глупо сидеть за разными столами. Садитесь, мы вас ждем.

Друзья все трое уселись на дальнем конце стола…

- Хлопушки! Берите, Северус. - Дамблдор протянул Снеггу большую серебряную.

Снегг неохотно протянул руку. Дернул ее за шнурок, хлопушка взорвалась, и в руке у Снегга очутился островерхий колпак на верху которого красовалось чучело грифа.

Гарри и Рон с улыбкой переглянулись. Снегг изобразил корявое подобие улыбки и передал колпак Дамблдору, Дамблдор тут же нахлобучил его вместо своей обычной шляпы волшебника.

- Ну, что вы? Угощайтесь! - Дамблдор с сияющей улыбкой оглядел сидящих.

Едва Гарри протянул руку к блюду с жареным картофелем, как дверь в зал снова открылась и вплыла - по-другому не скажешь - профессор Трелони. На ней было длинное зеленое платье, расшитое блестками, в нем она еще больше походила на стрекозу-переростка.

- Сивилла! Вот так сюрприз! - воскликнул Дамблдор и привстал.

- Я глядела в магический кристалл, господин директор, - ответила Трелони мистическим, потусторонним голосом. - И к своему вящему удивлению, увидела себя: я покидаю свое одинокое убежище и спускаюсь к вам. Разве могу я бросать вызов судьбе? И я поспешила сюда. Прошу вас простить мне опоздание…

- Ну, разумеется, какой разговор?.. - У Дамблдора в глазах заплясали лукавые огоньки. - Позвольте начертать вам стул.

И директор на самом деле начертал в воздухе волшебной палочкой стул, он медленно завертелся, повисел немного и приземлился между Снеггом и МакГонагалл. Трелони, однако, не села, она обвела сидящих взглядом огромных глаз и вдруг вскикнула:

- Я не смею, профессор! Если я сяду, нас будет тринадцать. Не забывайте: когда вместе обедают тринадцать человек, кто первый встанет, тот первый умрет.

- Давайте, Сивилла, забудем сегодня эту примету, - нетерпеливо ответила МакГонагалл. - Садитесь скорее, индейка остынет.

Профессор Трелони немного помедлила, смежила веки, поджала губы и опустилась на стул с таким видом, как будто предвидела - стол сейчас поразит молния. Профессор МакГонагалл тотчас запустила разливную ложку в ближайшую супницу.

- Не желаете супу с потрохами, Сивилла? - спросила она.

Трелони как не слышала. Открыла глаза и снова оглядела присутствующих

- А где же любезный профессор Люпин?

- Ему опять нездоровится, - ответил Дамблдор и жестом пригласил всех начинать трапезу. - Бедный Люпин, надо же заболеть на Рождество!

- Вы, конечно, знали об этом, Сивилла? - спросила МакГонагалл, подняв брови.

Трелони бросила на соседку ледяной взгляд.

- Разумеется, знала, Минерва. Но не в моих правилах выставлять напоказ всеведение. Обычно я себя веду так, словно у меня нет Третьего глаза. Зачем волновать людей?

- Это многое объясняет.

- Должна сказать, Минерва, - в голосе Трелони вдруг пропала потусторонность, - профессор Люпин недолго пробудет с нами. И кажется, он сам знает, что время его на исходе. Я как-то предложила ему поглядеть в магический кристалл, так он просто сбежал…

- Его можно понять, - сухо отозвалась МакГонагалл.

- Едва ли профессору Люпину в ближайшее время что-то грозит, - вмешался Дамблдор приветливым, но все же слегка повышенным голосом, что положило конец пререканиям профессоров. - Северус, вы ведь сварили ему еще одну порцию зелья?

- Да, господин директор.

- Вот и прекрасно! Стало быть, он скоро поправится. Дерек, вы еще не пробовали свиных сарделек? Попробуйте, очень рекомендую, - обратился Дамблдор к первокурснику.

Тот отчаянно покраснел и дрожащими руками приблизил к себе миску с сардельками.

До самого конца пиршества Трелони вела себя вполне сносно. Сидели за столом еще два часа, Гарри и Рон в рождественских колпаках из хлопушек перепробовали все кушанья Они первые встали из-за стола, и профессор Трелони громко вскрикнула:

- Мои дорогие! Кто из вас встал первый?

- Не знаю. - Рон смущенно глянул на Гарри.

- По-моему, это не имеет никакого значения, - холодно заметила профессор МакГонагалл. - Если только за дверью не стоит сумасшедший с топором, готовый отрубить голову первому, кто выйдет в холл.

Все, даже Рон, засмеялись. Трелони была оскорблена до глубины души.

- Ты идешь? - спросил Гарри Гермиону.

- Нет, - буркнула Гермиона. - Мне надо поговорить с профессором МакГонагалл.

- Наверное, хочет нагрузить себя еще уроками, - зевая, сказал Рон по дороге в холл.

Сумасшедшего с топором в холле не было. На портрете у входа в гостиную Гриффиндора сэр Кэдоган праздновал Рождество с парой монахов, своим толстым пони и двумя-тремя предшественниками Дамблдора. Сэр Кэдоган поднял, забрало шлема и поприветствовал друзей кружкой, полной меда.

- Веселого Рождества!.. Ик!.. Пароль?

- «Подлый трус!»

- Вам того же, сэр! - крикнул рыцарь, и проем открылся.

Гарри поднялся в спальню за новой метлой и набором для ухода за метлами, который Гермиона подарила ему в день рождения. Спустившись вниз, он тщательно осмотрел «Молнию»; нет ни одного сломанного прутика, и древко блестит так, что и полировать не надо. Гарри отложил набор и стал с Роном просто любоваться метлой. Скоро дверной проем отворился и вошла Гермиона, за ней профессор МакГонагалл.

МакГонагалл была деканом Гриффиндора, но в гостиную факультета захаживала редко. Гарри видел ее только раз, она тогда пришла с очень неприятным известием. Гарри и Рон, держа в руках «Молнию», глядели на нее не без удивления. Гермиона обошла их, села за стол, взяла первую попавшуюся книгу и спрятала в нее лицо.

- Это и есть та самая метла? - спросила МакГонагалл, подозрительно глядя на «Молнию». - Мисс Грэйнджер только что сообщила мне, что вам, Поттер, подарили метлу.