Люди Дромоса. Трилогия (СИ) - Бурак Анатолий - Страница 167

Хотя, что это я запаниковал. Малышкой займутся девчёнки. И, я так понимаю, найдут наиболее лучший, и для всех приемлемый выход.

Глядя на притихшего меня Ленка поинтересовалась:

О чём задумался?

Да так... Смотрю вот на это дитя природы...

Ясно, на философию пробило. Резюмировала она.

Причём, что самое интересное, вполне нормальным, человеческим тоном. Всётаки, как ни крути, а наше с Инкой общество пошло Боярыне Земцовой на пользу. Вот уже и выражовываться полюдски научилась. Ещё чуть чуть и не скажешь, что потомственная аристократка.

Посмотреть хочешь?

А... Махнул я рукой. Всё равно, ты же знаешь, от моего присутствия совершенно ничего не изменится.

Ну, как знаешь.

Мне показалось, что в её голосе прозвучало разочарование и я, чтобы не обидеть, согласно кивнул.

А, впрочем, давай.

Ленка протянула мне руку и...

Несмотря на смену "ключа" у неё ничего не изменилось. Всё то же прекрасное горное плато. И так же вздымаются вершины вдалеке. И, попрежнему, внизу течёт небольшая и быстрая речушка. Правда, картину первозданной природы портило всё то железо, что мы натаскали во время рейдов на Землю2. Но тут уж, как я понимаю, даже Ленка была бессильна. Ведь, "переносить" что бы то ни было, она могла с помощью "убежища". А вот в нём самом всё, что было неподъёмным, так и оставалось лежать на месте. Хотя, Гроссмейстер говорит, что всё это ерунда. И перемещение предметов как внутри Дромоса, так и снаружи, зависит только от силы нашего воображения. Но, как видно, не только, и должна быть ещё какаято предрасположенность. Генетическая, что ли. Ведь не могут же девчёнки проделывать фокус с "возвращением".

С минуту постояли молча, любуясь на пейзаж, и Лена спросила:

Что с малышкой делать будем?

Ну ни фига ж себе. Только только я задавал себе этот вопрос и, ничтоже сумяшеся решил свалить его на хрупкие плечи девчёнок.

Да не знаю я Лен. Нерешительно промямлил я. И, помнится, по этому поводу чтото там писал Экзюпери. А вообщето я думал, что вы с Инной сами решите. Всё же, в женской психологии я ни бум бум.

Да и не только в женской. Поддразнила Ленка.

Ну и пусть. Ведь психология возникла не от нечего делать и далеко не на пустом месте. И нужна она, как ни крути, не сама по себе, а как составная часть главной задачи всего живого. Выжить. Так что, вполне возможно, в последнее время я стал немного... беспечнее, что ли.

Всё таки, обладание коридором изменило меня и, даже не знаю, в лучшую ли, в худшую сторону... И теперь я ни капельки не боюсь. Моё существование, свобода, имидж както сразу стали волновать меня гораздо меньше. Ну, ещё бы...

Я, как будто перестал дорожить ими. Ведь, в отличие от нормальных людей, или даже девчёнок, мне не нужно ежеминутно думать о том, как я выгляжу в глазах окружающих, что они обо мне подумают и не обидятся ли на какую нибудь дурацкую выходку.

Это всем остальным ежедневно, ежечасно необходимо доказывать

право на обладание всеми этими необходимыми вещами: уважением, привязанностями, авторитетом. И каждый день думать... Думать о дне завтрашнем, ибо, неизвестно ведь, что он готовит.

Видимо, раздумья "по поводу" както отразились на моём фейсе, так как Лена примирительно дотронулась до плеча.

Ты что, обиделся? В голосе её звучали виноватые нотки.

Да нет. Усмехнулся я. Должно быть, так оно и есть. Да и вообще, со стороны виднее.

Да ладно, я же пошутила. Извинилась Ленка.

Я было хотел вякнуть, что в каждой шутке есть доля шутки, но промолчал. К чему слова. За всё время, что работаем в команде, мы научились понимать друг друга с полуслова. По крайней мере Лена. А что касается меня то, как я уже сказал, у меня несколько другие таланты.

"Вернувшись", мы обнаружили, что наша гостья не спит. А, сидя на кровати, с любопытством оглядывается вокруг. И, надо отдать ей должное, не лице у неё не было написано ни тени испуга.

И эта внешняя невозмутимость сразу расположила меня к спасённой. Впрочем, невозмутимой она оставалась недолго. И, увидев не шее у Ленки свой кулон, она, подобно тигрице, бросилась на ту, кому была обязана жизнью.

Нет, я конечно не умаляю своих скромных заслуг. Но ведь, ежели б не Лена, фиг бы я попёрся в эту Африку.

Всё же, реакция у Ленки была что надо. И, малёк отклонившись в сторону, она пропустили нападавшую мимо себя, слегка придержав за волосы. И опрокинула на пол.

Не так быстро, маленькая. В голосе её зазвенела сталь. Сначала надо поговорить.

Как видно, желание это было обоюдным, так как проигравшая чтото быстробыстро залопотала.

Ни в суахили, ни в любом другом экзотическом языке мы не рубили и тут я окончательно уверился в том что в команду просто необходимо привлечь лингвиста.

Чего она хочетто? Недоумённо ляпнул я, как будто Ленка могла помочь.

Не тормози, Юрка. Огрызнулась та. Ято почём знаю.

И, как довольно частенько в последнее время, достала мобильный.

Алло, Виктор. Привет, это я. Выслушав ответное приветствие, она коротко и ясно изложила просьбу. Понимаешь, тут у нас гостья объявилась. Из центральной Африки. И срочно нужен переводчик.

Как человек военный, Генерал мусолить не стал и, попрощавшись, Лена отключилась.

Обещал через час. Обернулась она ко мне. А пока пойдём, принесём нашей гостье чего нибудь поесть.

Перекусив, мы доставили спасённой поднос с завтраком и, спустившись в холл Приюта, стали ждать переводчика. Как и обещал Виктор, он приехал спувстя час после разговора и оказался сухопарым мужчиной предпенсионного возраста. Седые волосы были аккуратно подстрижены, а на носу сидели очки в пластмассовой оправе, какие вышли из моды лет двадцать назад.

Добрый день. Поздоровался он и, протянув руку, представился. Михаил Иванович.

По очереди мы пожали прибывшему руку и назвали наши имена.

Прощу вас, Михаил Иванович. Лена взяла на себя роль хозяйки и пошла вперёд.

Хотя вроде бы всё и так было ясно, но всё же, снедаемый любопытством, я поплёлся следом.

Глава 8

Снова нас встретил испуганный взгляд, в котором, тем не менее, сквозила не маленькая толика ярости. И, я подозреваю, что только "численный перевес" предполагаемых противников, а то, что нас без обиняков зачислили в супостаты не было ни какого сомнения, удержал дикарку от нового нападения.

Но Ленка, отставив в сторону имидж "железной леди" улыбнулась и заговорила успокаивающе. Переводчик, практически синхронно и даже копируя интонации, вступил в дело. Смысл Ленкиных речей дошёл до нашей гостьи не сразу, но сам факт того, что она понимает собеседника, явно пошёл на пользу. Угрюмое и хмурое выражение постепенно сошло с её лица и, минут через пять заверений в том, что мы не враги и вообще, все из себя белые и пушистые, она начала осмысливать звучавшие вопросы. И, как следствие, задавать встречные.

Кто вы? Требовательно поинтересовалась она.

Друзья. В который уже раз терпеливо повторила Ленка.

Где я?

Ты в безопасном месте. Успокойся, тебе ничего не грозит.

Малышка снова, в очередной раз окинула взглядом помещение и снова уставилась на Ленку.

Я хочу уйти! Однозначно и категорично.

Не сейчас, глупая. Укорила Лена. Да и, куда же ты пойдёшь? Без денег, без одежды. Да и языка же не знаешь.

Тут нервное напряжение достигло предела, и невольная наша гостья вдруг разрыдалась. Ленусик села рядом с ней и, обняв за плечи, стала гладить по голове.

Ну же, ну. Всё уже позади.

Мне переводить? Осведомился толмач.

Но тут, сквозь всхлипы снова раздалось членораздельное бормотание:

Мне надо назад.

Михаил Иванович послушно перевёл, а я присвистнул от удивления. Ну, ни фига ж себе! Малышка явно съехала с катушек от перенапряга. Что, скажите мне, может быть такого жутко привлекательного в этой зачуханной сельве. Населённой, к тому же, пусть и не каннибалами, но личностями не шибко симпатичными. Или, и впрямь, справедлива поговорка про "...полюбишь и козла"?