Люди Дромоса. Трилогия (СИ) - Бурак Анатолий - Страница 68

– Я так и думал, – кивнул седой господин. – Но это мы сейчас уладим. – Он снял трубку антикварного телефона. – Айк, приведи мистера Пигглса. Я, кажется, нашел покупателя на его болото. Ну и что, что не видно. Посмотри в лопухах, под забором тетушки Бетти.

Появившаяся спустя десять минут личность явно относилась к элементам деклассированным. Но видимо, с юридической точки зрения это не имело значения, так как звонивший дал подписать ему какуюто бумагу. И, наградив за труды бутылкой виски, выставил за порог.

– Вот и всё, леди и джентльмены. Стоимость земельных угодий я вычту из вашего первого жалованья. Да, формальности с приемом на работу помощников, как правило, решает сам шериф.

Бросив на стол связку ключей и сняв с груди бляху, он удалился. Я ошарашенно смотрел ему вслед, а новоявленный блюститель порядка довольно потирал руки.

– Чему вы так радуетесь, Проф?

– Ну, как же, Юрий. Естественно, обретению статуса. Еще вчера безродные эмигранты, вступившие на скользкий путь конфронтации с законом, сегодня мы есть люди, закон представляющие. Вы не находите, что за это надо выпить?

Находитьто я, может, и находил, да только не нашел. Видимо, последний «НЗ» был истрачен на покупку недвижимости. О чем я и заявил новоиспеченному шефу.

– Тогда предлагаю пройтись. Осмотреть, так сказать, подшефную территорию.

Молва об обретении нами статуса облетела городок в мгновенье ока. И последовало приглашение отобедать в заведении у мамми Розы. Принесший эту благую весть чумазый негритенок лет пяти вовсю таращился на девчонок. При этом успевая одной рукой ковыряться в носу, а другой ежеминутно поддергивать сползающие штанишки.

Приглашение мы любезно приняли, с удовольствием отобедав. От платы мамми отказалась наотрез, заявив, что угощение за счет заведения. И поздравила с вступлением в должность.

Новая работа казалась синекурой. Мы осмотрели машинный парк, состоящий, помимо колымаги, на которой нас встретили, еще из двух, на вид более древних машин. Открыли сейф, в котором отыскали четыре револьвера и несколько коробок патронов. Решив, таким образом, что достаточно вошли в курс дела, мы стали не торопясь располагаться в служебных квартирах, находящихся прямо над офисом, имеющих, правда, отдельный выход с задней стороны здания и, надо сказать, не таких уж и скромных. Во всяком случае, в Москве жилье подобной площади и планировки по карману лишь миллионерам. Но по всей видимости, о жилищном кризисе в Сентвилле отродясь не слышали. А судя по количеству пустых блоков, его смело можно не бояться еще лет сто.

Нас посетили какието люди в яркосиних комбинезонах. И, дав расписаться, включили горячую и холодную воду. А также электричество.

Мебель была служебной, и я, оживив телевизор, занял излюбленную позицию. Мешало, правда, отсутствие «ленивчика», но я просто подтащил диван поближе. И, сочтя приготовления законченными, принялся нести службу. Охраняя мир и покой в славном городке Сентвилле, столь любезно предоставившему нам работу и все блага, ей сопутствующие.

Но толком отличиться мне не дали. И Инна, растолкав среди ночи, прокричала прямо в ухо:

– Горим!

И в самом деле, пахло дымом. А волосы на затылке шевелились, встревоженные инстинктами, доставшимися нам от пращуров. Проф с Леной уже стояли на улице, и я, подхватив Инну на руки, сунулся к лестнице. Но внизу вовсю бушевал огонь, и я подбежал к окну. Высоковато. Я проклинал свое пижонство, заставившее занять двухуровневую квартиру, располагавшуюся на втором и третьем этаже. Пришлось доставать модули. И мы, под изумленное «ах» зевак, выпрыгнули из горящего дома. Окруженные снопом искр и сверкая отблесками пламени, отражаемого никелированными суставами «кузнечиков».

Стремясь избежать любопытных глаз, сделали еще пару прыжков, приземлившись за городом. Скинув модули, подошли пешком, чтобы полюбоваться остатками того, что еще недавно было оплотом закона в Сентвилле.

Строения в городке располагались довольно далеко друг от друга. И никакой активности, направленной на тушение пламени, со стороны мирного населения не наблюдалось. Наконец приехали рыцари багра и брандспойта. Их командир, пышноусый толстяк в медной каске, то и дело сползавшей на глаза, вылез из машины и, почесав в затылке, констатировал:

– Хорошо горит. Лет двадцать такого славного пожара не было.

И, сочтя миссию выполненной, присоединился к зевакам. Инна, со свойственной ей импульсивностью, кинулась было качать права, но Проф остановил ее:

– Не надо. Погасить теперь вряд ли удастся, так что пусть догорает.

Немного полюбовавшись зрелищем рушащихся перекрытий, я отправился в коридор, дабы «вернуться» немного назад и восстановить попранную справедливость.

Столь любимое мною лежание на диване пришлось отложить. И я, облачившись в модуль, занял позицию на крыше. Спать хотелось ужасно, и я постоянно клевал носом, чуть было не пропустив поджог. Но вот запылало сразу в нескольких местах. Я, подобно ангелу мщения, бросился на свет загорающегося пламени. И оказался лицом к лицу с двумя пацанами лет семи. Один – чернокожий, почти неразличимый в ночи. А второй – китайчонок. От неожиданности я опешил, задав глупейший вопрос:

– А где бандиты?

– Тут больше никого нет, – замотал головой узкоглазенький. – Только мы.

Товарищ же бросился наутек. Схватив сына Поднебесной под мышку, я в один прыжок настиг беглеца. Заперев обоих в клетку, занялся огнем, используя висевшие в углу огнетушители. Надо сказать, дерьмо порядочное, но пламя толком не разгорелось, и жиденькой струйки как раз хватило.

Покончив с очагами возгорания, я занялся малышней вплотную. Те были явно напуганы, но старались не показывать виду.

– Мы ничего не скажем, – сразу заявил маленький китаец.

– Да, Чен, не говори ему, – вторило дитя потемнее.

– А я и не спрашиваю, – с невозмутимым видом заявил я. – Вы посидите пока, а я пойду арестую того, кто вас послал.

– Откуда ты знаешь про Джонни? – В их голосах звучало удивление.

– Я вообще всё знаю. И даже знаю, где Джонни живет.

– Джонни живет совсем не на Драйвстрит, вовсе нет. Он живет на другом конце города. – Ладошка негритенка зажала Чену рот, но поздно.

– Я как раз и собирался на другой конец города.

И я, отперев замок, выгнал маленьких негодяев прочь. Пообещав в следующий раз как следует надрать им уши.

Будоражить город среди ночи не было смысла, и я решил подождать утра. Но неведомый мне Джонни рассудил иначе. И к моему приходу его и след простыл. Что ж, его счастье. Решив, что шпанистый Джонни не стоит того, чтобы задействовать коридор, я выкинул это из головы. А обгорелые места ребята в синих комбинезонах заделали декоративными панелями подходящего цвета.

Пройдя «крещение огнем», я стал чувствовать себя частью городка. Но никаких бурных событий не происходило. Проф пропадал на рыбалке, а мы с девочками по очереди просиживали штаны и юбки в офисе, вовсю наслаждаясь тем, что «в Багдаде все спокойно».

Ну почему всегда происходит именно таким подлейшим образом? Как только я устраиваюсь поудобней и начинаю приходить к согласию с самим собой – так сразу бац! И следует очередная неприятность, заставляющая покидать насиженное место и в который раз совершать необдуманные поступки, которые к тому же влекут, в свою очередь, шлейф событий поистине непредсказуемых.

Я сидел в своем кресле, уткнувшись в местный уголовный кодекс, всем своим видом показывая, что готов служить и защищать, а также придушить в зародыше любое противозаконное начинание.

И вот, в лице хорошенькой девушки, в дверь участка вошло очередное крушение моих сладких иллюзий.

– Слушаю вас, мисс. – Я был столь любезен, что даже снял ноги со стола.

Услышав русскую речь, она удивленно вскинула бровки. Но, с акцентом правда, перешла на язык Империи.

– Меня ограбили. – Сказано это было столь требовательно, что я невольно почувствовав себя виноватым в этом печальном событии. А также возникло желание немедленно «войти» в коридор, дабы похватать обидчиков. И к приходу потерпевшей представить пред ее светлые очи всё пропавшее имущество согласно списку.