Книга 1. Путь меча - "Heathen" - Страница 93

Оглядевшись, он поднял с земли фонящий чужой маной амулет. Сильный след магии эльфов, интересная безделушка. Немного поколебавшись, положил его в карман. Жаль, что нельзя использовать как накопитель родственной энергии, хотя, при случае, возможно на что-то и сгодится.

Ветер игриво тронул волосы незнакомца, стоящего в центре узкой улочки. Спутанные черные пряди всколыхнувшись, обнажили заостренное лицо с черными провалами глаз. На мертвенно бледном лбу, данью мрачной ночи кровоточили тьмой три точки, расположенные на вершинах воображаемого равнобедренного треугольника.

Пугливо отпрянув в сторону, ветер решил поиграть в другом месте, слишком сильно тут пахнет кровью и смертью. Взметнув облако пыли, он умчался в степь, к волнующим запахам жизни.

Незнакомец, с хрустом расправив плечи, стряхнул с себя обрывки одежды, оставшись в одних штанах и с босыми ногами. Тело сразу же обожгло пронзительным холодом ночи, заставляя подниматься волоски на коже. Это ощущение ему понравилось.

Сквозь шум эфирного моря, пронеслась резкая волна гневно ревущей энергии, донеся до него отзвуки яростной схватки неподалеку. Земля толкнула в босые ступни краткой дрожью, отмечая мощь творимой волшбы. Характерный вкус и цвет бурлящего всполоха сообщил о возможном источнике возмущения.

Существо оскалилось в хищной гримасе. Вот и нашлось применение доступной энергии. Откуда-то из глубин памяти повеяло мрачным предвкушением. Решительно повернувшись, он направился в сторону вспышек и грохота, невозмутимо шагая прямо по останкам мертвого монстра.

Прислонившись к стене второго этажа, Лиланда наблюдала над забавной сценой. Три кровяных мешка играли в древнюю игру смерти. Двое сильных бойцов нападали на третьего, бестолково крутящегося на небольшом пятачке. Смешно прыгая, тот пытался всадить свое копье в противников и с трудом увёртывался от ответных ударов. Мешала толстяку непонятная привязанность к месту и немалый вес.

Степняки, войдя во вкус, издевались над своим противником, обливая его бранью и нанося неопасные раны. Предсказуемое зрелище быстро наскучило Лиланде, к тому же черепица неприятно холодила ноги.

Оттолкнувшись от стены, она с оборотом упала ногами на ближнего из степняков, с хрустом сломав ему спину своим весом. Второй каффидец увидев, с кем столкнулся его товарищ, попытался убежать, но был пойман и лишен крови прямо на глазах побелевшего стражника. Флюиды страха, распространяемые толстяком, вводили женщину вампира практически в животный экстаз.

Закончив со степняком, Лиланда облизнувшись, принялась по шажку приближаться к трясущемуся стражнику, трясущимися руками развязывающему один из многочисленных мешочков на поясе. Хочет её подкупить золотом? Очередное трясущееся ничтожество.

- Ты знаешь, кто я? - Заполнил дворик её шипящий голос.

- Т-ты вампир! - Взвизгнул толстяк, швырнув в неё содержимым мешочка.

Озадаченно моргнув, она подняла брови, рассматривая лежащие на полу и частью попавшие на её кожу зерна.

- Это что?

- Это пшено тётенька. Вампиры не могут пройти мимо рассыпанного зерна. Это все знают. - Ответил ей тонкий голосок, из-за спины стражника. Там стояла чумазая маленькая девочка, одетая в рубашку до пят.

- Это ещё почему? - Удивленно спросила женщина вампир.

- Ну как же. Мама мне рассказывала, в сказках они сразу начинают его считать.

- Тебе тоже мама сказки на ночь читает? - Насмешливо спросила она у толстяка, сделав пару шагов вперед. Стражник, не выдержав закатил глаза, и громко испортив воздух, упал в обморок.

- Дядя Валло мою маму охранял от плохих дяденек. - Тут только Лиланда заметила лежащую у стены женщину в бедном тканом платье. В хищном зрении женщины вампира она отображалась темным хладным силуэтом, будучи давно мертвой. Ярость, ещё совсем недавно горевшая в ней, разом потухла, оставив в груди щемящее чувство одиночества и детской обиды.

- Тётя, а тётя, а вы будете есть дядю Валло? Я же понимаю, он вкуснее меня. - Вытаращил любопытные глазенки ребенок.

- Не льсти ему девочка. - Невольно улыбнулась Лиланда, смешно сморщив нос. Ребенок с готовностью закатился веселым смехом.

- Тётенька, а тётенька! А почему вы голая? - Лиланда с шипением принялась сдирать с ближайшего каффидца одежду, только сейчас ощутив отсутствие гардероба. Вот же назойливый детёныш.

Ребенок, радостно улыбаясь редкозубым ртом, заливался смехом, наблюдая за гримасами, с которыми она натягивала на себя пропахшие потом тряпки.

- Смелый говоришь дядя Валло? - Спросила она у девочки, присев рядом с ней.

- Он самый смелый. Сейчас мама проснется, и мы вместе пойдем к моему дедушке. Он живет возле ратуши.

- Возьми это малыш, полей смелому дяде Валло на лицо. Если не проснется сразу после моего ухода, можешь стукнуть его этой флягой по голове. Скажешь, я разрешила. А маму, маму не буди. Пусть поспит.

Лиланда резко развернулась и быстрым шагом направилась на выход. Невольный свидетель мог бы заметить влагу, выступившую на её глазах, но свидетелей не было, поэтому то был просто блик неверного света ночного светила.

Глава 34

Не в том месте, не в то время

Кажется, теперь Лиланда и сама могла бы написать Кровавые летописи, если возникнет у кого бредовая мысль предложить ей подобную работу. Страницы этого слишком реалистичного описания, искусно выделанные из кожи разумных, принадлежат перу неизвестных хранителей, многие из которых наверняка были смертельно больными существами и давно уже умерли. Надежда была, что и кровавые герои описываемые в летописях не пережили своих безумств. Состязаясь в смертельном сумасшествии, по пути к власти, они сеяли вокруг себя смерть и страдания, разрушая себя и мир вокруг. Мир, к счастью выстоял.

С высоты крыши двухэтажного дома, единственного из ряда строений окружавших прихрамовую площадь, оставшегося относительно целым, видно было многое.

Словно из первого ряда зрительного зала, оттуда открывался пугающий вид на борьбу двух чудовищно мощных сущностей, пытающихся уничтожить друг друга на дымящихся руинах храма.

Нечаянные зрители, поспевшие на апогей магической битвы, затаив дыхание старались ничем не отвлечь главных актеров от действа, желая и вовсе остаться незамеченными.

Магический бой тем временем набирал обороты, расширяя сферу взаимодействия с окружающим пространством. Во вспышках неведомых заклятий воздух то заволакивало пылью, то высвечивало ярким мертвым светом, кидая уродливые тени.

Удары непримиримых противников превращали местность в неузнаваемые развалины, разрушая все во что попадали. На ее глазах, вырвавшийся из светящейся слепящим синим светом сферы толстый жгут молнии, попал в аналогичную сферу противника, и частично отразившись от нее, прошелся по земле, оставляя за собой глубокий ров оплавленной почвы. Ответный удар разметал остатки строения напротив, испарив камни в яркой вспышке.

Оставив попытки скрыться за краем крыши, Лиланда замерла возле полуразрушенной трубы дымохода, краем глаза наблюдая за своими соседями. И хотя нестерпимо воняли тряпки снятые с мертвого тела, а босые ноги заледенели на ветру, она старалась даже дышать через раз, прильнув к стылой черепице.

Лиланду в этой ситуации не радовало даже то, что положение эльфийских ублюдков было ещё менее комфортным. Они находились почти в центре небольшой площади, успев укрыться за кучей камней, оставшейся от древнего фонтана.

Используя естественное укрытие и маскирующие свойства ткани своих одежд, длинноухие умудрились спрятаться так, что она несколько раз почти теряла их из вида. Только чутье вампира не давало обмануться зрению.

А как хорошо все начиналось. Спеша на запах крови Саргона, она наткнулась на длинноухих предателей, окруженных степняками. К сожалению, успела она лишь к самому окончанию схватки эльфов с желтолицыми воителями.

Узкоглазые недоумки опрометчиво связались с боевой тройкой эльфов, крайне бездарно напав толпой и все полегли на мостовой, не нанеся им и малейшего вреда. Тем не менее, женщина вампир была им благодарна за возможность правильно оценить силы своего противника. Дети леса показали завидное умение и слаженность, а маг - отменную подготовку. Достойные противники.