Путь Анубиса (СИ) - Бабакин Валентин - Страница 70

Фон Кранц дернулся было, но тут же застыл, как замороженный.

- Стой спокойно, - предупредил его Василий. - Прикажи своим воинам класть волыны на палубу и прыгать за борт. Те, кто в рубке пусть сматываются без оружия.

- Вы делаете большую ошибку, Белавин, - прохрипел немец.

- Делай, что говорят, - Василий надавил пистолетом на висок немца. - Мне терять нечего.

- Фон Кранц, что-то крикнул в сторону катера. Клоны послушно сложили оружие, попрыгали на берег и отошли в сторону. Из рубки выбрались двое вояк в камуфляже. Оба положили на палубу пистолеты.

- Хенде хох, - рявкнул Василий. Вояки послушно подняли руки.

- Дранк нах остен! Геен шпацирен! Гитлер капут! - проявил Василий свои познания в немецком языке. В свое время он изучал английский, в немецком же был крайне слаб. Эти фразы он слышал еще в детстве, просматривая фильмы о войне.

Вояки последовали за клонами.

- Ключ от браслетов, - Василий подтолкнул фон Кранца в сторону Генриха. Тот все понял и, обшарив карманы своего горе-телохранителя, протянул Василию ключи. Через пару секунд наручники красовались на запястьях немца.

- Зря. Очень зря, - мотнул головой тот. - У вас нет выхода.

Василий молча залез в карман к немцу и забрал камень.

- На катер, - скомандовал он. - В рубку.

В рубке Василий усадил фон Кранца на сиденье позади штурманского кресла. Сам же остался на ногах. Так было удобнее обозревать пространство вокруг.

Из леса возвращались клоны.

- Скажи им, чтобы держались подальше, - приказал Василий.

- Дайте микрофон, - попросил немец.

Клоны остановились, повинуясь приказу, прозвучавшему через громкоговоритель на крыше рубки.

- Вот и славно, - удовлетворенно произнес Василий. - А теперь слушай меня внимательно. Сейчас ты свяжешься с крейсером. Прикажешь доставить сюда моего сына. Не вздумай сказать, что ты в заложниках! Сына прикажешь доставить на катере. Катер должен быть один. Он должен пристать к берегу рядом с нами. Понял?

Фон Кранц кивнул.

- Очень хорошо. Катер пристанет, и мой сын должен перейти на наш катер. Понял?

- Понял, - согласился немец.

- Очень хорошо. Действуй. Но если с моим сыном, что-нибудь случиться, то я буду убивать тебя медленно. Сначала отстрелю тебе пальцы на руках, и только потом уши и нос.

- Вашего сына доставят сюда живым и невредимым, - холодно произнес немец. - Но что вы будете делать дальше?

- Скоро узнаешь. Делай, то, что тебе сказано.

Немец потыкал пальцами по приборной панели, снова поднес микрофон ко рту и заговорил. Его фразы были коротки и отрывисты.

- Яволль. Яволль, герр группенфюрер, - слышалось в ответ через динамики в рубке.

Немец отложил микрофон.

- Довольны? - спросил он.

- Пока не очень, - ответил Василий и беспокойно посмотрел на небо. Чернота на нем медленно расширялась. Раскаты грома давили на уши. Ветер усиливался.

- Вы убьете меня, - с напускным безразличием после долгого молчания произнес фон Кранц. - Может быть, это и к лучшему. Мне уже все равно. Признаюсь, сто с лишним лет - все же многовато для одного человека. Мы научились продлять жизнь физического тела, но не можем дать силы душе. Я чувствую, что моя душа уже давно не здесь. Кто знает, что такое душа? Я лично не знаю.

- Кончай мне зубы заговаривать, - прервал Василий рассуждения немца. - О душе заговорил. Раньше надо было о ней думать. Вижу - боишься. Если все пройдет, как я задумал - останешься жив. Ты лучше мне скажи. Гитлер и вправду жив?

- Жив и здоров, - кивнул немец.

- Сволочь, - процедил Василий сквозь зубы. - И сколько сейчас этой мрази лет?

- Фюрер родился в тысяча восемьсот восемьдесят девятом году.

- Мдя, - промычал Василий задумчиво. - И каков же секрет долголетия? Вы питаетесь кровью, как вампиры?

- Примерно так, - загадочно произнес фон Кранц.

- И все же. Конкретнее можно?

- Мы вводим в организм энергоинформационный код и тем самым блокируем процесс старения. Это трудно объяснить - надо видеть. Вы бы все увидели Белавин. Кстати, пока еще не поздно. Одумайтесь. У вас нет шансов. Погубите и себя и сына.

- Хватит трепаться! - жестко прервал Василий немца, напряженно вглядываясь в противоположный берег озера. - Где мой сын? Почему так долго?

- Сейчас уточню, - фон Кранц схватил обеими руками микрофон.

- Все нормально, - успокоительно произнес он после короткого разговора по рации. - Катер с вашим сыном только, что отплыл от крейсера.

- Долго, - процедил Василий сквозь зубы. - Вы тянете время.

- Когда сильно ждешь - всегда долго, - ответил немец. - У нас есть еще несколько минут. Не могли бы вы мне сказать правду, что с вами произошло на самом деле? Мне интересно.

- Помолчи. Я сам не знаю, что с нами произошло.

Фон Кранц послушно закрыл рот. Василий продолжал напряженно всматриваться вдаль. У него был четкий план. Как только Вовка окажется на катере, они поплывут к Темной зыби. Фон Кранц останется в заложниках и будет гарантом того, что немцы их не тронут. Иного пути не было.

Дальний край озера погрузился в серую муть. Вскоре из нее проявился катер, а следом за ним появился второй, затем третий...

Всего на озеро проникли пять катеров. Выстроившись в шеренгу, они быстро приближались.

- Какого черта?! - прорычал Василий. - Я же говорил, что катер должен быть один!

Фон Кранц беспокойно схватил микрофон. Поначалу он говорил спокойно, затем начал орать, брызгая слюной. В ответ через динамики звучали короткие отрывистые фразы.

- Что? Что там происходит?! - Василий приставил ствол пистолета ко лбу немца.

- Нам капут, господин Белавин, - обречено ответил тот. - Вы все испортили. Мой заместитель на крейсере заподозрил неладное. Он связался по прямому каналу с партайгеноссе Борманом и доложил обстановку. Он доложил, что я предал интересы рейха и в одиночку желаю завладеть тайнами инопланетных цивилизаций.

- Какой еще Борман?! - заорал Василий.

- Подождите! Подождите! Я все объясню, - зачастил фон Кранц. Партайгеноссе Борман отдал приказ уничтожить меня, если я не сдамся. Вас тоже уничтожат, само собой. На размышление мне выделено пять минут. Кроме всего прочего сюда направляется большой носитель боевых гравифлюгов "Йозеф Геббельс" и крейсер "Ариец" с группой поддержки. Сволочь же этот Дитер Швайцман! Использовал момент. Я всегда подозревал, что эта тварь спит и видит, как бы подсидеть меня.

- Бред! Какой Геббельс! Какой еще Швайцман! Где мой сын?!

- Ваш сын оставлен на крейсере.

- Врешь! Это ты все подстроил! - внутри Василия забурлил вулкан ярости. - Ты подстроил! Отдай приказ! Немедленно отдай приказ! Мой сын должен быть здесь и сейчас! А иначе они получат тебя по частям.

- Они не подчиняются мне. Я сам ничего не могу понять. Зачем партайгеноссе Борман направляет сюда столь мощные силы? Что-то происходит. Но что?

Василий схватил микрофон.

- Эй, вы там! Немедленно отведите катера и доставьте сюда моего сына. А иначе...

- Господьин Бельавин, - прозвучал в динамиках низкий и хриплый голос. - Зопротивление безболезно. Ваш соучастие с господин фон Кранц в заговор раскрыт. Ваш соучастие с инопланетянами нам тоже известен. Сдавайтс незамедлителен.

- Кто говорит? Кто это? - спросил Василий.

- Ихь бин партайгеноссе Борман.

- Мы с вами соучастники, Белавин, - ухмыльнулся фон Кранц. - Вот чего вы добились своим необдуманным поступком. Отпустите меня. Я им все смогу объяснить и возможно сохранить жизнь вам и вашему сыну. А иначе мы все тут ляжем.

- Заткнись.

Василий швырнул микрофон на пол и раздавил его ногой.

- Что вы собираетесь делать? - Фон Кранц настороженно посмотрел на Василия. Будете меня расчленять? Это не поможет.

Василий взглянул на озеро. Катера не приближались более, остановившись в нескольких сотнях метров. Они выжидали, пока истекут минуты ультиматума. Сколько их там осталось? Две? Одна? Ситуация была тупиковая. По бортам катеров виднелись ракетные установки. Катер, захваченный Василием, тоже имел неплохое вооружение. Помимо крупнокалиберного пулемета здесь присутствовала установка залпового реактивного огня на корме.