Книга 1. Путь меча - "Heathen" - Страница 84

- Все готово мой господин! - Снова повторил послушник, не смея поднять глаза на живое воплощение своего бога.

На настоятеля внезапно накатило чувство неуверенности и тревоги, тени в углах помещения казалось, окрепли и протянули к нему свои цепкие лапы. Задавив ростки страха, настоятель медленно встал и вышел через одну из арок в узкий, освещенный масляными светильниками, коридор, ступая босыми ногами по прохладным мраморным плитам. Приближенный послушник, не дыша семенил за ним следом, стараясь не попадаться в поле зрения.

Коридор с тяжелыми бронзовыми дверями в конце, привел их в круглое просторное помещение - святилище. Стены зала в отличие от остальной части строения, были выполнены из серого, невзрачного на вид камня, словно источающего могильный холод. Немного выпуклый потолок с трудно различимыми фресками поддерживали намеренно грубо оформленные пилоны. Отходящие от центра зала колонны, с каждым шагом истончались, формирую перспективу мрачной глубины святилища.

Свет исходил от золотых чаш-светильников, подвешенных на коротких цепях парами, на манер весов. Однако даже огонь не мог отогнать гнетущее, пронизывающее чувство ужаса исходящее из черной глыбы камня прямоугольной формы, лежащей в центре святилища. Именно на этом камне бывший серый егерь впервые принес в жертву человека, последнего своего товарища, оставшегося в живых после похода в пустоши Зефруса. В то время отряд серых егерей сопровождал экспедиционную группу магов научников. После находки ряда артефактов группа столкнулась со жнецами, выжили и смогли спастись бегством только двое. Хитростью, заманив своего товарища в заброшенный храм, Сайрус вонзил ему в спину серп. При этом будущий настоятель совсем не ожидал получить дополнительную пользу от своих действий. Мыслил он только о том, чтобы обезопасить свое будущее. Выйти из отряда можно было лишь умерев.

Вокруг камня, сохраняя могильную молчаливость, расположились двадцать избранных адептов в одинаковых грубо сотканных тогах серого цвета. Взгляды молчаливо стоящих людей, почтительно проводили настоятеля до места рядом с алтарем. Уровень смертельных эманаций зашкаливал в этом месте, но настоятелю даже нравился этот поток анти-жизни.

- Я пришел из бездны безвременья, - нараспев произнес он.

Вздох благоговенья был ему ответом, словно он только что говорил с богами. Хотя для адептов храма это было почти одно и то же. Проклятые глупцы считали, что их допустили до самых сокровенных тайн учения, тогда как на самом деле они ничего не знали о его истинных целях. Однако, как и каждому сильному мира сего, ему нужны были последователи и почитатели, и он щедро делился силой со своими адептами, сделав их полностью зависимыми от себя. Сила внутренне преобразила этих людей, сотворив из них кровожадных и опасных тварей, не жалеющих никого вокруг и преданных лишь настоятелю.

Сайрус повернулся к алтарю, ловя на себе фанатичные взгляды тех, кто почитал его как божество во плоти. При всем своем самолюбии он себя таковым не считал. Пока.

Подняв голову, он экспрессивно воздел руки к небу.

- Слушайте меня!

- Мы слушаем, Великий Господин, - одновременно ответили двадцать исступленных голосов.

- Боги навязали человеку нечестивый дар, лишив большую часть разумных истинного извечного знания. Ибо это знание удел высших существ, тех, кто может воспарить над своей плотью. Оно пришло из серой Бездны, из великого и естественного Ничто, чьего дыхания боятся даже боги.

Голос настоятеля отравленной патокой проникал в мозг его почитателей, будил их ужас, затем рассеивал его, пробуждал надежды и экстаз приобщения к заветному знанию.

Сайрус сделал паузу и протянул руку к слушателям, словно желая ободряюще прикоснуться к каждому. Огонь фанатизма разгорелся в глазах тех, к кому он обращался. Одурманенные марионетки замерли в ожидании так нужного им благословения.

- Вы упорно работали над собой, чтобы избавиться от уз и привязанностей этого мира. Мирские ценности отброшены в сторону. Вы сами отказались от плотских удовольствий.

Теперь, - его голос неожиданно прогремел, как первый раскат грома, - теперь вы - Избранные.

- Благословенна будь Бездна! Мы избраны Великой Пустотой! - Гулко раздалось в зале.

- Пусть введут сосуд скверны, - бросил в сторону настоятель.

В зал втолкнули растрепанного оборванца, в остатках дорогой одежды. Сейчас этот трясущийся от страха человек мало походил на владетельного барона Кобберга. Раздетый, со связанными ногами, он не смог бы устоять на ногах, если бы двое из Избранных не поставили его прямо, грубо тряхнув. Широко раскрытые глаза барона были полны ужаса, его разбитые губы как толстые червяки непрестанно шевелились, тщетно пытаясь что-то сказать.

- Ты попытался предать меня, барон. Что ж у тебя был шанс. Приготовьте его. - При звуке голоса настоятеля барон Кобберг вздрогнул, в его глазах за блеском ужаса мелькнули остатки разума. Извиваясь, он попытался вырваться из рук, тащивших его за плечи к черному камню. Ведущие его охранники без видимых усилий, на весу отнесли его к указанному месту.

- Смилуйся, Великий Господин! Это неправда! Нет! Я не хочу! - По молчаливому жесту, охранник запихнул барону в рот грязный комок из остатков его же одеяний.

Барон Кобберг был недавним и не слишком удачным приобретением Культа. Через барона, благодаря его родству с наместником, настоятель узнавал все важные изменения в правлении городом, еще до того как их узнают местные чиновники. Благодаря своевременной информации, удалось значительно поправить дела и провернуть несколько прибыльных афёр. Однако всю пользу от такого приверженца перебивал крайне склочный характер и недалекий ум барона, а также его спесь, граничащая с крайним идиотизмом. Попавшись на этой почве под руку какому-то умелому бойцу, он решил с помощью адептов храма поправить пошатнувшийся среди своих дружков авторитет, натравив на него избранных. Хорошо еще настоятелю вовремя донесли, резня не состоялась.

Не дожидаясь пока Кобберга закрепят на алтаре, настоятель затянул свой четко отработанный монолог. Стоны страха барона смешались с речитативом главного жреца культа, призывающего себе на помощь Силы Бездны. Хотя он не кричал, его голос, словно обладая физическим телом, метался между стенами, вселяя благоговение в сердца адептов.

Надрывая связки, Сайрус снова и снова повторял слова призыва. На самом деле ритуал того совсем не требовал. Для принесения жертвы нужно было всего четыре вещи: алтарь, сама жертва, серп и тот, кто найдет в себе силы его применить. Но зрители! Зрителям нужен был Ритуал.

Наконец настоятель почувствовал Предвкушение, струящееся к нему из камня, клинок ритуального оружия словно откликнувшись, замерцал, роняя синие искры на каменный пол. Избранные рухнули на колени и прижали лица к мрамору пола. Серп кровожадно сверкнул в воздухе, вонзившись в тело несчастного барона. От камня алтаря в стороны ударил сноп алых искр, заставив отшатнуться слишком близко подобравшихся адептов.

Содрогнувшись в экстазе от потекшей к нему энергии жизни жертвы, настоятель прикрыл глаза, стараясь не выдать своих эмоций. Это ощущение было ему уже знакомым, но каждый раз словно первый. Острота чувств от ритуала не давала Сайрусу остановиться на достигнутом, привлекая новых и новых сторонников, убивая вновь и вновь. К счастью, лояльное отношение властей, обеспеченное благосостоянием Культа позволяло безбоязненно заниматься своими делами. Даже нападение каффидцев не пошатнуло убежденность настоятеля в уверенном будущем. К тому же, всё уже давно было готово для неспешного бегства. Прямо из храма через катакомбы вел подземный ход далеко за границу крепостной стены. Все ценности были заблаговременно вынесены и спрятаны. Нашествие кочевников только подтолкнуло настоятеля скорее сменить место пребывания. Столица Фиарии, вот место, где можно развернуться во всю мощь! Если конечно путь его жизни не пересечется с кровожадной людской волной безудержно катящейся в сторону центра города, а, следовательно, и храма. О, он много что мог теперь ощущать и видеть, обладая источником.